Ручной монстр и Огненная сестра - Аня Свободная

— С Новым годом, — тихо сказала я.

— С Новым, — ответил он, и в его серо-зелёных глазах на секунду мелькнуло то самое тепло, которое я уже научилась различать.

Часы пробили двенадцать. 2038-й год начался.

Странная компания у океана.

Всё решилось неожиданно быстро.

После ужина, когда дети уже спали, мы втроём ещё сидели за столом. Алехандро поставил кружку с остывшим мате и сказал просто, без предисловий:

— Давай поедем на океан. В Уругвай. В маленький посёлок недалеко от Пунта-дель-Эсте. Я читал про это место. Там тихо, песок белый, и волны такие, что можно часами смотреть и ничего не думать.

Лиза, которая до этого молча помешивала ложкой в своей чашке, резко подняла голову.

— На океан? — в её голосе смешались удивление и осторожная надежда. — Это же почти полторы тысячи километров, Алехандро. Мы сколько дней будем ехать?

— Два дня, если не гнать, — спокойно ответил он, глядя то на неё, то на меня. — Можно остановиться по пути в Корриентесе и где-нибудь в Уругвае, например во Флоресе. Всем нам нужен нормальный отдых. Особенно мне. И новые впечатления никому не помешают.

Лиза посмотрела на меня, потом снова на Алехандро. В её глазах мелькнула лёгкая усмешка.

— Ты хочешь опять напоить Аню солёной водой? — спросила она.

Я не удержалась и тихо засмеялась. Алехандро тоже слегка улыбнулся — впервые за вечер по-настоящему.

— Для этого целый океан не нужен.

Лиза покачала головой, но уже без прежней осторожности.

— Я хочу на океан. Очень хочу.

Я кивнула, чувствуя, как внутри что-то отпускает.

— Хорошо. Едем.

Дорога на океан.

Вечером 7 января мы загрузили машину, чтобы выехать утром ещё до рассвета. Лусия возбуждённо прыгала вокруг, «помогая» складывать сумки, Иван спал в своём автокресле. Алехандро сел за руль первым, Лиза устроилась на переднем сиденье рядом с ним, а я — сзади с детьми.

Перед самым отъездом я ещё раз заглянула к соседке сеньоре Росе — она уже согласилась присматривать за нашими пятью хвостатыми. Пират-II, как всегда, смотрел на меня с лёгким осуждением, будто понимал, что его оставляют на две недели.

Когда мы выехали за пределы Асунсьона и дорога потянулась сквозь ещё спящие поля, Лиза вдруг тихо, почти задумчиво сказала:

— Никогда не думала, что однажды поеду на настоящий океан… с тобой, Але. С бывшим монстром, который теперь везёт меня, свою жену и двоих детей на две недели к морю. Жизнь — очень странная штука.

Алехандро усмехнулся, не отрывая глаз от дороги:

— Добро пожаловать в новую реальность, Лиза. В тридцать пятом мы уже ездили вместе, но тогда всего на несколько дней и недалеко. А теперь — океан. По-настоящему.

Он сделал короткую паузу и добавил, чуть понизив голос:

— Ты ведь помнишь, что едешь с монстром экстремального уровня опасности?

Лиза фыркнула — коротко, почти привычно, но уже без прежней злости. Повернула голову и посмотрела на него сбоку:

— Помню, ручной. Красная метка никуда не делась. Так что веди аккуратнее. Если что — я быстро напомню, кто здесь держит трос.

Алехандро только слегка кивнул, уголки губ дрогнули в виноватой улыбке.

Я смотрела в окно на проплывающие мимо пальмы и думала, что ещё до приезда Лизы летом тридцать пятого такое совместное путешествие казалось совершенно невозможным. А теперь мы просто едем — втроём, с детьми, на две недели к океану. И в этом уже нет ничего шокирующего. Только тихое, тёплое удивление.

На ночь остановились в небольшом отеле уже в Аргентине. Дети быстро уснули. Мы втроём вышли на маленький балкон с видом на огни.

Лиза, уже в лёгком халате, села на перила. Алехандро подошёл сзади, обнял её за талию и тихо спросил:

— Устала?

— Немного, — ответила она и сама положила его ладонь себе на грудь. — Но не настолько, чтобы отказываться от тебя, Але.

Я стояла рядом и просто наблюдала, как они медленно целуются. Потом Лиза посмотрела на меня и протянула руку:

— Иди сюда. Сегодня мы все вместе.

Это была первая ночь в дороге, когда мы занимались любовью втроём — тихо, осторожно, чтобы не разбудить детей за стеной.

Вторая ночёвка была в маленьком мотеле после уругвайской границы. После долгого дня в машине все устали, но спать все равно легли вместе.

Когда дети уснули, Лиза вдруг тихо сказала, глядя в потолок:

— Знаете, что самое странное? Я еду на океан с человеком, которого когда-то ненавидела больше всего на свете… и с женщиной, которая тоже когда-то его ненавидела. И теперь мне… хорошо. С вами обоими. И это меня немного пугает.

Она повернула голову сначала ко мне, потом к Алехандро. В её голосе была тихая, почти растерянная честность.

Алехандро долго молчал, потом протянул руку и провёл пальцами по её плечу.

— Я тоже иногда об этом думаю, — сказал он тихо. — Что мы все трое здесь. После всего.

Я взяла Лизу за руку и просто сжала её пальцы. Говорить ничего не хотелось. Мы лежали в темноте, слушая, как за окном шумит дождь, и каждый по-своему переживал эту странную правду: мы с Лизой когда-то ненавидели его, а теперь ехали вместе к океану, и нам было хорошо.

Лиза наконец вздохнула и почти беззвучно добавила:

— Не привыкайте. Я всё ещё не ваша постоянная третья.

Но в этот раз в её голосе уже не было прежней жёсткости.

Право быть счастливым.

Вечером 10 января, когда мы наконец увидели океан, Лусия закричала от восторга. Мы сняли небольшой домик с садом и видом на море всего в десяти минутах от пляжа.

Первый вечер мы просто сидели на террасе, слушали шум волн и пили холодное белое вино. Лиза вдруг подняла бокал и сказала:

— За то, что мы всё-таки доехали. И отдельное спасибо мне, что я никого из вас не убила по дороге. Особенно тебя, Але, когда ты в третий раз подряд включал этот свой дурацкий плейлист.

Алехандро рассмеялся:

— За нас троих. И за твоё ангельское терпение.

Я смотрела на них и думала, что это, наверное, один из самых странных и самых правильных моментов в моей жизни.

Наш обычный день выглядел примерно так.

Утром Алехандро вставал первым и готовил свежий мате — на месте, по всем