Бесприютные - Барбара Кингсолвер

Уилла удивилась. После смерти Хелин Тиг почти не трогала Зика, но теперь, при первых признаках возвращения к жизни с его стороны, сразу начала его задирать.

– А как насчет моих генов? – спросила она. – Греческая фамилия не отменяет другую твою половину.

– Мама! А что, наши предки по линии Ноксов сошли с Кавказских гор? – поинтересовалась Тиг.

– Нет. Тут только обычная занудная англосаксонская наследственность, как ты знаешь.

– Итак, мы – не кавказцы.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имел в виду, – произнес Зик, – белые.

– Белые – это не происхождение. Это психологический конструкт превосходства.

Эту борьбу Уилла наблюдала вечно: Скаут-орел[27] и Маверик[28], разные, но одинаково самоуверенные. Пока они были подростками, Уилла надеялась, что учеба в колледже и разлука рано или поздно позволят им расслабиться и найти общий язык, даже начать скучать друг по другу. Наверное, так оно и было. Но здесь, снова под одной крышей, их детские натуры опять возобладали. Она видела это даже по их позам: Зик сидел, опершись локтями о стол и наклонившись вперед, Тиг стояла на стуле на коленях, обретя, таким образом, преимущество взгляда свысока.

– Ты хочешь сказать, что категорий родства в человечестве не существует?

– Ничего подобного. Я ставлю тебя в известность, что термин «кавказский» был придуман в восемнадцатом веке немецкими философами, заявлявшими, что Бог разместил цветных людей на всяких неразвитых континентах, а прекрасных беленьких – в горах Восточной Европы.

– Благодарю тебя, Википедия!

– Я не Википедия, у меня просто хорошая память.

– Зачем запоминать подобные глупые фактоиды, если их можно в любой момент найти в телефоне? Ох, прости, я забыл, что ты не пользуешься телефоном.

– Накопление и синтезирование информации в мозгу создает личность. Ты отказываешься от собственной личности в пользу лежащего у тебя в кармане электронного устройства.

– Очередная занудная проповедь недоучки.

– У меня, по крайней мере, есть работа. Я вношу вклад в семейный бюджет.

– Это несправедливо, – заявила Уилла. – Зик заботится о новорожденном и восстанавливается после травмы. Горе отнимает всю энергию. После маминой смерти я до сих пор чувствую себя так, будто совершаю восхождение на горный пик.

И Зик, и Тиг внимательно посмотрели на нее.

– Я не говорю, что это одно и то же. Моя мама прожила довольно долгую жизнь, успела увидеть, как я стала взрослой. – Уилла замолчала, избегая встречаться взглядом с детьми. Они явно считали, что ей следует остановиться. В тишине всем стала очевидна наступившая неловкость.

– Я собираюсь начать работать из дома, – наконец объявил Зик.

– Правда? Запускаешь новое дело? – оживился Яно.

– Свою инвестиционную фирму. Сегодня я поговорил с Джейком и Майклом. Честно говоря, ради этого я и предпринял поездку. Они наседали на меня, чтобы обсудить проект, поэтому я устроил блютус-конференцию из машины, пока малыш Большой Рот бушевал на заднем сиденье. Но все сложилось. Мы назовем свою фирму «Хорошие деньги».

Ура, подумала Уилла, горе отступает.

– Нечто вроде бросания денег на ветер, – усмехнулась Тиг.

– Нечто вроде самого быстрорастущего сектора персонального управления финансами. Микрозаймы, деньги, независимые от ископаемых источников топлива. Социально ответственные вложения.

– Продолжай тешиться. Помогать богатым стать еще богаче – это очень ответственно с социальной точки зрения.

– Послушай, деньги – двигатель, он работает денно и нощно, нравится это тебе или нет. Хорошо это или плохо. Мировой отток финансов из Южной Африки – вот что в конце концов сломило режим апартеида. С этим ты не поспоришь.

Уилла знала, что ее дочь могла бы поспорить с самим Богом по поводу сроков прихода Судного дня, или какой там есть ему языческий эквивалент, поэтому она удивилась, заметив, что Тиг успокоилась и через голову Ника потянулась за миской с салатом.

– Таким образом, если воротилы из газового и нефтяного секторов сейчас являются злодеями, моя компания поможет людям перекинуть свои пенсионные накопления в компании, производящие солнечные батареи. Или в женские кооперативы в Индии, если это их интересует. Мы будем разрушать устоявшиеся модели. Многие наши вкладчики станут представителями среднего класса. Речь идет о том, чтобы увеличить рост чистой прибыли для каждого отдельного случая.

Тиг закатила глаза.

– Люди превысили грузоподъемность планеты. Ответственным было бы сократить «чистую прибыль» населения на ней.

– Это мы уже проходили! На протяжении пяти веков до индустриальной революции. И назывались они «темными веками».

– Это правда, – подтвердил Яно. – Развитие цивилизации невозможно остановить. Это была бы экономика с нулевым результатом: у меня свои нужды, у всех свои нужды, и единственный способ что-то получить – отнять это у другого.

– Крутой сценарий, папа, – сказала Тиг, – только наш мир и есть мир с нулевым результатом. Если ты забираешь что-то у земли или океана, это есть отъем. Ты лишь притворяешься, будто потери восполняются. Они не восполняются.

– А когда планируешь периоды низкого роста, получаешь Гитлера или Чингисхана, – заметил Яно.

– Да планируй как хочешь. Я все равно этого не приемлю. Просто мне посчастливилось родиться в тот исторический момент, когда ваш фольклор про непрерывный рост смывается в канализацию.

Уилла подумала: сколько же долларов, потраченных на образование, вложено в эти дебаты и нельзя ли ей получить компенсацию. Ей хотелось, чтобы они замолчали и просто ели. Зик служил горючим для огненного темперамента Тиг, даже когда говорил на языке биржевого брокера, который, по опыту Уиллы, повергал человеческий мозг в оцепенение.

– Рост каждого четвертака – единственный успех, имеющий значение для инвесторов. Стремление к наращиванию возможностей – двигатель экономики. Так уж есть.

– В общем, – произнес Яно, – будет видно. Капитализм становится экологичнее.

– Господи! Да как вы не понимаете? Существует такое понятие, как «биоемкость» – общая биологическая масса растительного и животного мира, которую производит земля. Это измеряемая величина. Знаете, какую ее часть мы используем?

– Полагаю, менее ста процентов.

– Нет, больше! Каждый год – на двадцать пять процентов больше. И как долго, черт возьми, это может продолжаться, по вашему мнению?

Резкая нота в ее голосе разбудила Ника, который начал уже дремать.

– Юная леди, ты даже не понимаешь, как тебе повезло, что у тебя есть обувь на ногах и крыша над головой.

– Посмотри, я босая, – Тиг показала Нику свои ступни.

Крыша над головой тоже под вопросом, могла бы добавить Уилла. Но Ника уже было не остановить:

– Я такого навидался во время гражданской войны в Греции! Брат против брата. Коммунисты брали все, что хотели, а то, что им было не нужно, сжигали. Желаешь обратно туда? Добро пожаловать. Нам с твоей яя[29] повезло: с нас не содрали