Пять дней в горах - Лори Лансенс

Девушка не решалась это сделать, но потом позволила мне сунуть ее ноги под рубашку, поближе к теплу моей голой груди. Даже сквозь шерстяные носки я ощутил сосками холод.

– Холодно… – сказал я.

– Спасибо, – ответила она.

Я почувствовал, как в темноте переглянулись Нола и Бриджет.

Ветер усилился, с ревом врываясь в наше убежище, и мы жались друг к другу, чтобы согреться. Я снял нижнюю куртку и накинул ее на плечи Бриджет.

– Будем сидеть под одной курткой.

– Я уже замерзла до смерти, – пожаловалась Бриджет.

– Никто не замерзнет до смерти, – отозвался я.

– Волф… Это ведь «волк»… – произнесла Нола, чтобы сменить тему. – Никогда не встречала «волка». Как-то попадался кот – Кэт. И медведь – вообще-то, его звали Барри, но все называли его Беар – «Медведь». Не знаю, правда, как это писали.

– Старайтесь держать руку повыше, – напомнил я Ноле. – Положите ее на колено. Чтобы не так сильно отекала.

– Вы очень спокойны в трудном положении, – заметила Нола.

Мне очень хотелось напомнить, что, если бы не я, мы бы не оказались в этом месте. Если бы наши дорожки не пересеклись, женщины лежали бы на дне расщелины или заблудились бы в какой-нибудь другой части горы, а может быть, отчаявшись найти озеро, вернулись бы на станцию. Если бы наши дорожки не пересеклись, меня бы больше не было.

Тогда-то я и заметил, что отчаяние, которое давило на меня после несчастного случая с Бердом и усилилось после ареста Фрэнки, исчезло, затерявшись при падении вместе с сетчатым мешком Бриджет и моей бейсболкой «Тайгерс». Словно что-то во мне выключилось по щелчку тумблера. Или, скорее, включилось.

Согревшись теплом моего тела, девушка пошевелила пальцами.

– У вас есть имя? – спросил я.

– Вонн, – ответила она.

Вонн…

Ее присутствие среди нас ставило меня в тупик, и не меньше озадачивало то, что другие две женщины почти не обращали на нее внимания. Я с усилием сжал ее стопы ладонями, чтобы убедиться, что это не призрак.

– Вы можете развести костер, Волф? – спросила Нола.

– У вас в рюкзаке есть что-нибудь, чтобы развести костер? – спросил я. – Спички? Зажигалка?

– К сожалению, я не курю, – бесхитростно ответила Нола.

– В первый раз в жизни жалею, что никто не курит, – стуча зубами, выдавила из себя Бриджет. – В самом деле. Я сейчас жалею, что сама не курю сигарет.

– А вы не можете потереть палочки друг о друга или что-то в этом роде? – поинтересовалась Нола.

Я не умел разводить костер без огня и при свете дня, не говоря уж о том, чтобы сделать это в темноте. Да и воздух был слишком влажный.

– Нет сухой растопки, – ответил я.

– Я думала, ты – горный гид. Сначала мы из-за тебя заблудились, а теперь ты еще и огонь развести не можешь? – язвительно буркнула Бриджет.

– Мы не из-за него заблудились, – сказала Вонн.

– Чертовы пчелы! – добавила Нола.

Вонн вздохнула. Услышав это, Бриджет обернулась к ней.

– А что мне было делать? – прошипела она. – Дать им ужалить меня? Без инъектора?

Вонн открыла рот, но тут же закрыла его.

– Я считаю, что если ты берешь деньги как гид, но не умеешь ни ориентироваться, ни выживать, то это недобросовестная реклама.

– Ладно.

Но Бриджет было уже не удержать.

– Ну и какой у тебя план, Горец?

Горец… Мне показалось, что из-за каменной плиты донесся смешок.

– Вы слышали? – спросила Бриджет.

Я было подумал, что она тоже его услышала.

– Послушайте, – она дождалась, пока мы все затихнем. – Снова звук водопада.

– В горах акустике верить нельзя. Кажется, что ты что-то слышишь: водопады, самолеты, голоса. А это просто ветер. Здесь, наверху, тебе может послышаться что угодно, но, уверяю, это всего лишь ветер.

Ветер резко изменил направление, и мы повернулись к выходу из пещеры, вытянув шеи, чтобы увидеть, как расступаются тучи и перед нашим ошеломленным взором открывается вид на долину, переливающийся светом город в тысячах футов под нами, крошечные огоньки ветряков вдали.

– Это же Палм-Спрингс! – объявила Нола.

Бриджет показала далеко на северо-восток.

– Только гляньте! Боже! Словно бриллиант! Что это там?

Это был Жестяной город. В том-то и было самое страшное. Мы не заблудились.

– Мы не заблудились! – тут же завопила Бриджет.

– Как хорошо! – рассмеялась Нола. – Утром мы можем просто спуститься!

– Не совсем, – сказал я. – Я почти уверен, что это Каньон Дьявола.

– Значит, спустимся по Каньону Дьявола, – отозвалась Нола. – Будет что потом рассказать.

– Все не так просто, – возразил я.

– Выйдем как раз туда, где завтракали! – она указала на огни города.

– Боюсь, мы не сможем спуститься этим путем, – сказал я.

– Что вы такое говорите?

– Мы не можем спуститься отсюда, миссис Девайн. Нужно будет попытаться взобраться туда, откуда мы упали, – объяснил я.

– Глупости, – ответила Нола. – На такой крутой склон мне с перебитой лапой не забраться. К тому же мы можем заблудиться снова! Это же безумие, если сейчас мы точно знаем, где находимся! Зачем нам лезть наверх, чтобы спуститься вниз?

– А мы и не пытаемся спуститься. Мы пытаемся убраться с горы, – ответил я. – Понимаю, это противоречит инстинктам.

– Я верю в инстинкты, – сказала Нола.

– Я тоже, – заявила Бриджет и, на мое счастье, добавила: – Я – ясновидящая!

Девушка тихо хихикнула. Я решил, что ей все еще дурно после подъема по канатной дороге.

– Здесь должна быть тропа вниз к Палм-Спрингс, – заявила Нола. – Я уверена, что мы сможем ее отыскать.

– Поверьте, миссис Девайн. Это лабиринт глубоких каньонов и отвесных скал. Можно спуститься, но потом забраться наверх не получится, и до Палм-Спрингс вы не доберетесь.

– Выглядит так, будто можно просто сойти вниз, – настаивала Нола.

Я вспомнил историю о туристе, которую рассказывал мне Берд.

– Однажды давным-давно один парень по имени Джек пропустил последний рейс вниз. Он перепугался, что останется в темноте один, когда понял, что станция уже закрыта.

– Джек Мазло? – спросила Нола. – Вы говорите о Джеке Мазло?

– Вы знаете о Джеке Мазло? Что-то вроде легенды, верно?

– Наверное.

– Я не знаю Джека Мазло, – встряла Бриджет.

Я рассказал женщинам о спуске вдоль трассы канатной дороги, которая вовсе и не трасса.

– Его хотя бы нашли, – вздохнула Бриджет, когда я закончил. – Бедняга. Он хотя бы выжил.

– Не выжил, – сказала Нола.

– Конечно, выжил, – выпалил я.

– Я знала Джека Мазло, – возразила Нола. – В ту ночь он погиб, Волф.

– Что?

– Он погиб в ту ночь.

– Нет, – сказал я. – Его нашли в кустах рядом с первой башней канатной дороги. Он ходит в кофейню и до сих пор