Три бабушки спасли меня от смерти - Сыльги Ким

– Кажется, я на месте, но где вход?

Я медленно обогнула стену еще раз, ощупывая рукой. Двери не было. Заглянуть за стену или перелезть было невозможным. Поправив мешок с кормом, я хотела уйти, как вдруг откуда-то сверху раздался голос:

– Вы кто?

Я запрокинула голову, но увидела лишь чистое, безоблачное небо. Нет, голос не мог доноситься оттуда. Я снова огляделась вокруг и в недоумении почесала голову. Голос раздался снова:

– Зачем шныряешь около чужого дома?

Источник голоса нашелся на вершине стены. Там, балансируя на краю, словно филин на ветке, сидела бабушка в широкополой шляпе с огромным цветком – Окпун. Наверное, она забыла, что видела меня в Комнате встреч.

– Я спрашиваю, кто вы такая?

– …Собачий корм.

Работая курьером, я сотни раз слышала вопрос: «Вы кто?», но ни разу не ответила: «Я Кан Хаго». Всегда – «Курица», «Свиные ножки», «Ттокпокки». И теперь по привычке машинально выпалила название товара, который доставляла.

– Ёнчхун просила передать вам.

Я подняла тяжелый мешок над головой. Повернулась боком, чтобы она могла увидеть и торчащий из кармана мастерок.

– Эй, госпожа, собачий корм.

– Я вообще-то не…

– Вы хоть понимаете, что нельзя околачиваться у домов одиноких женщин.

Став одновременно и кормом, и подозрительной шпионкой, я поспешила опустить мешок на землю, поднимая облачко пыли.

– Я просто хотела доставить вам посылки, но не нашла входной двери.

– Вам тоже не нравится мой дом?

– Нет-нет. Мне нужно лишь передать вам корм и мастерок…

– Как же вы мне все надоели.

Голос Окпун слегка дрожал. Переполняемая эмоциями, она отчаянно размахивала наполовину сломанным мастерком. Но вскоре повернулась к ведру, зачерпнула серый цемент и аккуратно размазала его по стене. Затем взяла с заплечных носилок кирпич и поставила сверху. Вязкая масса осыпалась, будто мокрый снег. Несколько капель упали мне на голову.

– Раз уж вы выглядите как человек, с которым можно поговорить… Эти люди в деревне – они странные. На следующий день после моего переезда… Хотя, подожди… Когда я вообще переехала? Неважно. Все началось с того, что какие-то здоровенные старухи стали врываться ко мне во двор. «Пойдем на тренировку», «Давай поедим», «Пойдем собирать морковку». Постоянно твердят, что человеку нужно выходить из дома и общаться, чтобы мозг работал лучше. За собой бы следили! А не переживали за такую умную молодую женщину, как я.

И без того высокая стена выросла на еще один кирпич. Какой высотой она хочет ее построить? Окпун нервно постучала мастерком о край ведра, стряхивая остатки цемента.

– А этот дешевый корм. Моя подружка Окча такое не ест. У нее, как и у меня, изысканный вкус: все только органическое! Похоже, старухи вас наняли, чтобы следить за мной, но можете им передать, что у них ничего не выйдет. Забирайте мешок и уходите.

С мешком неорганического корма подмышкой и новым мастерком в кармане я направилась к мотоциклу. В тени стены, несмотря на позднее лето, было зябко. Я остановилась, поправляя мешок, и тут услышала тихое поскуливание. Осмотрелась и увидела знакомую морду с острыми ушами: между стеной и землей был маленький провал, в котором застряла голова и передние лапы собаки.

– Эй, Дукхон. Что ты тут делаешь?

Я подошла к дыре и изо всех сил потянула его за туловище. Растолстевший пес даже не пытался выбраться сам. Я села прямо на землю и принялась руками разгребать твердую землю под его животом. Получалось плохо. Тогда я взяла мастерок и уже им начала разрыхлять грунт. Образовалась небольшая щель, и Дукхон, отчаянно дрыгая короткими лапами, наконец выскользнул наружу.

Через узкую дыру было видно внутренний двор дома Окпун. Словно обнаружив потерянный кусочек пазла, я не сдержала любопытства и наклонилась пониже, уставившись в большие темные глаза маленькой чихуахуа. У нее была длинная шерсть, гладкая и блестящая, как из рекламы шампуня, шерсть и маленький бантик на челке. Дукхон подошел к дыре и соприкоснулся носами с крошечной собачкой, будто говоря: «Я скоро вернусь».

– Значит, из-за тебя, Окча, Дукхон постоянно пропадает.

Я взяла в одну руку мешок, а пса в другую и, обливаясь потом от напряжения, направилась к мотоциклу. Погрузила корм, мастерок и Дукхона и, не обращая внимания на его виновато-тоскливый взгляд, поехала обратно той же дорогой.

* * *

«Приходите попробовать капустные блинчики. Комплексный обед с супом из кальмара должен был появиться в меню только на следующей неделе, но дожди начались раньше, так что осенние блюда в продаже уже сегодня!»

Вжух.

Хлынул проливной дождь, звуки которого были похожи на аплодисменты, раздающиеся в зале после представления. Я приоткрыла окно и прислушалась к стуку капель и шуму высоко вздымающихся волн.

– Свежо.

Запахи влажной земли, листьев и морской соли. Принюхавшись, я уловила легкий аромат муки, будто просочившийся сюда из кухонь деревенских жителей. Казалось, Кучжольчхори понемногу поджаривается до румяной корочки.

– В дождливые дни делали надбавку, поэтому деньги выходили неплохие…

С самого утра в Комнате встреч было пусто и тихо. Ни посетителей, ни звонков с заказами. В дождь здесь не работали ни на полях, ни в море. Даже возившаяся с деревом Ёнчхун отдыхала. Черный кунжут, стручки ванили, кокосовое молоко, лимонный сок, шарики тапиоки… Я быстро убрала ингредиенты с кухонного стола, разлила безымянный чай по трем термосам и накинула большой дождевик.

Я приехала в ресторан Кильчжа. Оранжевый спортивный автомобиль Вончжу был припаркован во дворе криво, почти по диагонали, словно она не хотела никому уступать место.

– Вончжу уже здесь.

Я открыла раздвижную дверь и вошла. Внутри стоял густой аромат жарящихся блинчиков. Пока стряхивала капли с дождевика, из кухни с большим подносом появился Сокчэ.

– Хаго, вы пришли! Мы вас ждали.

Пожалуй, только тот, кого часто тепло встречали, сумел бы сохранить хладнокровие в данной ситуации. У меня же от фразы «Мы вас ждали» вспыхнули щеки. Пришлось опустить голову, притворившись, что я занята своим дождевиком.

На кухне рядами стояли глиняные горшки, а газовая плита дышала жаром, будто собиралась расплавить все вокруг. В огненной пасти кипел, яростно бурля, суп из кальмара. Кильчжа ловко орудовала сковородой, жаря капустные блинчики. Я невольно засмотрелась, вспоминая ее шоу по нарезке кальмаров. Она высунула голову из кухни и сказала:

– Хаго, проходи. Мы тебя заждались.

Сокчэ поставил на стол перед Вончжу несколько закусок и булькающий горшочек супа. Несмотря на то что снаружи было темно из-за сильного дождя, та, как всегда, сидела в солнцезащитных очках. Поймав себя на мысли, что слишком уж пристально ее рассматриваю, я поспешила отвернуться, словно вот-вот получу нагоняй. И вдруг.

– Ай, горячо!

Вончжу поднесла ложку ко