Трэш. #Путь к осознанности - Валентина Хара

не железный. Он тоже вспоминал глаза своих детей или глаза Софи, которыми она смотрела на него каждый раз, когда он уходил от нее к Кате… Он скрипел зубами и рыдал беззвучно, задерживая дыхание, чтобы не закричать прямо там, на улице.

Минут через десять ему позвонила Катя:

– Ты же не бросишь меня одну в незнакомом городе?

Олег отдышался, вытер слезы и пошел к ней.

Приехав в номер гостиницы, Олег зашел в почту и увидел письмо от Софи:

– Раньше ты был так от меня далеко – в Питере. Теперь я в Питере, а ты по-прежнему от меня далеко, только теперь – Казань…

Олеж, я скучаю. Хочется прижаться. Поговорить. Поваляться. Покормить. Напоить чаем. Что-нибудь рассказать или придумать даже.

Я не грущу, не думай. Просто хочу, чтобы ты знал, как мне тебя не хватает.

Олег написал ей ответ:

– Сегодня мое сердце плакало вместе с твоим… Я понимаю, как это больно. И ты думаешь, что мне проще, потому что я ухожу к Кате. Но проще ли мне, если, находясь с ней рядом, душа моя рвется к тебе? Мне так тебя не хватает. Ты сокровище, которое я искал всю жизнь. И вот уже нашел, и совсем рядом, но…

Я твой гребаный «путешественник во времени», который непонятно когда появится и когда исчезнет… Сможешь ли любить меня таким?..

Софи:

– Привет, родной! Во-первых, я не думаю, что тебе проще. Может, мне некоторые действия твои и не очень понятны, но я не берусь их судить. Это твои действия, твои решения и твоя семья. Может, я сейчас грубо скажу, но ты сам так говорил: «Значит, все устраивает».

Я прекрасно понимала, как будут выглядеть наши с тобой отношения, и абсолютно обдуманно на все это шла. Повторюсь, я очень ценю все, что ты делаешь и говоришь, и ценю каждую минуту, когда ты рядом. Я вчера тебе сказала, что у нас безусловная любовь, и я считаю, это очень здорово. Я не хочу тебя никак ограничивать, я никогда не скажу тебе – выбирай. Не хочу превращать наше волшебство в банальное чувство собственности. Это как любоваться цветами, которые растут в поле. Пока ты их любишь такими – это здорово. Как только ты их начал срывать, это уже не любовь.

Странный вопрос – смогу ли я тебя любить таким… А разве сейчас этого не происходит? Разве я хоть раз тебе сказала что-нибудь в духе – или ты со мной, или уходи?.. Вроде нет.

Я буду находиться с тобой столько, сколько ты позволишь, и там, где позволишь. Не могу сказать, что мне тебя достаточно… Конечно, мне тебя безумно мало, и хочется вообще иногда тебя не отпускать, и иногда кричать хочется на всю Вселенную от боли, когда тебя так не хватает рядом. Но я знаю, что ты со мной. Где бы ты ни находился. С кем бы ни был. И кого бы ни обнимал. И очень здорово, что, находясь в Питере, у меня есть возможность видеться с тобой чаще, чем если бы я жила в Москве.

В общем, все гораздо проще. Люблю.

Откуда в этой маленькой женщине столько силы и мудрости – удивлялся Олег. Она и вправду единственная и уникальная в этом.

Глава 66. Географ

И снова Питер. И снова Софи. Они поехали в роддом на улице Фурштадской, чтобы заключить договор на роды в нем. Софи там понравилось: дорогой красивый ремонт, палаты, больше похожие на комнаты, чисто и красиво, приветливый персонал. «Я хочу рожать здесь!» – практически ультимативно заявила Софи Олегу, когда они вышли оттуда. Софи и слышать не хотела ни о каких других вариантах. Олег смирился, хотя понимал, что новые расходы на съем еще одной трехкомнатной квартиры и содержание еще одной семьи существенно подкорректировали его бюджет.

После роддома они договорились, что встретятся с Ильей, и он посмотрит, что скажет чудо-программа об особенностях Софи.

Илья ждал их в арт-кафе «Сундук». Спокойный и улыбчивый, он с самой первой встречи производил впечатление безобидного ботаника. Правда, после последнего общения мнение о нем изменилось, и Олег стал относиться к нему более серьезно: «Наконец-таки делом занялся!»

Софи подсела поближе к Илье, а Олег сел слева от Софи и обнял ее.

Введя в программу метрики Софи, Илья, довольный собой, прыснул от смеха:

– Ну, все понятно теперь!

– Что тебе еще понятно?

– Ну посмотри, Олег! Видишь, у нее этот квадратик закрашен и оттуда торчит полоска?

– Вижу, конечно.

– Так вот – у нее как раз есть своя энергия. И, кроме того, у нее есть еще «ворота сексуальности». Даже если она будет ходить в мешке, ее все равно будут хотеть. Она так устроена. Это механика. А если она найдет еще мужчину с воротами в противоположном центре – у них будет очень классный секс. Кстати, у меня эти ворота есть. Ты можешь чувствовать какое-то притяжение ко мне, Софи, но знай, что это не любовь, а просто механика тела.

Олег нервно засмеялся. Софи не опровергала слов Ильи. Его это начинало беспокоить.

– А еще у нее как раз закрашен центр, из-за которого ты, Олег, чувствуешь себя с ней комфортно, а без нее не очень. Это как раз то, о чем я тебе и говорил. Кстати, ты, Софи, тоже потеряшка, как и Олег. Тоже все время будешь искать любовь и предназначение и, возможно, никогда не найдешь.

– Вообще да. Я всегда довольно влюбчива была. А иногда чувствовала влечение к мужчинам, хотя внешне они мне не нравились.

– Да-да! Так работает механика тела. Надо просто знать об этом, – продолжал Илья. – А ты, Олег, обусловливаешь Софи своими мыслями. У нее своих нет, и ты «давишь» на нее своей головой, своими концепциями, но и вдохновением своим тоже с ней делишься.

– Блин! Точно! Я тоже замечала: пообщаюсь с Олегом, вроде все по полочкам разложится. Как только одна – начинается жесть какая-то: мысли одна за другой, и все противоречат друг другу.

– И, кстати, Софи, деньги для тебя – ценность.

– Разве? – удивилась она и переглянулась с Олегом. – Мне всегда с детства внушали, что это вообще не важно, и я даже поверила.

– Да, все правильно. Воспитание часто заставляет нас жить не в соответствии со своей механикой, но критерием здесь является ответ на вопрос: чувствуешь ли ты удовлетворение от того, что происходит в твоей жизни?

– Да я в последнюю очередь об этом думаю, – со вздохом