Час тьмы - Барбара Эрскин

поводу вашего отца, мистер Марстон. Хотя мы в полиции и не сведущи в искусстве, нам представляется, что недавняя насильственная смерть Джорджа Марстона не может быть совпадением, поскольку еще одна картина вашей бабушки была испорчена, после чего вы забрали полотна из лондонского дома.

Он подождал, склонив голову набок. Кристофер выровнял дыхание.

– Вы идете по ложному следу, инспектор. Все это полнейшая чушь! Я не понимаю… – У него перехватило горло. – Во-первых, смерть отца не была насильственной. У него случился сердечный приступ… – Он внезапно остановился, поскольку полицейский с сомнением прищурился.

– Вскрытие выявило определенные отклонения от нормы, мистер Марстон. Боюсь, смерть вашего отца в настоящий момент рассматривается как подозрительная.

Кристофер упрямо замотал головой.

– Нет, не может быть. Никто не хотел навредить отцу. Никто. Если только… – У него возникла новая идея. – Вы опрашивали Люси Стэндиш? Она в тот день встречалась с ним. У нее есть все основания злиться на нашу семью.

– В самом деле? И почему же? – Сержант смотрел ему в глаза. – Потому что она думает, будто вы убили ее мужа?

– Нет! Нет, я не хотел! – Кристофер переводил отчаянный взгляд с одного полицейского на другого. – Это все полная чепуха. Как вы смеете предполагать, будто я имею отношение к аварии?

Палмен медленно встал, и коллега последовал его примеру.

– Мы ничего не предполагаем, только опираемся на рассказ водителя машины, убившей Стэндиша, сэр, – заметил инспектор. – Уверен, у вас есть алиби на вечер смерти вашего отца, и не сомневаюсь, что нам будет очень трудно доказать ваше знакомство с Понтингом, но мы будем раскручивать обе ниточки. Сейчас мы уходим, но должен вас предупредить: вскоре нам, возможно, снова придется с вами побеседовать. Всего доброго, сэр. – Последнее слово прозвучало подчеркнуто угрожающим тоном.

Стоя в дверях, Кристофер провожал взглядом полицейских, которые сели в машину и исчезли в конце гравийной подъездной дорожки.

Через несколько минут Марстон вернулся в пустой тихий дом, закрыл дверь и, нервно взглянув в сторону лестницы, пошел налить себе большой стакан виски.

Среда, 18 сентября, поздний вечер

Спрятав изобличающий его дипломат в темный угол прихожей, Майк тихо открыл дверь в гостиную. Лампа на столе горела, и Шарлотта стояла спиной к камину, сложив руки на груди и поджидая хозяина дома. Тот с изумлением уставился на бывшую подругу: волосы взлохмачены, лицо без макияжа, джинсы и рубашка неглаженые.

– Ты поздно, – сказала она.

– Я не ждал гостей, – спокойным голосом ответил Майк.

– Где ты был?

– Вряд ли тебя это касается. – Он подошел к стеллажу и зажег другую лампу. – Шарлотта, пожалуйста, уже действительно поздно, и я устал. Не вижу смысла снова повторять одно и то же. – Он видел, что у нее дрожат руки.

– Ты любишь меня, Майк, – произнесла она.

Он вздохнул.

– Нет, Шарлотта, не люблю. Мы с тобой приятно провели время, но в итоге ничего не вышло. Такое бывает.

– Ты говорил, что мы поженимся.

– Нет! – Голос у него стал жестким. – Нет, никогда я такого не говорил. И даже не думал о женитьбе, Шарлотта. Извини. Я не готов ни на ком жениться.

– Кроме Люси Стэндиш.

Он в отчаянии замотал головой.

– Я не знаю, как тебе в голову влезла эта идея. У меня нет намерения жениться на Люси, или закрутить с ней роман, или вступить в какие-то другие отношения – и ты бы сама это поняла, если бы дала себе труд хоть немного подумать. Шарлотта, давай разойдемся мирно, пожалуйста, ради нас обоих. Ты чудесная женщина и найдешь подходящего жениха. Честно, я не из тех, кто женится.

– Неправда, – сквозь слезы проговорила она.

– Правда. Я не хочу создавать семью. А теперь, прошу тебя, поезжай домой.

– Я купила для твоего дома некоторые вещи. Мне хотелось создать для тебя уют.

– Ну о чем ты говоришь, Шарлотта! Ты пыталась спалить коттедж! – Майк наконец потерял терпение. – Уходи. Немедленно.

Шарлотта жалко улыбнулась.

– Я могу спалить этот дом.

– Да, а я могу позвонить в полицию. Отдай мне ключи, пожалуйста. Откуда они вообще у тебя? Кажется, я их забрал.

Она внезапно села на подлокотник кресла.

– Я сделала дубликаты. Много дубликатов.

– Чудесно. Значит, придется сменить замки. Пожалуйста, уходи, Шарлотта.

– А у тебя остался мой ключ.

Майк почувствовал укол вины.

– Да, действительно, и я собирался отправить его тебе по почте. – Ему хватило ума не вынимать ключ из кармана. – Я найду его, а потом прошу тебя уйти. – Он подошел к столу и выдвинул один из ящиков.

– Там его нет. Я смотрела. – Шарлотта задрожала.

Майк торопливо оглядел стол.

– Ты что-нибудь взяла?

– С чего бы?

«С того, что ты хитрая стерва и манипуляторша». Ему удалось остановить себя и неопределенно заметить:

– Да, в самом деле.

Она, пошатываясь, встала.

– Я могу позвонить в полицию, сказать, что ты меня домогаешься, удерживаешь против воли.

Майк засмеялся.

– Вряд ли они в это поверят, когда я встану на колени и буду умолять их забрать тебя отсюда.

Ему показалось, что Шарлотта сейчас ударит его, но она либо не собиралась, либо передумала.

– Я ухожу, но не забудь: мне известно, где живет Люси. Тебе никогда не быть с ней, Майк, уж я позабочусь. – Она немного постояла неподвижно, не отрывая взгляда от лица бывшего любовника, словно запоминала каждую черточку, затем вышла из комнаты.

Некоторое время Майк был не в состоянии двигаться, ошеломленный не только словами Шарлотты, но и выражением лица, потом пошел следом за ней. К его облегчению, дипломата гостья не заметила. Она открыла дверь и вышла, оглядывая улицу в обе стороны.

– Поймать тебе такси? – предложил Майк.

Она сердито взглянула на него.

– Лучше пройдусь.

– Уже поздно, Шарлотта, нужно соблюдать осторожность.

– Зачем? – Она резко повернулась к нему. – Если меня пришибут, тебе же легче: не буду больше тебе докучать. Но в жизни все не так просто, Майкл. Я никогда от тебя не отстану. Никогда. – И она ушла, не оглядываясь.

Майк стоял на крыльце и смотрел ей вслед. Когда Шарлотта скрылась за поворотом, он зашел в квартиру и запер дверь на ночь. Но, даже задвинув засов, не почувствовал себя в безопасности.

Среда, 18 сентября, поздно ночью

Кристофер укладывал в машину самые маленькие картины, которые легко было перевезти, бережно укутав их одеялами. Полотна он прятал в шкафу одной из задних комнат, где любопытная дочь не могла их обнаружить. Фрэнсис звонила из Шотландии сообщить, что они прибыли благополучно и она пока останется там. Кристофер не спорил. К черту школу. Даже если дети вообще не вернутся, ничего страшного. Пусть бабушка