Мария – королева Шотландии. Том 2 - Маргарет Джордж

– Они бросят якорь на Ансте, – сказал Синклер, – и будут поджидать вас там. Это самый северный остров. Соберите своих людей и двигайтесь на север. Я дам лошадей. – Он шлепнул Босуэлла по спине. – Жалко, что нам не дали поесть. Как я понимаю, у вас нынче не будет времени взглянуть на тюленей.

Босуэлл быстро оседлал коня и помчался вниз в город. Он знал, где искать большую часть своих людей; им придется нанимать лошадей, чтобы вовремя пересечь остров. Лодка с «Единорога» уже шла к берегу, и Керколди примется за поиски. Он должен догадываться, что Босуэлла на было на борту «Черепахи».

Босуэлл разыскал в городе человек сто и, будучи главным правителем острова и обладая соответствующими полномочиями, собрал почти всех имевшихся лошадей, крепких, лохматых животных. Привели даже несколько игрушечных пони. Все, что имело четыре ноги и могло нести на себе человека, годилось, даже ослы и мулы.

– На север! – воскликнул Босуэлл, подгоняя людей, и они торопливо собрались и направились вглубь острова.

Двигаясь со всей допустимой на неровной земле скоростью, пересекая складчатые зеленые долины, заваленные валунами, двадцать миль изо всех сил мчались под чужим, огромным безоблачным небом, покуда не выбрались с острова. Потом земля вдруг кончилась, и они оказались перед двумя милями открытой воды, отделяющей их от следующего острова, Йелла.

Где же лодки, обещанные Синклером? Босуэлл спешился, вскарабкался на берег, увидел рыбацкие лодки и замахал. Медленно, ужасающе медленно они стали приближаться.

– Нам надо переправиться! – заорал он, указывая на свою компанию.

Рыбацкие лодки подплыли, одна из них повернула к острову.

Босуэлл почувствовал сердцебиение. Как переправиться? Море бурное, нечего даже думать переплывать, расстояние слишком большое, не говоря уж о ледяной до судорог воде. Ни кони, ни люди не выдержат. Как ни странно, он очень заботился о нанятых лошадях.

Черт! Неужели их здесь возьмут, как попавшую в сети рыбу? Керколди должен идти по горячим следам.

Вновь появились рыбацкие лодки, а с ними шесть лодок побольше. Они подплывали молча, а Босуэлл молча возносил благодарность.

– Мы перевезем вас за плату, – объявил капитан одной из лодок и назвал непомерную цену.

Босуэлл минутку поспорил, надеясь кое-что выторговать или хотя бы не выглядеть полным дураком, но все поглядывал через плечо. Керколди мог вынырнуть из-за скал в любой момент.

– Договорились, – сказал он. – Ну, давайте грузиться!

Мужчины грузились в одни лодки, а более плоские и тяжелые согласились принять лошадей. Но переправить всех за один раз не удавалось. Потребовалось три переправы, чтобы доставить всю компанию на берег Йелла.

– Поехали! – крикнул Босуэлл, пришпоривая коня, и они снова помчались на север, через пустынную, словно забытую Богом землю.

Кругом были только черные камни, коричневая голая земля, сверкающая зелень мхов и папоротника, и ветер, точно живое существо – воющий, свистящий, обжигающий леденящим дыханием. Теперь, к концу дня, на небе появились быстро летевшие белые пухлые облака, свидетельствующие о скорости этого ветра.

Двадцать миль проскакали по холодной скалистой пустыне и прибыли к другому проливу, Блумулл-Саунд, намного шире Йелл-Саунда, и, хотя Босуэлл уже подумывал рискнуть и пуститься вплавь, поблизости оказались пять лодок, которые согласились их переправить – опять за большую плату.

Они высадились на скалистом берегу Анста. Спустилась ночь, но разжечь огонь не осмеливались, опасаясь выдать Керколди свое местонахождение. Сгрудившись на берегу, попытались заснуть, укрывшись плащами. Яростный ветер пробирался под ткань, шум бьющегося о скалы моря не давал заснуть. Когда наступил рассвет, стряхнули с плащей песок и гальку и приготовились пробираться по острову.

К середине утра они обнаружили корабли, стоящие на якоре в закрытой гавани. Босуэлл просигналил, помахав плащом, и к ним вскоре направилась лодка.

– Слава богу! – воскликнули одновременно и Босуэлл, и люди в лодке.

– Быстро сообразили, – похвалил Босуэлл капитана «Черепахи», который оказался на борту, целый и невредимый. – Прекраснейший образец морского искусства, какой я когда-либо видел. Я наблюдал с берега.

– Заметив тот мощный корабль, я сказал себе: «Он заслуживает, чтобы его пустили ко дну», – объяснил капитан. – На борту у них был епископ, тот самый, что должен был вас судить и вынести приговор; это он прыгнул и чуть не потопил лодку. Хотелось бы мне, чтоб и он утонул вместе с судном.

– И мне, еще больше, чем вам, ибо этот же перевертыш венчал меня с королевой. Гнусный предатель, – проговорил Босуэлл. – Другие суда остались позади; им предстоит подобрать людей и попробовать перегруппироваться.

– Неприятель может вскорости подойти, – заметил капитан. – Я бы сказал, у нас всего несколько часов до отправления. Что вы намерены делать?

– Сражаться, конечно, – заявил Босуэлл. – Что ж еще?

– У них больше людей и кораблей.

– Значит, они преисполнены самоуверенности. Если вы думаете, что я собираюсь бежать без боя, или сами желаете этого, я вас прямо сейчас отпущу. Я не держу на своей стороне слабодушных, а вы уже хорошо для нас потрудились. Можете идти с чистой совестью.

– Нет, я остаюсь, – сказал капитан. – Но у нас только несколько часов на подготовку.

– Что ж, так тому и быть.

Босуэлл пересчитал людей и понял, что многие остались на острове. Он отправил корабль с ценностями – со своею посудой, драгоценностями, доспехами, личным имуществом – на запад, в Сколлоуэй, собирать оставшихся.

На заре следующего утра на горизонте возникли первые вражеские корабли. Стоял такой туман, что они подошли очень близко, прежде чем Босуэлл и его капитаны смогли их заметить.

– Противник! Противник! Тревога! – кричали матросы.

Пушки были заряжены, и солдаты шныряли по палубе, выстраиваясь с аркебузами плечом к плечу. Зажигали облитые смолой факелы, приготовившись швырять их на вражеские суда при ближнем бое, готовили большие луки и крючья, если дело дойдет до абордажа и рукопашной.

Перерезав якорные канаты, вышли из залива, чтобы не попасть в ловушку и не оказаться прижатыми к берегу. Воющий ветер наполнил паруса в ту же секунду, как они были спущены, и капитаны рвались в открытые воды.

Их преследовали семь кораблей лордов, открывших огонь из дальнобойных медных пушек. Но противник все еще был на большом расстоянии, и ядра, не причиняя вреда, шлепались в воду.

«Черепаха», оправдывая свое название, отстала и вскоре была взята на абордаж солдатами Керколди. Теперь у Босуэлла оставалось всего два судна, и он предпочел бы, чтоб капитан «Черепахи» не принимал боя. Он надеялся, что Керколди будет милостив, но милость, похоже, не входила в число основных добродетелей лордов.

Пушечный огонь обрушился на суда, ядра рвали паруса, пробивали в них