Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

– Хорошо, что нашла время проведать. Что-то в последнее время редко появлялась, наверно, сильно занята чем-то? Я сам завтра в командировку уезжаю, поэтому оказался дома.

– Я просто соскучилась по Анисочке.

– А я всё не могу забыть наши разговоры на свадьбе и тогда, на кухне, – сказал Рустем и поставил на плиту чайник.

Надия была такая ладная и красивая, что хотелось подойти и заключить её в свои объятия. От этой мысли всё тело Рустема содрогнулось от прошедшей по нему волшебной сладостной истомы. Ещё одно мгновение – и он за себя не ручается. Интересно, как она отнесётся к этому его порыву? Рискованно. А глаза… Точно миндальные орешки…

На самом деле Надия тоже шла сюда с тайной надеждой на то, что Анисы не окажется дома. К счастью, так и вышло. Надия тихонечко поднялась с кресла, слегка потянулась и, плавными шагами подойдя к Рустему, возившемуся с чайником, подула в его ухо своим горячим дыханием. Только этого и ждавший Рустем, резко обернулся, сгрёб её в объятия и стал жадно целовать в глаза в губы. Но опытная девица ловко выскользнула из его объятий и, отойдя подальше, присела на подоконник.

– Ты, Рустик, не в моём вкусе, и потом я не могу предать свою самую близкую подругу, – сказала она.

– Предать? Предать можно только Родину. А в любви предательства нет, есть только сердце, только его и надо слушать, а оно у меня выпрыгивает из груди со стуком: «Надия! Надия!» Оно не подчиняется моим приказам, у него нет головы, у него только чувства. Легко сказать: «Будь разумным!», а что делать с сердцем? Ему ведь постоянно нужны новые чувства.

Надия хитро прищурилась:

– Ты хочешь сказать, мавр сделал своё дело…

– Делай со мной, что хочешь, Надия, я рядом с тобой чувствую себя молодым тигром, не могу спокойно стоять, кровь кипит. Ты для меня непознанный колдовской огонь. Я хочу броситься в него.

– Ты хотя и физик, но щебечешь не хуже лирика. Тебе, видно, нужна не я, а только моё тело. Ладно, потом это обсудим, чао!

Она быстро притянула Рустема к себе, коснулась его губ своими горячими губами и быстрыми шагами направилась к двери. Одной рукой взявшись за дверную ручку, она обернулась и добавила:

– Записка на столе, только для тебя. Жене показывать необязательно.

Рустем механически взял со стола кусочек бумаги. На нём на компьютере были набраны адрес, день и час. Кому, от кого, для каких целей – об этом ни гу-гу. В этом чувствовался высокий профессионализм. Рустем, стоя посередине однокомнатной квартирки, несколько раз перечитал записку, потом долго не мог придумать, куда её бросить, наконец, положил в пепельницу и сжёг.

В означенное в записке время с бутылкой шампанского и плиткой дорогого шоколада Рустем отправился по указанному адресу. Дверь открыла Надия сама. Она была в зелёном с синими цветами халате, едва прикрывающем колени. Рустем прошёл в середину комнаты, и остановился там немного смущённый. Надия защёлкнула дверной замок, подошла к Рустему, положила ему на плечи свои открытые нежные руки, крепко поцеловала в губы и начала его раздевать.

– Пусть говорят, что я опустившаяся, испорченная. Я не была такой, это я с тобой превратилась в развратную девицу. Я так давно тебя ждала, Рустем. И сейчас я не должна бы тебя принимать, но решила, если упущу момент, то себе этого никогда не прощу, и назначила тебе свидание. Мне нужны твои ласки, хоть капельку, хоть на мгновение.

– А если мне понадобится больше?

– Можно и больше, ты должен любить меня до сумасшествия…

– Но это не будет слишком…

– Я же тебя краду, я воровка.

– Знаешь ведь, у кого крадёшь.

– Нет, я просто ищу свою половинку, своё счастье. У одной женщины спросили, почему она надела кольцо не на тот палец, она ответила, что вышла замуж не за того. У меня ты найдёшь то, что тебе не сможет дать твоя жена.

Рустем так и таял в горячих объятиях Надии, он чувствовал себя как на островке наслаждений, счастья и радости.

При расставании Рустем, крепко прижав Надию к себе, жарко прошептал ей на ухо: «Мне никогда не было так хорошо».

– Это моя квартира, я её купила, скоро телефон будет. Адрес теперь знаешь. Только позвони заранее. Чао!

У Анисы приближалось время родов. Врачи рекомендовали ей почаще бывать на свежем воздухе, ходить, двигаться, не прибавлять в весе. Однажды, прогуливаясь по улице, рассматривая от скуки прохожих, проезжающие машины, Аниса вдруг заметила на другой стороне улицы знакомые фигуры. Посмотрев повнимательнее, она узнала в них Рустема и Надию. Они шли держась за руки, весело болтая и смеясь, никого вокруг не замечая. От неожиданности у Анисы потемнело перед глазами, чёрная туча закрыла голубое небо. Она, как тонущий человек, замахала руками, хотела за что-нибудь схватиться… Только крики «Помогите, беременной женщине плохо!» привели её в чувство. Ей дали воды, посадили куда-то и увезли. В ту же ночь она родила сына. Видимо, желая хоть как-то помочь маме, сын родился на несколько дней раньше. Мальчика назвали Ильдаром. Рустем, кажется, был счастлив: радостно суетился вокруг сына и похорошевшей похудевшей жены, стараясь угодить ей, помочь. Увлечённый новым положением отца семейства, он стал потихоньку забывать о «тех» событиях. А честные, заботливые, высоконравственные соседи под большим секретом рассказали Анисе о том, что Рустем ни разу не ночевал дома, пока она была в больнице. Но Аниса сильно разочаровала их, сказав, что ей это известно, и что в эти дни Рустем жил у родителей. Он наверняка предупредил родителей, чтобы в случае чего они поддержали именно эту версию, хотя она и не собиралась наводить об этом справки и устраивать скандалы, как базарная баба.

Будто чувствуя свою вину, Надия долго не появлялась у Асылбаевых. Но примерно через месяц она, как ни в чём не бывало, своими быстрыми шагами вошла в их однокомнатную квартиру и обняла Анису.

В элегантном шерстяном костюме тёмно-зелёного цвета, с распущенными по плечам волосами, с букетом алых роз в руках, она выглядела очень эффектно.

– Анисочка, я так по тебе соскучилась.

– Все, кто соскучился, уже проведали, – сказала Аниса бесстрастным тоном, стараясь отвернуться, не встречаться с ней глазами (она не хотела, чтобы Надия прочла в её глазах печаль и ненависть, её подруга слишком хорошо её знала!).

– Извини, я была в командировке. Как ты себя чувствуешь? Должно быть, неплохо, для другого причин