За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

благодарю вас за службу и буду ходатайствовать перед Председателем министерства его высокопревосходительством господином Петром Аркадьевичем Столыпиным о поощрении вас за прекрасно исполненную службу.

– Рады стараться, господин подполковник! – с грустью простились молодые люди с Петром Георгиевичем Чернецким.

Подполковник, видимо, тоже разволновался перед расставанием. Он подошёл к офицерам и обнял по-отечески каждого.

– Удачи вам, молодые люди! А вам, Волнов, хорошо устроить свою судьбу в этом суровом, но богатом краю! А сейчас будем заниматься разгрузкой. Я хочу представить вам представителей Переселенческого управления по Томской губернии. Они помогут решить вопросы, связанные с дальнейшим движением переселенцев к означенным населённым пунктам.

Чернецкий показал на двух чиновников, одетых в единую чёрную форму земельного комитета, откланявшись, покинул вокзал и заспешил к поезду.

– Господа офицеры, начнём, пожалуй, разгрузку.

Они подошли к вагонам с переселенцами, которые уже успели отцепить от основного состава. Были подогнаны и установлены трапы для телег, скота, людей. Крестьяне с гружёными телегами начали двигаться. За столь длительный и малоподвижный путь лошади явно застоялись и ослабели. Животные пугались вокзальных гудков, шума и кидались из стороны в сторону. Медленно, но разгрузка пошла. Люди с волнением несли свои пожитки, женщины на руках держали маленьких детей и поддерживали стариков. Вновь, как и на переправе через Волгу, с кричащим гомоном люди и животные под скрежет тележных колёс спускались из вагонов на сибирскую землю. Прошло несколько часов. И только к полудню было завершено формирование обоза. После получения провианта и воды обозники были готовы продолжить свой путь.

Василий разыскал Семёнова.

– Волнов! Бог знает, как сложится моя дальнейшая служба и куда меня занесёт судьба! Вы тоже не знаете, где осядете! Прощай, брат, Василий Волнов! – обняв Василия, попрощался прапорщик.

– Прощайте, господин прапорщик! Пусть удача сопутствует вам!

Обозы с переселенцами тронулись.

Глава 4. Варнакский край

– Ваше благородие! Ваше благородие! – спеша за тронувшейся повозкой Волнова, кричал неизвестный человек в форме железнодорожника.

– Постой-ка, брат, – обратился Василий к солдату из охраны, выполнявшему обязанность кучера.

Повозка остановилась. К ней вскоре подбежал, запыхавшись, весьма немолодой железнодорожник.

– Ваше благородие! Хочу вам кое-что сказать. Дозволите?

– Говорите, говорите, конечно!

– Ваше благородие, господин офицер, хочу сказать, чтобы вы побереглись! Варнаков на дороге много! Прямо возле городу начинают грабить переселенцев! Дорога пойдёт бором! Самое место для разбою! Чиновники Управления об энтом помалкивают, боятся волнений! А я стараюсь упредить народ. Разбойный люд отнимает всё: скотину, особо лошадей, имущество, деньги, провиант! Порой ограбленные вскорости сюда на станцию и возвращаются вновь! А кто их, сердешных, защитит? Разбойники трутся тута же, на станции! Посему знают, собаки, о прибытии составов с переселенцами и поджидают их в лесах. Вы уж прикажите своим служилым быть внимательнее, да и мужички оружие далеко пусть не кладут. Варнакский край у нас! Прости, Господи! – перекрестившись, сбивчиво заговорил человек.

– И что, никто с ними управиться не может?

– Об этом ничего говорить не буду! А вас упреждаю! Старайтися ночевать в деревнях, да не в тех, что прямо в лесу, а идите ближе к Оби, здеся у нас старинные и большие сёла. Это ещё матушка Екатерина постаралася! Царствие ей небесное! Много сёл при ней появилося и поддерживалися государыней императрицей, матушкой нашей! Не буду вас задерживать боле! Берегитеся разбойников!

– Спасибо тебе, мил человек! Значит, не зря со мной солдат отправили в сопровождение. Будем стеречься! Будьте здоровы и прощайте!

Выслушав неизвестного железнодорожника, Василий решил усилить охрану обоза. С ним были отправлены из охранения по три солдата с каждого вагона. Всего девять человек, имевшие при себе оружие с запасом патронов. На всех было выделено Управлением четыре лошади. Пятерых солдат он разместил по телегам вместе с переселенцами.

«Что ж я имя доброго человека не спросил? Да и не поблагодарил хорошо?» – с сожалением подумал Василий.

– Иван, скачи в начало обоза и передай моё распоряжение об остановке движения, – обратился Волнов к солдату, ехавшему верхом на лошади рядом с повозкой.

– Будет исполнено, господин младший унтер-офицер!

Всадник быстро удалился. Вскоре обоз остановился. Василий собрал старост вагонов и солдат.

– Вот что я вам скажу! Путь нам предстоит небезопасный! На дорогах шалят разбойники, грабят переселенцев! Надобно нам быть готовыми защитить себя от этого ворога. Прошу старост предупредить мужиков об опасности, пусть держат оружие в полной готовности. Через час продолжаем движение. Всё ли вам ясно?

– Как же! Об энтом не заботьтесь! Оговорили мы уже с мужиками, ваше благородье! Само собой! Как же тута без разбою! Легко нами поживиться можно! Повоюем за своё! Не беспокойтесь! – вновь за всех ответил Трофим.

– Коли всё ясно, то отправляйтесь по свои местам. Моим вестовым будет рядовой Иван, принимать распоряжения только от него! – Василий показал на рыжеватого солдата.

Крестьяне быстро разошлись по свои телегам, которые строго сохранили порядок размещения по вагонам. Волнов расставил солдат.

– Трое будут разведывать дорогу. Чуть что, подаёте выстрелом сигнал. Двое едут во главе обоза вместе с переселенцами в телегах, двое в конце обоза тоже вместе с крестьянами, один в центе обоза, а я с вестовым буду перемещаться вдоль всего обоза. Всем быть в полной боевой готовности! По местам! Через час выступаем!

В назначенное время обоз вновь двинулся.

Предстоял четырёхдневный переход до назначенного переселенцам населённого пункта. Апрельские холодные ветра пронизывали двигающихся обозников. Люди за столь длительный путь, находившиеся в тёплых вагонах, физически страдали от них. Дорога шла бором. Это была накатанная тележными колёсами колея, которая порой углублялась настолько, что телеги вязли в оттаявшей земле. Приходилось с помощью дополнительных лошадей вытягивать их, при этом обозники впрягались вместе с животными. Для всех переселенцев из-за безлошадной бедноты места в телегах не хватало. Василию пришлось убеждать зажиточных крестьян помочь бедноте, что делалось ими с большим нежеланием, но иначе ускорить продвижение было невозможно. Приходилось части крестьян идти пешком, потом они менялись с ездоками, а те в свою очередь шли пешком рядом со своим скарбом. Пешим ходом шли все: взрослые, старики, женщины и дети. Ветер трепал их одежды, ноги мокли в весенних лужах, люди мёрзли. Макушки огромных и лохматых сосен качались на пронизывающем ветру. Шумел бор.

Наступила ночь, которая застала обозников в чаще соснового бора. Ничто не радовало. Заступив на дозор, охрана не спала. Расположившись на первый ночлег в лесу, немного отдохнув возле разведённых костров и обогревшись, подсушив мокрые одежды и обувь, с едва забрезжившим рассветом обоз продолжал своё движение. Но вдруг из бора послышались выстрелы. Это был оговорённый сигнал передового отряда, который ещё ночью