Река Ангара – река Леметь - Анатолий Владимирович Казаков

размером значительно меньше, чем прежние, и было сразу видно, что она не прослужит детям столько, сколько те дорогие для нашего детства железные горки. Много места оттяпали под стоянку автомобилей, значительно сократив детскую площадку. Для автолюбителей хорошо, для моей детской памяти – нет, нет и нет!

Годы жизни идут быстро. Проходя по родному 45-му кварталу, вглядываешься в каждый панельный дом, ведь в каждом таком доме ты был у кого-нибудь в гостях.

Этой зимой удалось покататься с деревянной горки, построенной на месте бывшего рынка. Двоюродная моя сестра Лена и её подруга Оксана уговорили меня и жену Ирину покататься, кости поразмять. Спасибо им огромное! Вместо санок у нас были теперь надувные круги, современные такие санки. Катаюсь да вспоминаю старый рынок. Удивительна человеческая память: вспомнилось, как гоняли милиционеры бабушек, торговавших семечками, что по тем временам считалось спекуляцией, как купил на рынке рыболовную сеть-сороковку, подарил её на день рождения двоюродному брату Володе. Он обрадовался, но вскоре эту сеть отобрал рыбнадзор.

Продавали на этом рынке петушков на палочке, серу. Эх и любили мы всё это дело! В павильоне за три копейки пили газированную воду. Повернёт продавщица вертушок, нальёт немного сиропу, а дальше добавляет газировки – вкуснятина! Всё натуральное. В магазине продавали пломбир, вкуснее, чем нынешний. Запомнился старик, просивший деньги у магазина, и ему давали. Однажды мы с братом Володей поднялись в четыре утра, поехали на острова, и брат на спиннинг поймал щуку на семь килограммов. Приехали с рыбалки, а его мама Зинаида Александровна решила продать эту щуку. Пришли мы с ней на рынок, там щуку сразу купили. Вспомнилось, что и бичи были, но их было мало, а работы кругом – много.

Катаясь с горки и глядя на высотные дома, думал ещё и о том, что, может, кто, выглянув в окно, подумает, не сошёл ли с ума мужик – с горки катается. Ну, да ладно…

Покатались досыта. Пришли к нам домой, и мы угостили наших гостей пельменями. Пельмени были необычными: мы с женой накрутили фарш из красной рыбы с добавлением сала и обычных специй. Гостям с морозу понравилось кушанье. Когда дело доходит до пенсии или ожидаешь, что она вот-вот настанет, всё чаще думаешь, как избавиться от тоски. Посмотришь на молодых, а ведь и они (не все, конечно) тоскуют. Жизнь сложна. А вот такие моменты запоминаются: смотришь на радостных гостей, отведавших необычных пельменей, и невольно думаешь, что в эти часы ты обманул тоску. Очень это важно для твоего духа и здоровья. Наступает новый день, и ты после катания с горки и радости твоих друзей вроде как пободрее себя чувствуешь.

А старые железные горки 45-го квартала живут в твоей памяти, живут…

Посёлок гидростроитель

Засолили капусту. Это целый обряд, традиция – воистину народное дело. С самого утра работают на кухне мама и жена.

Мамочка моя Анастасия Андреевна уже успела сходить в церковь, службы нынче маленькие в связи с саднящим душу коронавирусом. Я долго болел, в церковь теперь не ходил, слабость не давала. Мама называет меня чахлым.

За это время умер от коронавируса дядя Ваня. Грустно вздыхая, думал и вспоминал, как мы беседовали с ним о жизни, идя после церковной службы. Блашинков Иван Павлович войну страшенную пережил, Братскую ГЭС построил. Да в каких тяжелейших, казалось, немыслимых условиях: ведь сорок, пятьдесят и поболее зимой бывало, а они, сердешные, в такие морозы строили плотину. Настоящие герои, славные строители – наши родные.

Двоих сыновей вырастил дорогой мой Иван Павлович, восемьдесят шесть лет смерти фигу показывал. Помню, даёт мне чекушку коньяка и говорит:

– Бери, Анатолий! Выпьешь, когда захочешь. Не удивляйся, что так просто захотел тебя угостить. Мне уже нельзя, а вам ещё можно. Дядя твой, Сергей, весёлый человек был.

…И вот уже вилок, другой покрошен, добавлена морковочка, а мама при этом обязательно рюмочку крепенькой ахнет. Работают быстро, слаженно, жена Ирина удивляется маминой жизненной закалке.

Вспоминаю один из рассказов Виктора Петровича Астафьева. В их деревне, когда начинался засол капусты, деревенские женщины во время работы обязательно пригубят браги или ещё чего самогонного. И ведь на каждую семью по несколько бочек солили и, по словам великого писателя-сибиряка, за зиму съедали. И, что характерно, все зубы были здоровы. Стало быть, польза от капусты большая для человека. Да разве только для человека? Животинка тоже любит капусточку-то.

Взяв трёхлитровую банку с капустой, несу её старшему сыну, пусть попробует нынешний посол: разным всегда он получается, но неизменно чудесным, тонизирует так, что будь здоров.

Иду по родному посёлку Гидростроитель. После операции велели гулять, так наши врачи завсегда советуют. Иду и гляжу на девятиэтажки, пятиэтажки и думаю вот о чём. Ведь в каждом девятиэтажном подъезде тридцать шесть квартир, это ж целая деревня получается! Но вот, ежели бы этих нынешних жильцов любого такого подъезда собрать всех вместе. И взять, к примеру, ту деревню, которую я знал у бабушки и где домов было немногим за тридцать. Деревня-то по количеству народа победила бы втройне, а то и более.

Ныне в квартире может проживать один человек, это зачастую так. В деревне же почти в каждой избе, и я это застал, проживало восемь – десять человек. Арифметика простая: вымираем, едрёна корень.

Снежинки-грустиночки медленно опускаются на мою шапку. Захожу в подъезд, стучу в дверь, бужу сына, отдаю капусту – и снова гулять.

На площади посёлка, сорок пятого квартала, поставили ёлку. Ёлка стоит и в центральном районе Братска, и в Энергетике, но для каждого района своя ёлка непременно самая лучшая.

В этом году сделали арку стеклянную, перед ней два оленя с ёлочками, а в самой арке маленький лосёнок, и на выходе тоже встречают тебя два оленя или лося с ёлочками. Говорят, что, когда стемнеет, очень красиво они светятся. Но и про Деда Мороза со Снегурочкой не забыли.

Стоят ледяные, большущие такие, сказочные, детишек да взрослых радуют. Ну и, конечно, ёлка – высокая, красивая. С игрушками – дети в школах своими руками их мастерили.

На площади возвышается корабль деревянными мачтами, забава для ребятишек немалая. И вдруг я слышу, как один мальчик со словами «За ВДВ!» прыгает с довольно высокого этого корабля.

Политики всё спорят, а мальчишки наши растут и по-прежнему защищают родное Отечество. Бывало, да и сейчас такое случается, завидит бабушка мальчика и, обращаясь к нему, скажет примерно следующее: «Сынок, надень варежки-то, руки озябнут, застудишься, окаянный, потом матери лечи тебя». Меня всегда