Девушка с ножом - Одри Блейк

– Как заботливо с твоей стороны, – иронично заявил девушке Крофт, насмешливо взглянув на стажера. Но не получил удовольствия от своей шутки: Дэниел только нахмурился и спрятал руки в карманы.

Тогда профессор снова повернулся к Норе, приоткрыв рот и прищурившись. Точно так же он рассматривал студентов перед опросом на публичном вскрытии.

– И как же тебе удалось оживить кишечник? О боги, как жаль, что меня здесь не было!

Воодушевленная его энтузиазмом, девушка торопливо продолжила:

– К счастью, когда я рассекла паховый канал, места там оказалось достаточно, чтобы отодвинуть канатик, но удалить омертвевшую кишку не получилось. Тогда мы с Дэниелом ее немного помассировали, и через минуту мне показалось, что пошла пульсация…

Чтобы рассказать всё в подробностях, понадобилось полчаса.

– Выживет ваш пациент или нет, это непременно попадет в газеты, – заявил Крофт. – Хотя бы благодаря нечувствительности, вызванной эфиром! У меня в лечебнице были противоречивые результаты. Некоторым пациентам требовалась добавка, но, когда они просыпались, эффект наркоза быстро исчезал. Я считаю, что эфир скорее пригоден для обезболивания и обездвиживания, чем для лечебных целей.

Дэниел первым высказал практические соображения:

– Мы обсуждали, как описать случай. Я сейчас прорабатываю детали, но имеет смысл сообщить, что операцию провели мы с Тримблом.

Нора напряглась. Понятно, что другого выхода нет, но вдруг доктор Крофт все-таки найдет решение, которое станет для нее способом выйти из тени.

Наставник нахмурился, затем передвинул какие-то бумаги на столе.

– Думаю, придется так и поступить. Да, это будет лучше всего.

Столь равнодушное замечание ударило девушку словно кулаком в грудь. «Хоть бы посмотрел на меня», – подумалось ей.

Гибсон откашлялся.

– Однако я все обдумал и считаю, что Нору следует упомянуть как ассистентку хирурга. К умелой медсестре никаких вопросов возникнуть не должно, и пусть для полостной операции участие женщин нетрадиционно, ситуация была чрезвычайная. Достаточно просто указать имя и фамилию мисс Биди.

Крофт махнул рукой:

– Как угодно. А сейчас я хочу видеть этого парня. – И он поспешил в палату, не беспокоясь, последуют ли ученики за ним.

Нора задержалась, уставившись на столешницу. Она вертела в пальцах карандаш, но они все равно дрожали.

– Нора, я рассказал бы всему миру, если бы знал, что тебя не распнут…

Дэниел не договорил, потому что она метнулась к нему и прижала отяжелевшую голову к его груди, нуждаясь в передышке хотя бы на мгновение. Но, испугавшись того, что может подумать молодой человек, сбежала, прежде чем он успел прийти в себя.

* * *

Той ночью, один у себя в спальне, Дэниел беспристрастным критическим взглядом врача изучал свои воспоминания о Мэй. Ее фиолетовую выходную юбку с вышитым подолом, которой невеста втайне гордилась, рассказы о походах по лавкам в базарные дни и покупке карманных зеркалец, манеру смеяться, прикрыв рот пальцами, когда сплетничает о своих слугах. Гибсон вспоминал, как Мэй собирала лаванду у них в саду, потому что там ее заросли были гуще, чем в тенистом поместье ее родителей, а он придирчиво всматривался в изящный изгиб ее губ и вслушивался в прозрачные намеки, что этими цветами она придает аромат своему нижнему белью. Мэй никогда не прикрывалась жестким фартуком, залитым кровью. Никогда ее пальцы не пачкали обеденных салфеток серыми пятнами газетной краски. Никогда она не говорила утешительных слов нищенке, которая, дрожа от страха, умоляла о столь необходимой помощи. И никогда не рисковала своим добрым именем, чтобы защитить его, Дэниела.

Он украдкой бросал взгляды на Нору, когда та отворачивалась, пытаясь разгадать ее чувства или отыскать недостатки, которые раньше не удосужился заметить. Но, к своему отчаянию, в глаза бросалось только противоположное: розовый отблеск в ее волосах, которого он прежде не видел, ямочка на подбородке, которая появлялась от одной-единственной улыбки, морщинка между бровями, когда девушка молча сражалась с неудачным исходом эксперимента или вскрытия. Непонятное притяжение (если оно и было), возникшее между ним и Норой, было Гибсону в новинку, а ко всему новому он относился с изрядной долей подозрительности. Такую привычку – быть готовым к любому исходу – привил ему требовательный отец. Впрочем, несмотря на всю склонность к осторожности, сейчас Дэниел улыбнулся в темноте.

Глава 23

Нора поставила на поднос пустую миску из-под каши, которую приносила Джону Прескотту. Моряк поудобнее устроился на подушках.

– Вы завтра пойдете гулять с доктором Тримблом?

Она скрыла удивление, поправляя простыни и разглаживая несуществующие складки.

– С чего вы взяли? Пейте чай.

– Не нужно на меня шипеть, – усмехнулся Джон Прескотт. – А доктор Гибсон, между прочим, весьма хорош собой.

Нора метнула на него обжигающий взгляд. Всю прошедшую неделю она была рада видеть, что вместе с аппетитом к пациенту возвращается и довольно бесцеремонное чувство юмора, но если он собирается вместе с санитарами подшучивать над ней…

– Я не заметила, – отрезала она.

– Полагаю, именно из-за него Гарри больше о вас не говорит? У меня ведь тут нет других занятий, кроме как наблюдать.

– Лучше отступитесь. Наблюдения явно не ваш конек. – Она почувствовала, как краска приливает к щекам. Стоит Джону заметить ее смущение, и ей уже не оправдаться. Надо все-таки поговорить с…

– Гарри! – воскликнул Джон. – А я тут как раз говорил о тебе.

Девушка резко обернулась.

– Добрый день, Нора. Привет, Джон. – Плечи у Гарри были напряженно развернуты, а глаза прищурены, так что понять, в каком он настроении, не составляло труда.

Нора выдавила слабую улыбку и встала, разглаживая юбки.

– Пришел проведать своего пациента?

– Вообще-то, мне нужны Дэниел и доктор Крофт. – Их глаза встретились. – Они здесь?

Нора изо всех сил прикусила изнутри нежную кожу щеки.

– Полагаю, накачивают друг друга эфиром. Но, надеюсь, хотя бы одного из них ты застанешь в сознании. – Шутка не вызвала у Тримбла улыбки.

– У тебя найдется минутка? – Гарри показал на коридор, и девушка последовала за ним.

– Не отвлекайтесь на меня! – крикнул им вслед Джон.

Гарри раздраженно покачал головой.

– Хирурги из Святого Варфоломея уже прознали об этом случае. – Его голубые глаза были неподвижны и непроницаемы.

Нора напряглась.

– О Джоне? А они знают…

– О тебе никто не подозревает. Но в больнице судачат, что мы с Дэниелом вскрыли брюшную полость, – сказал он, тяжело вздыхая. – Я пока поделился только с одним врачом, Джонсоном: он интересуется эфиром и сочувствует нашим исследованиям, вот я и подумал, что неплохо бы привлечь его на нашу сторону. Однако слухи быстро разошлись…

– И как врачи восприняли новость? – Нора оперлась плечом о стену.

– Викери не верит и хочет своими глазами посмотреть на Прескотта. Некоторые верят, но как раз те, кто и раньше был более