Сад в Суффолке - Кейт Сойер

его физиотерапевту – та незамедлительно выехала из Белфаста и уже к утру была на месте. Она покрутила ему ноги, помассировала ягодичные мышцы и деликатно заметила, что, если он еще планирует поднимать на руки внуков, экстремальные трюки лучше оставить дублерам. Он рассмеялся.

– Мне только сорок стукнуло. Старшей три года!

– Дело ваше. Трюкачьте на здоровье, пока шею не свернете. – Она пожала плечами и продолжила разминать ему квадрицепс.

– Интересно, Тома Круза вы так же мотивируете? – рассмеялся он.

Она вспыхнула.

– Я просто думаю… – Она помолчала, накладывая эластичный бинт и оборачивая его вокруг бедра. – Я видела вас на сцене. В пьесе с нефтью. Потом долго отойти не могла. Обидно немного, что… что вы просто, ну… машете кулаками на камеру.

– Даром что калека, так еще и вышел в тираж!

Она снова пожала плечами, но больше не краснела.

Съемки он все-таки закончил – пришлось использовать дублера для драки и сцены секса. Но если кто-нибудь узнает, что сегодня утром он помогал двигать мебель, ему не поздоровится.

Его взгляд останавливается на дыре в живой изгороди. Он уже давно не давал караулящим в кустах папарацци повода расчехлить камеры, но с его везением… Не хватало еще, чтобы кто-нибудь заснял, как он таскает диваны и карабкается на стремянку. Он с большим трудом уломал агента отпустить его на свадьбу без охраны: если та узнает, что Майкл так рискует накануне съемок, ему не жить. Конечно, она права: ему бы поберечься перед съемками. Поясница ныла с самого утра, а ведь ему предстоит ездить верхом и драться на мечах.

Он так и представляет разговор с Ричардом.

«Простите, не могу. Мне надо беречь спину для роли короля Артура».

Нет, лучше уж сорвать спину и потерять роль, чем преподнести Ричарду Робертсу такой подарок.

Майкл с кряхтением ставит ящики на край стола и разгибается, уперев руки в поясницу. Тугие мышцы под ладонями сокращаются, подтягивая друг к другу кости, как у марионетки с завязанными узлом веревочками. Что-то приятно щелкает, и у него вырывается стон удовольствия.

– Спина?

– Клара уже не пушинка. Ничего страшного, просто нужен массаж.

– Так, может, прекратишь строить из себя грузчика?

Майкл молча склоняется над ящиком и снимает крышку.

У него вырывается протяжный стон.

– Майк! Если все настолько плохо, нужно показаться врачу!

– Да я не из-за спины, Фиби. Это же кошмар. Кто-то не смотал гирлянду, когда убирал.

– Быть такого не может! В этом доме всегда безупречный порядок.

Она лукаво улыбается, и Майкл отвечает тем же. Утирает со лба испарину, проверяет время. Час тридцать три. Меньше полутора часов на то, чтобы распутать эту хрень. Мэри несколько раз повторила, что все должно быть готово к прибытию Эммы.

У него сжимается сердце. Эмма. Здесь.

Он чувствует на себе взгляд Фиби. Сглотнув ком в горле, начинает дергать за шнур, одну за другой откручивать лампочки и рядком раскладывать на скатерти.

– Как, по-твоему, называется мамин стиль? – Фиби выпрастывает из-под младенца руку и указывает на стол. – Деревенское диско на мебельной барахолке?

– А мне нравится идея с застольем под деревом. Вспоминается тот год, когда тебе исполнилось двадцать один.

– Я бы предпочла не вспоминать.

Он подмигивает. Фиби посылает ему воздушный поцелуй. Младенец ворочается у нее на руках.

– Сколько нас будет? – шепотом спрашивает Фиби, поглаживая Альби по спине. – Сорок два, плюс два ребенка? Не могу представить, что здесь соберется такая толпа.

– Каких-то двенадцать часов, и все закончится. Можем уехать хоть завтра, если хочешь.

Она с улыбкой кивает и, откинувшись на спинку стула, закрывает глаза.

За годы актерства Майкл получил немало наград, но ни одна из ролей не требовала от него такой самоотдачи, как та, что он играет с момента приезда на Маусер-лейн. Притворство уже выжало из него все соки, а ведь Эмма еще даже не приехала.

Неподвижный воздух лежит между ними, как покрывало с ароматом свежескошенной травы.

– На кой тут вообще этот стол? На фуршете едят стоя. Если не ошибаюсь, идея была в том, чтобы обойтись без изысков. Дорогущие скатерти и парочка тронов – это что, «без изысков»?

Майкл пожимает плечами и возвращается к гирлянде.

– Если твоей маме хочется именно этого…

– Ты в курсе, что папа заставил нового парня Рози помогать ему с поросенком?

– Угу.

– Тоже мне мачо. Устроил парню боевое крещение…

– И как он, справляется? На вид вроде красавчик, да?

– Без комментариев. – Фиби отпивает лимонада.

– Слова мудрой женщины.

В соседском саду заводится косилка, ее механический визг заглушает мелодичный птичий оркестр.

– Повезло, что твой отец не попросил меня. Можешь себе представить? Он бы меня на вертел насадил вместо свиньи.

– Пришлось бы прикрываться Кларой, как живым щитом.

Оба смеются.

И все же демонстративное отсутствие интереса со стороны Ричарда вызывает у Майкла досаду. Откровенно говоря, он подозревает, что Ричард всегда его недолюбливал, но раньше ему это было безразлично. А теперь, когда у Ричарда есть реальные причины его ненавидеть, он как будто самоустранился от всей этой ситуации, и это ужасно раздражает. А ведь Ричард ему даже не симпатичен. По мнению Майкла, Ричард Робертс – корень всех бед этого семейства. Хотя эту мысль он, скорее всего, никогда не выскажет вслух, даже в разговоре с Фиби.

Еще один пункт в списке того, что категорически нельзя говорить сегодня вечером. Надо будет поменьше пить.

Майкл распутывает кольца толстого провода, раскладывает его на траве вдоль стола и одну за другой вкручивает обратно лампочки.

– Во сколько приедет Эмма? – Рози, благоухающая кокосом и какой-то цветочной отдушкой, выходит из дома, водружает на стол старенький магнитофон и кидает рядом несколько кассет. – Ау! – Она машет руками над головой, как будто взывает о помощи с необитаемого острова. – Меня слышно? Я спрашиваю, когда приезжает сестра?

Она смотрит прямо на Фиби. Та пожимает плечами, морщит нос. Рози качает головой.

– Майк?

По его подсчетам, Эмма сейчас как раз взяла машину на арендной парковке.

– У вашего отца на ноутбуке в кухне открыт сайт, на котором отслеживаются самолеты. Он говорил, что Эмма летит над Исландией, примерно… – Он бросает взгляд на свои массивные наручные часы. – Три часа назад. Думаю, осталось недолго. Часа полтора, наверное.

– Я уже вся извелась, – вздыхает Рози и скрывается в гараже.

Майкл косится на Фиби. Она сидит с закрытыми глазами, зарывшись носом в волосы сына.

– Ты как, Робертс?

Она открывает глаза и улыбается ему.

– Сегодня мамин день.

– Да, сегодня день Мэри. У Мэри праздник, – механически повторяет он, двигая руками как робот. Этой фразой они программировали друг друга на