Трэш. #Путь к осознанности - Валентина Хара

раз рассказывает ему о чем-то, что поведал ей Илья. Как правило, он начинал тут же спорить, Софи злилась и в конце концов перестала ему рассказывать что-либо.

Олег очень долго «отходил» от негативных эмоций, а зачастую усиливал их самокопанием и самобичеванием. Он заметил очень странную вещь – как бы он ни играл хорошее настроение, если внутри это не было так, Софи это сразу же чувствовала. Это вызывало в нем раздражение и усиливало напряжение. Чувствуя его напряжение, Софи не хотела ни обнимать его, ни даже просто быть с ним рядом. Он чувствовал периодически, что она просто терпит его присутствие, и его буквально «вышвыривало» из квартиры состояние Софи. Закрыв дверь, он шел по улице и рычал в бессильной злобе, не понимая, что происходит.

Объятия и телесный контакт были языком, на котором он принимал сообщения от мира. Сейчас он все меньше чувствовал любовь Софи. Она больше не хотела его, мягко, но безапелляционно блокируя все его домогательства. Он терпел и ждал. Напряжение нарастало. Когда оно доходило до пикового предела, Олег пытался прояснить свое состояние Софи, сказать ей, как он нуждается в ее объятиях… Каждый раз эти выяснения заканчивались ссорой, слезами Софи, его бессильной злостью, а затем его извинениями.

Она прощала его. Но становилась еще чуточку дальше.

Олег буквально сходил с ума. Он не находил себе места. Он пропускал деловые встречи, забывал о важных задачах. Его мозг абсолютно раскис, и Олег не знал, как собрать его в кучу.

Глава 67. Магнитик

В один из вечеров, когда Олег должен был ночевать у Софи, она сообщила ему, что к ней внезапно нагрянули друзья из Москвы, и попросила перенести их свидание на другой день.

– А в чем проблема, если я буду на вашей встрече? – решил уточнить Олег, сохраняя максимально спокойную интонацию, хотя у него внутри все закипало.

– Ни в чем. Просто мне более комфортно так будет, – ответила Софи.

Олег уже предупредил Катю, что его не будет сегодня ночью. Когда он вернулся домой, она посмотрела на него с усмешкой:

– Что, милый, твоя девчушка тебя сегодня не пустила?

– К ней гости приехали. Всем не разместиться, – ответил он.

Слова Кати подогрели его злость, и он решил прогуляться и подышать свежим воздухом, чтобы успокоиться.

Минут через десять после начала прогулки он позвонил Софи, но она ответила ему впопыхах:

– Олеж, я общаюсь с друзьями. Потом перезвоню. – Олег ничего не ответил. – Олеж. Все хорошо? Ты не обижаешься?

– Нет-нет! Что ты, все в порядке, я не обижаюсь, – а потом написал ей эсэмэску:

«Отдыхай, любимочка! Не торопись. Это же твои друзья. Люблю тебя!»

Он очень ждал, что она напишет ему, что любит или хотя бы «спасибо за понимание», но она ничего не написала.

Он пошел прогуляться по набережной Карповки. На улице было очень прохладно. Мелкий дождик дополнял эту гнусную картину.

Он шел еще минут двадцать. Проверял каждую минуту телефон. Ничего. Он не выдержал и снова набрал ее.

– Олеженька, что случилось?

Олег понял, что не может больше сдерживать свое напряжение. Он хотел сказать ей о том, как он соскучился по ней, любящей и заботливой, говорящей ему приятные слова, обнимающей и ласкающей его, ждущей его, желающей его. Но, вспоминая все предыдущие разговоры, понимал, что она снова разозлится. Он не мог произнести ни слова.

– Олеж! Олежа! Что случилось?

Он глотал слезы и мычал в трубку, ненавидя и жалея себя одновременно.

– Мне плохо. Я так ждал от тебя доброго слова, а ты… – наконец смог выдавить из себя он. – Ты как-то холодно мне ответила…

Лицо его исказилось гримасой. Ему стало противно от самого себя. От своей слабости и зависимости.

– Олеж, успокойся. Зачем ты так делаешь? Зачем мне мозг выносишь? Я тут с друзьями. Отдушина мне хоть какая-то. Это ты целыми днями на встречах. А я дома одна. Дай мне побыть с теми, кого я давно не видела, спокойно… У меня прямо радостно на душе стало, что ты сразу все понял. Что ты такой замечательный… Ну зачем ты всегда все портишь?

– Я… Я порчу? Значит, не такой уж и замечательный. Я просто не смог скрыть своих переживаний и поделился с тобой.

– Знаешь, это не переживания, а хренятина из ума! Я не знаю, зачем ты так себя ведешь. Вроде взрослый мужчина. Откуда в тебе эта неуверенность? Мне противно тебя слышать в таком состоянии. Жалость – это не то чувство, которое я хочу испытывать по отношению к мужчине.

– Я просто… просто хотел, чтобы ты как-то поддержала меня.

– Ты знаешь, Олег. Я слышу тебя, и мне страшно. Я не знаю, что я за говноженщина такая, если довела тебя до такого состояния. Может, тебе и вправду лучше с Катей. Может, она тебя лучше понимает.

Софи повесила трубку и больше не отвечала ему.

Он начал писать ей в ватсап:

– Софи, прости! Прости, любимая! Позвони мне, пожалуйста. Я просто устал. Ты самая лучшая!

Затем решил уточнить у нее:

– Чем я тебя обидел? Что я сделал не так, что ты не хочешь меня видеть?

– Олег! Что с тобой? – наконец ответила она.

– Я просто хочу понять, почему ты изменила свое отношение ко мне.

– Ничего я не изменила. До этого момента. Теперь наверняка изменю. Я устала.

– Давай я сейчас зайду и все объясню.

– Так. Стоп. Утро вечера мудренее. Сейчас наломаешь дров.

Она отключила телефон.

Олег злился и бесился. Он злился на себя. Ругал себя. «Господи! Как я мог это допустить? Как я мог превратиться из ее идеала в жалкого подростка, вымаливающего взгляд одноклассницы?»

Он зашел в местный магазинчик и купил маленькую бутылку коньяка. Выпив ее залпом, он пошел домой. Коньяк подействовал отупляюще-расслабляюще, но, похоже, еще больше обострил его нервозность.

Олег принял ванну, затем уложил Максимку спать и, продолжая лежать в его кровати, решил выразить свои чувства «на бумаге»:

– Странное, страшное чувство… Откуда-то из глубин прошлого… Казалось, уже такое забытое и нереальное.

Дышу тихонечко, боясь лишний раз потревожить сердце, которое дрожит… да, да… не стучит, а дрожит в унисон моим ощущениям. Слабость. Упадок сил. В горле – комок грязи, который невозможно ни выплюнуть, ни проглотить…

Я сказал: «Все в порядке, я не обижаюсь»… И так и было… Пока не пришло оно и не наступило мне на горло.

Господи, как тяжело взбираться на гору своего самоощущения, самосознания, когда ты изначально