Мария – королева Шотландии. Том 2 - Маргарет Джордж

взялись они за оружие и захватили королевскую персону прошлого июля в пятнадцатый день и заключили и содержат ее в доме и месте Лохливен, что все, сказанное и сделанное с десятого числа прошлого февраля, в каковой день покойный король Генрих, законный супруг ее, был постыдно и жестоко убит, совершено было по личному небрежению упомянутой королевы, о чем стало известно из ее личных писем, составленных и подписанных ею собственноручно, отосланных, как до совершения сего, так и после, Джеймсу, графу Босуэллу, главному исполнителю вышеупомянутого злодейского убийства, равно как и в результате ее бесчестного и противного Богу вступления в тайный брак с ним, из чего явно следует, что она есть тайный и неотъемлемый участник замышления и совершения вышеупомянутого убийства короля, законного ее супруга, совершенного упомянутым Джеймсом, графом Босуэллом, его сообщниками и помощниками, и посему справедливо заслуживает всего, что было сделано и будет сделано с нею».

Затем, выполнив официальный долг, он снова вошел в лодку и отчалил, оставив обитателей замка стоять на причале и глядеть ему вслед.

С тех пор Мария в отчаянии удвоила усилия, ища пути к освобождению, все время стараясь казаться смирившейся, побитой и не способной выдерживать чересчур пристальное наблюдение.

Для того чтобы все устроить, оставался один Джордж. Маячила, впрочем, возможность завербовать еще некоего дальнего родственника (может быть, незаконного отпрыска лэрда) по имени Уилли Дуглас. Он, похоже, ходил и разгуливал, где ему вздумается, и семейство считало его ребенком, хоть ему стукнуло почти пятнадцать.

Согласно первому предложенному Джорджем плану, он должен был попытаться собрать на берегу группу сторонников, которые увели бы большую лодку лэрда, когда ее привяжут у причала поместья, подобрались к замку и штурмовали его ночью при помощи Джорджа из-за стен. К несчастью, до лэрда каким-то образом дошел слух о возможном заговоре, который замышляет неизвестная личность, и он запер большую лодку на ключ. Тогда Джордж предложил, что заляжет со своими людьми – теми самыми сторонниками – в руинах монастыря на пустынном островке Сент-Серф посреди лоха, а Мария попросит лэрда разрешить ей поохотиться там с соколами; когда же они прибудут, можно победить лэрда со слугами и вызволить Марию.

Но для этого требовалось привлечь слишком много других людей и дважды переправляться по воде: один раз на Сент-Серф и другой раз на землю. Какое-то время Джордж думал, что проще попросту посадить Марию в сундук и как ни в чем ни бывало увезти в Кинросс.

– Нет, это глупо, – возразил маленький Уилли. – Всегда верней полагаться на собственные ноги. Пускай королева бежит, переодевшись. Так надежней.

– Да, – задумчиво согласился Джордж. – Может, она сможет поменяться платьями с какой-нибудь служанкой? Но как она выйдет? У ворот всегда стража, кроме обеденного перерыва для солдат, между половиной восьмого и девятью вечером, а на этот момент их запирают. – Джордж начинал понимать, что проводит все больше и больше времени в думах о королеве; о ее низком доверительном голосе, о ее нежных изящных руках. Она начинала являться ему и во снах, даря то, о чем он не осмеливался даже мечтать при дневном свете.

– Она может выскочить в окно в эркере в круглой башне, – сказал Уилли. – Оно всего в восьми футах от земли.

Но когда Мария попробовала, то подвернула ногу. Под окном были валуны с трещинами и зияющими провалами, по которым нельзя было ходить без опаски.

Однажды в февральский денек Джордж сидел на причале и следил за приближением лодки с прачками. Они совершали еженедельный визит, и суденышко везло наваленные посередине тюки чистого белья. Гребли четыре лодочника, налегая на весла в пенистой серой воде.

Прачки! Их было трое, и носили они бесформенные темные плащи, и лица их были невыразительными и бесцветными. Из-под плащей виднелись тяжелые подкованные деревянные башмаки. Медленно шагавшие по дорожке к замку, с величественным достоинством удерживая свои узлы в равновесии, прачки казались торжественными, мрачными предвестницами беды, словно три парки. Джордж поспешил за ними, стараясь разглядеть лица и посмотреть, действительно ли они – о, что за странная мысль! – напоминают Клото, Лахесис и Атропос. Вот это не Клото ли, та, что плетет яркую нить юности? Ибо она поистине держит королеву в своей власти.

Сердце его бешено колотилось. Это действительно путь! Мария может переодеться и просто выйти вместе с ними, прикрывая лицо. Это должно выйти легко, ибо они заворачиваются в широченные плащи. Это надо устроить, пока еще холодно.

Он подкупил прачек, и три, как все люди, взяли деньги. Он отправил по указанию Марии послания Джону Битону из непоколебимо верного семейства, родственнику Марии Битон, служившему Марии в Холируде; лорду Сетону и лэрду Риккартонскому, одному из сторонников Босуэлла. Им следовало собраться с вооруженными людьми в горном ущелье близ Кинросса и ждать сигнала об удачном побеге, а потом предстояло бежать в крепость Гамильтона.

– Все будет зависеть от того, сумеете ли вы незамеченной пройти сто ярдов от башни, через ворота и потом к лодке, – говорил Джордж. – Смотрите, чтобы не встретиться с моими сестрами.

Две младшие девочки Дуглас, четырнадцати и пятнадцати лет, были назначены «составлять королеве компанию» и, восставая против родителей, принялись обожать Марию, в результате чего, к тайной досаде последней, ловили каждое ее движение.

Она рассмеялась.

– Это будет труднее всего. Я заметила, что они не спускают с меня глаз, даже когда думают, что я сплю.

– Я не могу упрекнуть их, – проговорил Джордж.

Она ощутила тревожный трепет, не смея взглянуть на него, чтобы не поощрить усиливающуюся страсть. Но была тронута… и польщена.

– Весьма утомительно, когда тебя считают богиней, – изрекла она наконец. – Это совсем не так приятно, как воображают.

«Ну вот, – решила она. – Я предупредила его».

– Прачки отбывают около трех, и я постараюсь отвлечь сестер или дам им какое-то поручение, например… например, разобрать к тому времени нитки и штопку, – быстро заговорил Джордж, и она поняла, что теперь можно смотреть на него.

Он был очень привлекателен, так привлекателен, что в семье его называли «красавчиком Джорди». Она удивлялась, почему он еще не женат и даже не помолвлен. В самом деле, ведь он происходит из богатой, амбициозной семьи, занимающей высокое положение. Говорит превосходно, образован, атлет. Может быть, он религиозен? Заповедал себя Богу? Нет, протестанты так не поступают. Посмотрите на Нокса!

– Над чем вы улыбаетесь? – Он следил за ней так же пристально, как сестры.

– Гадаю, нет ли у вас тайного желания стать монахом, – поддразнила она.

– Вы хотите спросить, религиозен ли я? Или намекаете на мою воздержанность?

«Он серьезен, как бывают серьезны