Тайна поместья Уиверн - Джозеф Шеридан Ле Фаню

— Рад, что тебе нравится, — улыбнулся тот. — И знаешь, очень мило с твоей стороны приехать к нам так скоро. Хотелось бы видеть тебя чаще!

— Здесь еще кто-нибудь есть? — Гарри посмотрел через плечо, чтобы убедиться в отсутствии служанки. — Я бы не хотел, чтобы кто-то в Уиверне пронюхал о моем визите к вам, потому что… извини, это оттолкнет от меня старика. Ты, Элис, тоже молчи.

— Можешь не волноваться, Гарри, — покачал головой Чарльз. — Да и кому я скажу. Ты же знаешь, я изгой. А старика я, наверное, больше никогда не увижу.

— Не зарекайся, — Гарри снова наполнил стакан. — От вас я поеду в Барнсли, потом в Даулинг, потом, скорее всего, на юг, а когда вернусь в Уиверн, нагорожу ему грандиозной лжи, если он будет задавать вопросы.

— Не бойся, мы никому не скажем, — повторил Чарльз.

— Ха, не бойся! Если ты про отца, я его не боюсь и никогда не боялся.

— Но тогда зачем же ты предупреждаешь?

— Скажу откровенно, брат. В отличие от тебя, я, можно сказать, нищий. У меня нет дома, пусть и заброшенного, милостиво переданного тебе отцом по настоянию нашей матушки, и нет ни куска земли, на который я мог бы рассчитывать, понимаешь? Отец пустит меня по миру, если сочтет предателем. Ему ничего не стоит захлопнуть двери Уиверна перед моим носом. Он лишит меня того скудного содержания, которое дает сейчас, продаст моих лошадей, и я… я буду вынужден обратиться к адвокатам, чтобы отстоять свои права. — Он вздохнул. — Или мне придется жить за твой счет, Чарли.

— Тебе здесь всегда рады, Гарри, — мягко сказал Чарльз.

— Всегда, — повторила Элис; не то чтобы она питала нежные чувства к Гарри, но он был братом ее мужа, и к нему нужно было проявить должное уважение.

Гарри продолжил, даже не поблагодарив их:

— В итоге вы здесь неплохо устроитесь, вот увидите, а что делать мне, если отец проклянет? Объезжать лошадей или, черт возьми, наняться на поденную работу? На самом деле я сильно рискую, общаясь с вами… Нет, я готов рисковать, но все же лучше соблюсти осторожность.

— Боже, Гарри, ты же не думаешь, что я такой дурак и буду трепаться на каждом углу? — воскликнул Чарльз.

— Ничего такого я не думаю. А приехал я, чтобы подставить вам плечо, поддержать отщепенцев.

Чарльз взял одну руку благодетеля, Элис — другую, и они начали сообща изливать ему свои признательности. Гарри печально улыбнулся и опустил глаза в пол, щеки его раскраснелись.

— Я всегда говорю друзьям: «Оставьте благодарности при себе и лучше окажите мне услугу, когда это будет в ваших силах», — сказал он. — Соловья баснями не накормишь, и… Ну, в общем, больше ни слова.

Глава XVI

ДУРНЫЕ ПРЕДЧУВСТВИЯ

Под воздействием бренди Гарри никак не мог угомониться.

— Я бы спел, но сиплю со вчерашнего дня. Или мог бы попросить Элис сыграть, чтобы поднять настроение, но у вас здесь нет пианино. А скучный Чарльз не спел и ноты за всю жизнь… — Стоя у огня, он громко зевнул и тут же прокомментировал: — Понимаю, не слишком вежливо с моей стороны, но мы же родственники. — В любом случае мне уже пора покинуть вас.

— Я бы мог предложить тебе остаться, Гарри, но ты же знаешь, у нас не было времени подготовить гостевую комнату, — сказал Чарльз.

— Может быть, чаю? — робко спросила Элис.

— Я ненавижу чай, дитя, но все равно спасибо, — улыбнулся Гарри. — Я бы сейчас охотно выпил кружку сыворотки, она отлично оттягивает.

— А та серая лошадь, ты ее еще не продал? — поспешно спросил Чарльз, увидев, как глаза Элис округлились.

— Ох, прямо не знаю, что с ней делать… Я бы продал ее за пятьдесят, но старик Клинкер не согласен. Мы с ним поссорились из-за этого.

— Мне бы здорово пригодились пятьдесят фунтов, была бы возможность получить их, — вздохнул Чарльз.

— Не знаю ни одного человека, кому не пригодилась бы такая сумма, — рассмеялся Гарри. — Сдается мне, ты был бы рад получить и половину этой суммы.

— Черт, верно… Я в затруднительном положении. Гарри, и если… — Чарльз прервал себя на полуслове.

— Если повезет, я ее все таки продам за пятьдесят. Да, она прихрамывает на правую ногу, и человек с глазами не может этого не заметить, однако не все такие глазастые.

— У тебя получится, Гарри, я знаю, — сказал Чарльз, который ничего не понимал в лошадях, и ему трудно было поддерживать разговор.

Элис вздрогнула. Она правильно услышала? Ей показалось, что тон мужа стал раздражительным. Уж не винит ли он ее в том, что это она усугубила его проблемы с деньгами?

Чарльз перехватил ее взгляд: он был таким печальным, что его сердце сжалось.

— Зато моя женушка лучшая в мире, — поспешно сказал он. — Если бы я смог достать эти несчастные пятьдесят фунтов, она бы нашла им применение и превратила в сотню. — Он нежно положил руку ей на плечо и посмотрел в прекрасные глаза.

— Элис хорошая хозяйка, не сомневаюсь, — сказал Гарри, который до этого рассматривал свою шпору. — Хотя в Уиверне она вряд ли научилась бережливости.

— В ней это заложено, — возразил Чарльз.

— Нет-нет, я не могу принять твои похвалы, дорогой. Но я буду стараться. Я научусь всему… Уверена, секрет в том, чтобы стремиться делать все хорошо…

— Да, конечно, — прервал ее Гарри. — Делать все хорошо и делать вид, что тебе нравится. Срезать корку с черствого сыра, убивать мух, варить картофельные очистки, горбатиться за шиллинг… И улыбаться, улыбаться. Ну, мне пора. Спокойной ночи, Элис. Ты позволишь Чарли проводить меня немного?

А потом он в целости и сохранности вернется к тебе. Идем, Чарли, — позвал он брата. — Благослови тебя Бог, девочка, и я непременно загляну, когда у меня будут для вас какие-нибудь новости. — Прощаясь, он пожал Элис руку, похлопал ее по плечу и пощекотал под подбородком. — Не трать нервы, помни, все будет хорошо. Пара любимых глаз напротив, стаканчик бренди — и со всем можно примириться. Честно скажу, я не думал, что у вас так уютно, и я бы лучше остался здесь, чем скакать в Барнсли. Но меня ждут дела… Ты готов, Чарли? Я уже должен быть в пути, а малышка Элис ждет не дождется, когда я наконец исчезну.

Элис было интересно, что заставило весельчака Гарри, к грубым шуткам которого она никак не могла привыкнуть, проделать столько