Лавр. Чагин. Брисбен. Комплект из 3 книг - Евгений Германович Водолазкин

– так здорово, что захватывало дух. Но была медицинская сторона дела, и она меня беспокоила. Веру собирались перевести в хоспис, где она имела бы полную врачебную поддержку. Но дача…

Всё в конце концов решилось. Исидор получил подробнейшие медицинские инструкции и снял дом в Комарово. Врачи сопротивлялись меньше, чем я думала: сколько-нибудь серьезного лечения уже не предполагалось. Кроме того, Веру должна была регулярно посещать медсестра и делать то, с чем не мог бы справиться Исидор. А он, как стало ясно, был способен справиться со всем.

Прости, что я всего этого тебе не рассказывала. Для Исидора это было настолько личным, что он ничего не сказал даже своему близкому другу – Григу.

Повествовательно твоя

Ника

12 апреля

Павел – Нике

Ника, радость моя!

Моя – пусть даже только повествовательно))

Каждое твое письмо для меня – потрясение. Исидор и Вера – на одной даче! Не знаю еще, чем дело кончилось, но, судя по тому, что «был способен справиться со всем», они жили там вместе. И представляешь, Чагин ведь описывает эту жизнь! В конце поэмы говорится о том, что они все-таки соединились и живут в доме на берегу Залива. Я был уверен, что это мечты наяву. Вернее, мечта настолько сильная, что стала для него явью. Но только для него…

Знаешь, что Исидора больше всего трогало в истории Шлимана? Не Троя. Отношения с Минной. В этой любви было всё, чтобы она стала вечной. А она вот не стала…

Исидор до конца надеялся на встречу с Верой и ее прощение. И очень боялся, что всё произойдет так же, как у Шлимана с Минной. В поэтической автобиографии он посвящает им трогательные строки:

В детские годы встречает Генрих прекрасную Минну.Охвачены чистой любовью, клянутся связать они судьбы,Лет совершенных достигнув. Но Генрих уедет в Россию.Но Минна его не дождется. Но вместе их не похоронят.

Такой конец их истории кажется Чагину странным и нелогичным. И в «Одиссее» чувствуется, что для себя и Веры он этого не допускал. Боялся, но не допускал. И оказался прав.

А я, читая его строки, думаю о нас с тобой. Месяцы без тебя всё во мне перевернули. Я не вижу тебя, но счастлив твоими письмами. Буду ждать тебя как угодно долго. Как Чагин ждал Веру. И у меня – такая же уверенность, что мы соединимся.

Обнимаю тебя, радость моя.

Павел

16 апреля

Ника – Павлу

Павел, дорогой, за большими чувствами ты забыл о нашем договоре. Ты мне что-нибудь описывай, пожалуйста.

Всё, что пишешь о любви, очень серьезно. Давай не будем сейчас этого обсуждать, ладно?

Теперь об Исидоре и Вере.

Чагину удалось снять небольшую дачу в Комарово. Ему предлагали сделать там небольшой ремонт, но он отказался. Не хотел ждать. Да и дача была, в общем, в сносном состоянии. Единственное, что он попросил сделать, это немного утеплить дом. Если не ошибаюсь, время было примерно такое же, как сейчас: конец апреля – начало мая. В наших условиях это еще не весна.

С переездом нам обещала помочь Альбина, но в последний момент что-то сорвалось. Вспомнила – ее послали в командировку, она работает на телевидении: ведет журналистские расследования. Она сама предложила помощь, когда Вера позвонила ей, чтобы сказать о переезде. Вера очень волновалась, всё думала, как Аля отнесется к этой идее. Ее беспокоило, что жить в доме с чужим мужчиной… Ну, ты понимаешь.

Аля отнеслась спокойно, даже с умеренным одобрением. Для нее это было щелчком по носу отцу, которого она по-прежнему не любит. Пламенно. Говорит, что он бросил ее в трудное время, когда девочке особенно нужен отец. Подразумевается, конечно, что он бросил и Веру, но это как бы меркнет на фоне предательства отцом Али.

На самом деле мы прекрасно переехали и без Али. Ее помощь была важна только как высочайшее разрешение. Без него Вера на переезд никогда бы не решилась.

За несколько дней до переселения народов Аля появилась в доме престарелых и помогла упаковывать вещи. Кое-какие мелочи из тех, с которыми Вера не расставалась (бабушкины бусы, елочная игрушка пятидесятых годов и т. д.), Аля увезла с собой: при переездах многое теряется. Как мне показалось, она приезжала, чтобы убедиться, что Чагин не посягает на имущество ее матери.

Забавно… Тогда же произошла репетиция сцены с Маргаритой. Аля устроила небольшое журналистское расследование по поводу моей роли во всей этой истории. Жесткий взгляд в мою сторону: это вы их свели, да? Я… Свела. Вы хотите вселиться в квартиру Чагина – да или нет?

Исидор действительно предложил мне поселиться в его квартире – пока они живут на даче. Ключ я тогда взяла, но осталась на своей служебной площади. Чувствую себя квартирной аферисткой со стажем.

В первый же вечер пошли гулять вдоль Залива. Не распаковали еще ничего, даже чая не выпили – Вере захотелось сразу увидеть Залив. Мы ее тепло одели, взяли с обеих сторон под руки и повели к воде. Именно что повели – шла она довольно плохо. Тем более, там ведь – ты знаешь – песок, любому идти трудно. А уж ей-то…

Короче говоря, сели мы на лежащую сосну. Представляешь, да? Сосна, поваленная ураганом, – ствол и корень-раскоряка. Корни у сосны не вглубь идут, а вширь. Всё это похоже на зонтик. Пока мы шли, был ветер, а сели за этой раскорякой – там тихо. Молчали. Вера сидела, закрыв глаза, иногда улыбалась. Шевелились ее ноздри, будто она изучала воздушные потоки. Напоминала породистую собаку – например, колли.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – тихо спросил Исидор.

– Да, милый. – Она открыла глаза. – Я вспоминала, как мы тут гуляли, пыталась посчитать, сколько лет назад. Но мозги отказывают.

– Сколько? – Лицо Исидора сморщилось. – Пятьдесят четыре.

Вера легонько погладила Исидора по плечу.

– Умница. А мне такие штуки не под силу.

– Мне тоже. Сейчас случайно вышло. Память сильно сдала.

– У тебя? Память?

Ты знаешь, это ведь правда. В последние годы Чагин многого не помнил. Что кажется невозможным, да? Но это действительно так. Как многие старики, он иногда забывал, за чем шел. Но я замечала у него и провалы в памяти о прошлом. По-моему, к этому он стремился всю жизнь.

Сегодня встала очень рано – сейчас засыпаю прямо на стуле.

Спокойной ночи, дорогой.

А можно не подписываться? Как-то это глупо выглядит. Ты ведь, я думаю, знаешь автора))

16 апреля

Павел – Нике

Ты предлагаешь не подписываться – давай не будем! Это действительно не нужно: множество отдельных писем слилось в одно. Которое теперь не прекращается, правда?

Ты написала:Спокойной ночи, дорогой – и меня охватило такое счастье! Поцеловал экран ноута, не смейся. Как давно я от тебя этого не слышал! Ты уже спишь, а мне так