Час тьмы - Барбара Эрскин

Суббота, 14 сентября, утро

Ханна наблюдала из-за шторы, как семья садится в машину. Она не поехала вместе с остальными по магазинам, сославшись на месячные. К изумлению детей, родители согласились отложить возвращение в школу до похорон, дату которых, насколько они знали, еще не назначили.

Когда отцовская машина исчезла за углом, Ханна побежала в свою комнату и вытащила из-под матраса книги. Бо́льшую их часть ей дала подруга по имени Тэб, которая была ведьмой – по крайней мере, она так утверждала. В школе девочки жили в одной комнате, и Тэб, поначалу внушавшая соседке ужас, увлекла Ханну жуткими историями и бойкими пересказами мистических фактов о загробной жизни.

Теперь, когда настал подходящий момент, Ханна трепетала от страха, но была полна решимости исполнить задуманное. Она давным-давно ждала возможности проверить ритуалы на себе, и появление в их доме призрака стало для нее подарком от духовного мира. Будет чем похвастаться Тэб и остальным ученикам в школе!

Девочка открыла одну из книг на заранее заложенной странице и пробежала глазами по убористым строчкам. Для подстраховки требовались святая вода, свеча, конечно спички и соль. Со святой водой вышла заминка, но в другом месте книги советовали насыпать соли в родниковую воду и благословить ее. Так задача упрощалась. Ханна достала ароматическую свечу, купленную специально для такого случая, коробок спичек и упаковку морской соли, которую мама хранила в кладовке: продукт органический, так что подойдет идеально. Бутылка родниковой воды была приобретена в сетевом супермаркете. Раз уж придется заниматься экзорцизмом, Ханна подготовилась всерьез.

Другая книга из тех, что девочка собирала в течение нескольких месяцев, пока разгорался ее интерес к этой теме, предлагала окуривание, если атмосфера в доме неблагоприятная. Там советовалось чадить повсюду связкой тлеющих трав, направляя священный дым в самые темные углы с помощью пера. Ханна нашла в саду перышко из хвоста фазана и связала в пучок стебли шалфея, растущего в материнском домашнем огороде в горшках. Шалфей использовали американские индейцы, а они много знали о загробной жизни. Связка трав, однако, была свежей и влажной, и девочка не знала, удастся ли поджечь ее, но сделала все по инструкции. Впрочем, ухищрения с дымом предполагались на случай возникновения проблем, а главной целью было вызвать привидение и поболтать с ним. В одной из книг утверждалось, что поговорить с мертвыми вполне возможно. Надо отнестись к ним так, будто они живые, и объяснить, чего ты хочешь. Тэб, по ее словам, занималась этим постоянно.

Ханна сгребла магические принадлежности в материнскую корзинку и, подойдя к лестнице на чердак, посмотрела наверх. Во рту пересохло, дом казался непривычно пустым и тихим. Девочка сделала глубокий вдох и поставила ногу на ступеньку.

Каждая половица скрипела. Сердце неприятно стучало, когда Ханна поднялась на чердак и остановилась, оглядывая лестницу. Двери в две верхние комнаты были открыты, новые картины исчезли, остались только те, что стояли там раньше, и всяческое старое барахло. Ханна опустила на пол корзинку и затаила дыхание, прислушиваясь. Хотя на улице сияло солнце, здесь было довольно темно, поскольку свет проникал только через чердачные окна, расположенные в скатах крыши в дальнем конце каждого помещения. Включить электрическую лампочку искательнице приключений не пришло в голову.

Ханна взглянула на корзинку, внезапно опомнившись: нужно было все приготовить заранее, а потом уже подниматься сюда. Вместо святой воды она принесла родниковую воду и соль, а значит, лучше поскорее развести волшебный раствор. Дрожащими руками девочка открыла бутылку и налила немного воды в маленькую керамическую миску, которую взяла в кухонном шкафу, затем насыпала немного соли. Сколько надо? Это важно? В книге ничего не говорилось про количество. И нужно ли размешивать? Ханна нервно пожевала губу, стараясь задавить непреодолимое желание развернуться и сбежать по лестнице вниз, нырнуть в свою комнату и спрятаться под одеялом. Ведь кто знает, когда еще представится такой шанс. Вся семья редко уезжает вместе, а второй раз та же отговорка не сработает.

Преисполнившись решимости, девочка убрала пакет с солью обратно в корзину.

Где-то в комнате слева раздался шорох, и Ханна стала всматриваться через дверной проем.

– Тут кто-нибудь есть? – очень робким голосом спросила она и снова огляделась по сторонам, заставляя себя стоять на месте и размешивая пальцем воду. Теперь осталось только благословить раствор. Девочка не была в церкви с тех пор, как прошла в школе обряд конфирмации. Никто ее не заставлял, и никто особенно не интересовался обрядом – уж точно не родители. Ханне нравились занятия, нравилась торжественность службы, но энтузиазм угас так же быстро, как и вспыхнул, потушенный увлечением паранормальными явлениями и презрением Тэб к какой бы то ни было религии. Но «Отче наш» Ханна помнила наизусть: ведь этот текст все знают. Девочка осторожно подняла руку над водой и начала читать молитву, с удивлением обнаружив, что произносит слова с искренностью, которой раньше не чувствовала, и постепенно успокаивается.

Сделав глубокий вдох, девочка ступила в чердачное помещение и осмотрелась.

– Эй, – прошептала она, – вы здесь?

Она ждала ответа, и чашка в руках дрожала. Ханна нервно бросила взгляд через плечо. Может, попробовать чадить травами? Или зажечь свечу? Но она боялась по ошибке изгнать призрака.

– Эй! Вы здесь? Я знаю, что вы являлись моему отцу. Можете поговорить со мной?

Девочка была уверена, что чувствует чье-то присутствие. Она с трудом сглотнула слюну и, не осмеливаясь шевелиться, стала вглядываться в углы чердака.

– Поговорите со мной. Я хочу вам помочь. Папа сказал, что видел вас здесь.

Ханна начала осторожно пятиться к двери. Ей до смерти хотелось немедленно сбежать, но, как ни странно, удалось заставить себя двигаться медленно.

И тут она увидела его: в свете, падающем из окна, у стены, наклонившись над стопкой старых картин, стояла фигура, призрачная и нечеткая. Потом призрак медленно выпрямился и посмотрел прямо на Ханну. Она на несколько мгновений приросла к месту, не в силах дышать, потом развернулась и бросилась прочь.

На площадке валялась на боку корзина, шалфей был порван на кусочки, соль рассыпалась по полу. Не веря своим глазам, девочка вытаращилась на эту картину и, уронив миску, которую, как ни удивительно, еще сжимала в руках, со всех ног помчалась вниз по лестнице.

За несколько ступеней до конца она оступилась, потеряла равновесие и почти кубарем покатилась вниз по ковру. Ей как-то удалось подняться на ноги, и в полной панике она ринулась к своей комнате.

Когда Ханна добежала до двери, та захлопнулась