За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

и стали православные заселять землицу сибирскую. А село наше берёт начало с великих крестьянских сражений за свободу и справедливость народную под руководством Емельяна Пугачёва. Царствие ему небесное!

– Так ведь преступник он, самозванец и смутьян! А вы молитесь за него!

– Для кого как. А для нас он – освободитель, крестьянский царь! Некоторым его дружкам удалось избежать царской «милости». Вот здеся, на тайной заимке, ховались они не один год. Потом поселился в здешних местах прочий люд: староверов много, беглых, крестьян. Так вот и появилось наше село Верх-Ирмень. Я и сам роду казацкого, из пугачёвцев. Живём по маленьку. Вот церкву недавно построили всем миром. Конечно, Спирино больше нашего села. А всему причиной является река Обь! Торговое то село. Да вы и сами увидите. Надобно вам в нём на следующий ночлег остановиться. А там и Камень недалече будет. Бывал я в том селе. Богатое. Хорошее место для поселения переселенцам определили. Дай то бог!

За разговором Василий не заметил, как наступило утро. Он попрощался с батюшкой, и обоз продолжил свой путь. Хорошо отдохнув, люди повеселели. Высокая местность, песчаные почвы делали дорогу более лёгкой для проезда. К полудню обоз выехал на берег Оби. Дальше дорога шла по берегу реки.

Обь ещё не освободилась ото льда, но по краю реки уже зашла вешняя вода. Лёд казался хрупким. Огромным зеркалом покрывал он великую сибирскую реку. Обь должна была вот-вот вскрыться. Лёд еле удерживал просыпающуюся реку. Под напором воды он слегка прогнулся, ледяными буграми Обь наметила себе места выхода на свободу. Остановившись на крутом берегу реки, обозники зачарованно смотрели на Обь. Сразу вспомнилась Волга, где уже и следа не было от прошедшей зимы. А великая сибирская река ещё ждала, ещё не пришла для неё настоящая весна.

– Вот ведь как! Сибирь ещё не разбудила весна!

– Да и земелька не подошла к севу!

– Одно слово – Сибирь! – переговаривались крестьяне.

Обоз продолжил свой путь. Дорога то заходила в лес, то вновь выводила к Оби. Немного петляя, путники достигли сибирского села Спирино. На небе ярким сполохом, суля солнечный день, горела вечерняя зорька. Из крестьянских изб шли дымы от топившихся печей.

– Хорошее село! Знать, небедное! Избы у всех справные, из векового лесу. Куда поедем, господин офицер? – повернувшись к ехавшему рядом Волнову, спросил Трофим.

– По главной дороге до центра села. Там посмотрим.

– Поехали!

Трофим подстегнул уставших за длительную дорогу лошадей, и телега покатилась быстрее. Заслышав стук колёс на сельской дороге, некоторые селяне, ещё не успевшие закончить вечернюю управу, вышли из своих оград и с любопытством рассматривали обозников, растянувшихся по всему селу.

– Мир вашему дому, селяне! – обратился Василий к одному из крестьян, стоявшему возле большого дома с высоким заплотом.

– Будьте здоровы, православные! Кто такие? Куда путь держите, глядя на ночь? – не смутившись и не растерявшись, заговорил бородатый мужик. Был он крепкого сложения и широк в плечах.

Волнов представился, назвав конечный пункт двигающегося обоза.

– Где можно заночевать, мил человек? – продолжил он разговор с бородачом.

– Дак у меня можно и остановиться. Платы с вас не возьму, накормлю, чем бог послал. Зовут меня Фтором Сидоровичем, купецкого сословия, – степенно и не спеша лилась речь сельского купца.

– Сенька, открывай ворота! – громко прокричал он кому-то.

Мужичок, вероятно, это и был Сенька, проворно стал открывать большие и тяжёлые ворота.

– Не уместимся на вашем дворе, – высказал свои сомнения Василий.

– У меня дале есть постоялый двор, трактир держу. Тамо разместить ещё смогу. Коли и туда не смогёте все войти, то часть телег придётся оставить на дороге. У нас тихо, разбою нет!

– Спасибо вам, Фтор Сидорович!

– Завтрева благодарить будете, ваше благородие. Мы ж понимаем, какой путь вам выпал! Дело известное – разбой в бору! Заезжайте, заезжайте!

Волнов не ожидал такого быстрого решения вопроса о ночлеге переселенцев. Все получили кров, пищу и сон. Остался ещё один день пути.

Фтор Сидорович, проявляя любопытство к обозникам, пригласил Василия в свою горницу за хлебосольный стол. Купца интересовало всё: кто в обозе, откуда родом люди, каких сословий.

– Фтор Сидорович, вы о селе расскажите, мне интересно. Я ведь не знаю Сибири.

– Пожалуй, ваше благородие, это можно. Про староверов слыхали, про святого отца Аввакума?

– Да, немного слышал, да уже и здесь, в Сибири, рассказывают о них.

– Вот, значит, – продолжил свой рассказ не без удовольствия гостеприимный хозяин, – основал наше село аввакумец, раскольник Спиря. Уж не знаю, как ему удалось избежать кары царя-батюшки, токмо бежал он в глухую Сибирь. Выкопал он здеся землянку и стал обживаться. Говорили о нём, что он – колдун! Боялся народец его, сторонился. Так прожил он в одиночестве много лет. Потом стали другие старообрядцы здеся оседать. И по сей день село наше считается старообрядческим. Потом, правда, и другой пришлый народ селиться стал, так вот и пошло наше село прирастать дворами. А Спиря тот долго жил, уважать его стал народ, за святого старца почитал. Вот и село его имя носит. В последние годы быстро строится Спирино. Больше ста дворов в нём. Земская больница открыта, приходская школа, магазин, пристань. Матушка Екатерина Великая, заступница наша, поспособствовала тому. Несколько семей крестьянствуют, а больше мы торговлей занимаемся. Я вот скупаю зерно в окрестных сёлах и по Оби отправляю в Новониколаевск. Так и живём, жаловаться на жизнь не приходится. Справно живём.

Разговор затянулся за полночь. Отведя комнату для ночлега гостя, Фтор Сидорович простился с офицером и пошёл почивать.

Ранним утром переселенцы вновь двинулись в путь.

Предстоял ещё один день пути по непроходимому бору. Тележная дорога, обходя стороной небольшие ложки, извилистой лентой шла вглубь бора. Солнце поднялось из-за макушек сосен и стало пригревать. Растаял холодный утренний туман, и испарились обильные росы. Лес наполнился гомоном птиц. Природа будто проснулась от холодной сибирской ночи и вспомнила о наступающей весне.

– Вот ведь, и в Сибирь весна пришла! Днём по всем приметам будет вёдро. – правя лошадьми, заговорил Трофим.

Он ещё что-то продолжал говорить, но Василий его не слышал. Спокойный голос Трофима убаюкивающе действовал на него. Молодой человек погрузился в собственные мысли о начале новой жизни, о весне…

Апрель! Пришла весна с ярким солнцем на синем небе! Радует и нежит ласковое солнышко! Буквально за несколько дней осел снег, закапала капель, зажурчали ручейки. Ветерок чуть-чуть покачивает ветки пушистых сосен. Там, где немного подсохло, уже зелёными иголочками прорастает молодая травка. Вытаяли некоторые кусты. Снегу зимой в здешнем крае было много. И как только он быстро