Жилец дома №5. Мистические истории о русской нечисти - Виктория Ли

– Что вы от меня хотите? – голос женщины больше не звучал ни молодым, ни приветливым, казалось, что воспоминания мгновенно состарили его.

– Расскажите, почему вы сбежали? Ведь не от мужа же?

– Не от мужа, – мрачный смешок. – Сбежала, потому что жить хотела. А своей подруге передайте, – последнее слово Савельева произнесла с нажимом, остервенением. – Пусть уходит оттуда, если еще может.

Девушка ощутила, как страх говорившей протягивает и к ней, Лиде, призрачные щупальца, оплетает, заражает:

– Почему? Что не так с домом?

– Там хозяин, – непонятно отозвалась трубка, – поселился благодаря моему муженьку, и теперь это его место.

– Объясните толком, пожалуйста, – попросила Лидия, – мне очень нужно знать, в чем дело. Моя подруга сейчас болеет, и я не знаю…

– Значит уже поздно, – сухо перебила Ольга. – Сами только туда не суйтесь. Больше ничем не поможешь.

Лиду этот разговор пугал, но еще сильнее – злил: да что за бессердечность такая!

– Где вы сейчас? – резко спросила она.

– В Лениново. А как вы нашли мой номер? – в свою очередь потребовали на том конце.

– Знакомые подсказали, – повторила девушка уклончивый ответ Андрея, – слушайте, а можно…

– Так скажите вашим знакомым, чтобы больше меня не тревожили. – Савельева явно не собиралась продолжать беседу. – Полеховка – запретная для меня тема, и больше я не намерена об этом говорить.

Трубка умерла – собеседница дала отбой. Лида пробовала набрать еще пару раз, но ничего не вышло: либо Ольга заблокировала ее, либо просто не отвечала.

– Не хочешь, значит, говорить, – шипела Лидия, ища нужный номер в телефонной книжке. – А придется.

На следующий день она уже знала адрес Лениновского ателье «Шик», где работала несговорчивая портниха. Попросила подругу позвонить, описать воображаемое платье и назначить встречу для снятия мерок. Через час отозвался и Фонарев, повторив свое предложение, и Лида согласилась.

«Два человека лучше одного», – решила про себя девушка, представляя, как вытрясет из Савельевой всю правду про ее проклятый дом.

Глава 21

Влад озабоченно прикладывал руку ко лбу Полины. В отличие от матери, он не умел угадывать температуру немедленно – при первых же тридцати семи, однако здесь этого и не требовалось. Кожа Поли горела. Антибиотики, которые прописал врач, похоже, вообще не помогали. Молодой человек осторожно вытащил подушку из-под головы жены, снял влажную наволочку, надел новую и снова подложил.

«Придется везти в больницу, – думал он, устало потирая шею. – Да что ж такое, сперва Глеб Алексеевич, теперь Поля».

– Полюша, – позвал Влад, присев возле девушки, – давай чаю выпьешь?

Она что-то простонала в ответ, и муж понял, что придется снова поить с рук. Прошел в кухню, где стоял заваренный Авророй Карповной сбор. Старушка приходила каждый день, и даже если не оставалась до его возвращения, у порога всегда виднелись следы ее визитов: суп, бульон, травы и что-нибудь съестное для него. Снедь она странным образом всегда оставляла за пределами дома. Влад думал, что все из-за недавнего случая, когда рассольник, по словам соседки, скис в холодильнике (тогда, видимо, отключалась электроэнергия). Было совестно, что Аврора Карповна заботится о них словно о малых детях. Чувство бессилия – цепкий, колючий репей – раздражало, но выхода молодой человек пока не находил. Пробовал нанять Татьяну или кого-нибудь из Полеховки, чтобы приходили, когда он на работе, но как назло все отказались. Острое сопротивление, которое местные сопровождали явно неуклюжими отговорками, ставило в тупик, однако времени и сил на разборки тоже не оставалось. Нужно было руководить доделками и заботиться о Полине.

Влад нацедил отвар и вернулся к жене, помог сесть и стал прикладывать край кружки к губам девушки. После предложил Поле поесть, но она замотала головой – ладно, попробуем позже.

– Поль, если не станет лучше, поедем в больницу, хорошо? – слабый кивок, девушка прикрыла глаза и вздохнула. Муж погладил ее по волосам, поцеловал в макушку и начал собираться на стройку.

«Надо дать знать Лиде», – напомнил себе он.

Вчера Влад заметил несколько пропущенных от подруги жены и планировал отозваться. А еще требовалось поговорить с Айратом. Тот, узнав о болезни Полины, сперва посочувствовал, а потом, уже к концу рабочего дня подошел и попросил «отойти на минутку». Молодой человек, торопившийся к Поле, извинился, пообещав вернуться к разговору завтра.

На следующее утро искать старшого не пришлось – Айрат явно поджидал его. Мужчины поздоровались и, не сговариваясь, отошли к берегу озера – подальше от остальных. Владу сразу стало ясно, что разговор пойдет не о стройке.

– Как Поля? – спросил старшой, как только они остановились.

– Так же: в постели, слабость, температура. Пьет антибиотики.

– Угу, – в выражении лица собеседника скользило сочувствие и еще что-то – Влад пока не мог точно определить.

– Ну, – поторопил молодой человек, – говори уже как есть. У меня сегодня созвон с клиентом, времени по нулям.

Айрат кивнул. Затем огляделся, то ли убеждаясь, что нет лишних ушей, то ли собираясь с мыслями.

– Короче, мне давно надо было с тобой поговорить, но я решил, что сперва разузнаю кое-что у Алексеевича, – непонятно произнес он.

– Кое-что – это что? – уточнил Влад. Он, конечно, знал, что Айрат несколько раз ездил в Лениново на встречи с прорабом, но при чем тут Полина.

Старшой же смотрел на него с видом врача, которому приходится объясняться с родными опасно больных пациентов.

– Все, что касается жильца, – наконец произнес он.

Глава 22

Айрат шел по больничному коридору. Взгляд привычно цеплялся за знакомые детали: вездесущая зеленая краска на стенах, растения в горшках – явно залюбленные медсестрами и техничками, белые двери палат, персонал в масках, посетители, как и он сам, в бахилах. Очень приличная обстановка, несмотря на удаленность от столицы.

Встреча с прорабом была несрочной, точнее необязательной – вполне можно было бы ограничиться телефонным звонком или поговорить по видеосвязи. Но внутренний голос (странно похожий на тетин) раз за разом выталкивал Айрата из Полеховки. Поэтому старшой уже два раза ездил в больницу.

Глеб Алексеевич, бодрый и деятельный даже с переломами, истолковал эти визиты по-своему и старался консультировать помощника со всей подробностью. Однако и в первый визит, и в последующие Айрата интересовали совсем не рабочие консультации. Нужно было знать, как и почему прораб свалился с крыши, на которой в тот день, да что там – в ту неделю не велось и не предполагалось никаких работ. Тем не менее,