Записки акушера. Истории из роддома - Анастасия Седова

Однако пришло время, когда Вера вышла замуж. Супруг знал о серьезном пороке. Еще какие-то лет 30–40 назад Вере ни один врач не разрешил бы беременность. Впрочем, некоторые кардиологи и в наше время были бы не в восторге, не говоря уже об акушерах.

Тем не менее, Вера забеременела. Вообще они не планировали, вернее, планировали, но чуть позже… Но все случилось неожиданно рано, без всякой подготовки. Как только пациентка узнала о беременности, сразу поехала в столицу – в научно-исследовательский институт, где ее наблюдали.

Проблема была в следующем: препарат, который принимала Вера, был абсолютно противопоказан в первом триместре беременности. Это лекарство обладает выраженным терратогенным действием – вызывает пороки развития плода. Производитель заявляет возможные побочные эффекты длинным списком: хондродисплазия, короткие руки и пальцы, атрофия зрительного нерва, катаракта, полная или частичная слепота, микроцефалия…

В научном институте Веру госпитализировали, попробовали перевести на другой препарат, разрешенный при беременности. Хотя бы на период первого триместра, когда это критически важно. Увы – начались осложнения.

Согласно выписке, новый препарат беременная получала 4 дня. Потом срочно вернулись к предыдущему варианту. И поставили Веру перед жестким выбором: прерывание беременности по медицинским показаниям (срок был вполне приемлемым для этого – 7 недель) или же всю ответственность она берет на себя. Гарантий здоровья эмбриону никто не давал, равно как и вероятности следующей беременности.

Вера выбрала жизнь. На семейном совете решили, что попробуют. В конце концов, микроцефалия и прочие осложнения не у каждого ребенка, а лишь возможный вариант.

Скрининга в 12 недель Вера не боялась: «Будь, как будет». И все было хорошо. Плод развивался абсолютно нормально. Учитывая ситуацию, на всякий случай наши УЗД-специалисты пригласили Веру дополнительно на УЗИ в 16 недель: чисто.

В 20 недель Вера пришла на УЗИ с мужем, который заметно нервничал. Заключение – плод здоров. Отклонений не выявлено, здорово, в том числе, и сердце.

Конечно, проведенные исследования не могли полностью исключить возможные пороки, что-то могло выявиться лишь при рождении.

Впрочем, Вере несказанно повезло: ребенок родился здоровым. Оперировали ее в Москве, роды вели совместно с кардиологами. Самое серьезное осложнение, которое возникло во время операции – кровотечение. Это тоже был побочный эффект препаратов. Врачи были готовы к такому развитию событий: во время операции использовался специальный аппарат для сбора и возврата собственной крови. Удалось обойтись только донорской плазмой.

Новорожденного мальчика обследовали. На момент выписки никаких отклонений обнаружено не было. Что будет дальше – покажет время.

Мне не с кем детей оставить

Дине было 20 лет. Она пришла в перинатальный центр на второй скрининг с двумя маленькими детьми, один из которых еще даже не ходил. Первого ребенка она родила в 15, следующих – в 17 и 19 лет.

УЗИ отклонений не показало. Срок – 21 неделя. Это было первое исследование за время беременности.

– На ранних сроках скрининг нигде не делали?

– Нет.

– Почему?

– Мне не с кем детей оставить. Сейчас же все хорошо?

– По результатам УЗИ отклонений нет. Однако риски по хромосомным аномалиям мы рассчитать уже не сможем, слишком поздно.

– А это что такое?

– Расчеты на вероятность синдрома Дауна, Эдвардса, Патау…

– Не, у меня все дети здоровые. И в родне тоже никого больных нет.

– Вы на учет по беременности встали?

– Да, три дня назад как раз.

Третий скрининг Дине выполнили в районе, отклонений также не обнаружили. Рожать беременная приехала в перинатальный центр. Смогла оставить детей с мамой, легла заранее – четвертые роды как-никак.

Живот начал потягивать еще вечером. Часов в 8 начались слабые схватки. Посмотрели на кресле: шейка матки сглажена, открытие 4 см. Перевели в родблок.

Еще через час, уже на 6 сантиметрах, отошли светлые, прозрачные воды. КТГ писалась отлично. Все шло очень хорошо и довольно быстро – как и бывает при нормальных четвертых родах. В два часа ночи у Дины начались потуги. В 02:20 роженица стала мамой в четвертый раз.

Новорожденный сразу же закричал. Через минуту пересекли пуповину, акушерка передала ребенка неонатологу.

Неонатолог долго приглядывался. Проверил все необходимые рефлексы, очень тщательно выслушал сердце. Внимательно пересмотрел обменную карту беременной. Потом подошел к Дине. К тому моменту уже отделилась и выделилась плацента, были осмотрены и обработаны родовые пути.

– Скажите, вы не выполняли первый скрининг?

– Нет, я по семейным обстоятельствам не могла.

– У вашего мальчика подозрение на хромосомную патологию. Есть признаки, которые с большой долей вероятности говорят о синдроме Дауна. Точный диагноз будет поставлен после генетического обследования. И я буду очень рад, если ошибусь.

Дина практически никак не отреагировала. То ли не совсем поняла, то ли стресс после прошедших родов. Они хоть и четвертые, но нагрузка на организм сумасшедшая.

Ребенка обследовали. Никаких пороков развития обнаружено не было. Однако хромосомную аномалию подтвердили: чистый синдром Дауна 47XY.

Некоторое время мальчик находился в отделении патологии новорожденных для углубленного обследования. Важно было подтвердить полное отсутствие пороков, которые зачастую сопровождают синдром, в том числе, пороки сердца.

Дина не смогла лежать вместе с ребенком: обстоятельства требовали ее присутствия с другими детьми. За младшим сыном они с мужем приехали в день выписки, забрали – без всяких торжеств и цветов. Мы выдохнули. Как оказалось – рано.

Спустя месяц Дина написала отказ от ребенка. За этот месяц она не успела сделать свидетельство о рождении, мальчик уехал в детскую больницу безымянным. Всеми документами занималась уже опека. К счастью, через 3 месяца малыша усыновили.

Давайте следующего…

Роддом, вечер, дежурство.

В 8 часов поступает беременная: 28 недель, дихориальная диамниотическая двойня. Диагноз скорой совпадает с нашим предварительным диагнозом: угрожающие преждевременные роды.

Кладем в отделение патологии, назначаем всю необходимую терапию: токолитики для снятия тонуса матки, гормоны для профилактики дыхательных расстройств у плодов, антибиотики для профилактики внутриутробной инфекции, ибо шейка начинает открываться.

Роды у Кати предстоят повторные – в семье уже есть пятилетняя дочь. Эта беременность наступила самостоятельно, без всяких стимуляций. Прабабушка мужа в свое время родила двойню. Теперь в каждом поколении их семьи хоть у кого-то рождаются двойняшки.

К сожалению, Кате не повезло. Ночью стало ясно, что шансов сохранить беременность хотя бы до утра минимум. Это было важно: на дежурстве один неонатолог. Справиться одновременно с двумя «экстремалами» (дети с экстремально низкой массой тела менее 1000 г) крайне сложно. Особенно в том случае, если акушеры-гинекологи (читай, лишние руки) стоят