100 великих рыцарей - Олег Викторович Вовк

после отъезда из осажденного города графа де Клермона, адмирала де Кюлана, сеньора де Ла Тура и других военачальников с двухтысячным отрядом солдат. Тогда отчаявшиеся горожане приняли решение обратиться за помощью к Филиппу Доброму, герцогу Бургундскому. Эта миссия и была возложена на Потона де Ксентрая. Возможно, герцог Филипп и взял бы Орлеан под свое покровительство, но его союзник, английский регент Бедфорд, решительно воспротивился этому, заявив: «Я был бы сильно разгневан, если бы мне пришлось отдать кому-либо птенцов после того, как сам обшарил все кусты!». Дело закончилось тем, что герцог Бургундский, осаждавший Орлеан вместе с англичанами, отозвал оттуда своих солдат, и это, конечно, несколько облегчило положение осажденных. Следовательно, миссию де Ксентрая нельзя признать совсем уж неудачной.

Вечером 29 апреля 1429 года Ксентрай и Ла Гир, сопровождая Жанну д’Арк в составе отряда из 200 копий, торжественно вступили в осажденный Орлеан через Бургундские ворота. С того знаменательного дня они, вдохновленные Рыцарственной Девой, следовали за Жанной повсюду, во всех боях, стычках, осадах и штурмах, поэтому слава Орлеана – это и их слава.

В 1430 году Потон де Ксентрай, имея под началом 1200 солдат, неожиданной атакой разгромил авангард англо-бургундской армии у Жербиньи. Англичане, не успевшие даже облачиться в доспехи, в панике разбежались, но уйти удалось не всем: 60 человек, попытавшихся оказать сопротивление, изрубили на месте, и еще около 100 попали в плен. Среди ободранных пленников понуро брел и сэр Томас Кириэл – командир погибшего авангарда.

В том же году Ксентрай немало потрудился вместе с Жанной, доставляя помощь осажденному врагом Компьеню. Изголодавшимся горожанам доблестный виконт привел большой обоз с продовольствием, а потом пленил отряд бургундцев, спешивших на соединение с войсками герцога. В «Хрониках» Монстреле имеется соответствующая запись:

«Жан де Бримо, идя к герцогу Бургундии приблизительно со ста бойцами, был внезапно атакован французской партией в лесу Крепи-ан-Валуа, которые… без большого сопротивления сделали их заключенными. Причина того, что они были таким образом захвачены, состояла в том, что его люди следовали в беспорядке… когда случилось нападение. Он [Бримо] был захвачен Потоном де Ксентраем».

Несколько дней спустя Ксентрай помог горожанам отбить у неприятеля захваченную бастиду у Пьерфонских ворот. В ожесточенной схватке солдаты его маленького отряда убили 160 бургундцев, и среди них – немалое число знатных рыцарей. В конечном итоге из этих частных успехов сложилась общая победа – деморализованная бургундская армия отступила от Компьеня в полном беспорядке. Судя по документам, это отступление больше походило на позорное бегство, поскольку бургундцы «…отправились оттуда ночью в очень злом настроении и плохом порядке… постыдно бросая в своих лагерях и в крупной бастиде очень большое количество крупных бомбард, орудий, серпентин, кулеврин и другой артиллерии, с некоторыми механизмами и оружием, каковые вещи попали в руки французов, их противников».

Превратности войны неисповедимы, как пути Господни, в чем Потон де Ксентрай имел возможность лишний раз убедиться девять месяцев спустя после снятия осады Компьеня. 11 августа 1431 года, близ города Бове, 2-хтысячный французский корпус попался в сети, искусно расставленные английскими полководцами Варвиком, Суффолком и Арунделом. Пока маршал де Буссак выводил своих солдат из-под удара, храбрые капитаны Ксентрай и Луи де Вокур с небольшим кавалерийским отрядом яростно отбивались от наседающих англичан, прикрывая отход товарищей. Большинство людей было спасено, но Ксентрай, разбитый полком Варвика, во второй раз за эту войну угодил в плен.

Граф Варвик относился к своему пленнику с тем уважением, которого заслуживал отважный французский капитан; Ксентрай пользовался относительной свободой в пределах замка Буврей и даже обедал за одним столом вместе с семьей графа. 9 февраля 1432 года граф Варвик отплыл из Кале в Англию, прихватив с собой и почетного пленника; с этого момента следы Потона де Ксентрая на несколько лет теряются. Его имя вновь всплывает в 1435 году в связи с восстанием в Нормандии. Крестьяне этой северной провинции, доведенные до отчаяния произволом английских властей и мародерством солдат, повели беспощадную борьбу с оккупантами. Многие французские рыцари, в том числе и де Ксентрай, приняли в этой борьбе самое активное участие, возглавив разрозненные отряды повстанцев.

Тогда же воинственный виконт поквитался за поражение при Бове с одним из английских капитанов, приложивших руку к его пленению. Граф Арундел подступил к замку Жерберуа, когда на помощь осажденным подоспел Потон де Ксентрай. Выстрелом из кулеврины Арундел был смертельно ранен, а его отряд полностью уничтожен решительной атакой: около 250 англичан остались лежать под стенами замка и еще 120 сдались в плен. При этом погибло не более 20 человек Ксентрая.

Король Карл VII, признавая боевые заслуги капитана, назначил Потона на должность бальи в Бурже. Высоко ценил Ксентрая и дофин, будущий король Людовик XI, пожаловавший ему звание шталмейстера. Известно, что в этом качестве Потон де Ксентрай сопровождал короля в Германию в 1444 году. Пройдя с ним опасными дорогами войны, заслуженный ветеран разделил с Карлом Седьмым и его триумф: 10 ноября 1449 года Ксентрай торжественно вступил в Руан, столицу освобожденной от врага Нормандии, с церемониальным королевским мечом в руках.

Это был его Звездный час. В отличие от своего незабвенного друга Ла Гира, скончавшегося от ран в феврале 1442 года, Потон де Ксентрай дожил до победы и закончил Столетнюю войну в звании маршала Франции.

13. КАПИТАН МАРОДЕРОВ

РОБЕР ДЕ ФЛОК (1-я пол. XV в.)

После крупных поражений французских войск при Креси, Пуатье, Азенкуре и Вернейле страну наводнили отряды наемников, оставшихся не у дел. Потеряв источник дохода, эти вооруженные шайки, которые называли бригандами (от французского слова «бригантин», т.е. кираса из металлических пластин), занялись грабежом, мародерством, насилием и разбоем. Эти свирепые бандиты никому не давали пощады: ни англичанам, ни французам, ни бургундцам. Их кровавый путь отмечали пепелища и изуродованные трупы несчастных жертв.

К числу таких воинственных бандитов относился и капитан Робер де Флок, мелкопоместный дворянин из Нормандии. Будучи вымогателями и мародерами, он, и такие, как он, одновременно оставались верными капитанами короля, ибо, по словам Андрэ Плэйса, «… грабить, вымогать деньги казалось им не так уж предосудительно, поскольку полученные средства давали им возможность быть в постоянной боевой готовности и в распоряжении короля».

Отважно сражаясь с англичанами, Робер де Флок успевал проворачивать и свои темные делишки, с одобрения, а то и при прямой поддержке соратников по оружию. Так, в 1432 году в Бовези де Флок, Ла Гир и Потон де Ксентрай прижали к стенке одного бургундского поэта, требуя с него выкуп в 1000 салю золотом.

В