Последний выживший самурай. Том 1 - Сёго Имамура

4

Сюдзиро и Футаба не устраивали привал ни разу и к вечеру того же дня прибыли в Ёккаити. Они сразу нашли гостиницу «Узуя», о которой говорил Кёдзин.

– Как-как? Такой человек не приезжал…

Сюдзиро описал Кёдзина, назвал его имя, но служащий гостиницы покачал головой. По его словам, в этот день постоялец был только один – пожилая женщина, которая заселилась вчера.

Может, Кёдзин еще не дошел? Или, может… его убили?

В любом случае было уже поздно, поэтому они взяли номер и решили остаться в гостинице на ночь.

– Мы ведь договорились на сегодня, да? – с тревогой спросила Футаба.

Вечер, назначенный тремя днями ранее, уже наступил.

– Да. Что-то могло случиться. Или… – Сюдзиро не выпускал нагинату из рук: была вероятность, что здесь ждет ловушка.

– Пришли? – Из-за раздвижных дверей раздался голос, будто их подслушивали.

– Кёдзин…

– Я открываю. Не нападай. – Дверь молниеносно сдвинулась.

– Ты прокрался мимо служащего?

– Нет. Я ждал со вчерашнего дня.

– Ясно. Так вот в чем дело.

Футаба не понимала, о чем идет речь. Она смотрела то на одного, то на другого.

– Та старуха, о которой говорил служащий. Это он.

– Да?!

– Да, милонька, – прошамкал Кёдзин по-старушечьи и улыбнулся тому, как удивленно вздрогнула Футаба.

Он и в прошлый раз отлично имитировал женский голос. А если он еще и хорош в переодевании, то легко мог обмануть работников гостиницы.

– Полезный навык.

Если каждый раз менять облик, враг тебя не выследит. В кодоку такое умение могло быть воистину незаменимым.

– Ну, вы готовы дать ответ? – Кёдзин сел в позе лотоса на некотором расстоянии от них.

– Мы хотим получить ответ на один вопрос. Это наше условие.

– А если я откажусь?

– Тогда разговор закончен.

Почесав висок, Кёдзин горько улыбнулся.

– Ну, давайте. Что хотите знать?

– Зачем тебе деньги?

– Чтобы спокойно дожить остаток дней. Это что, плохо? – Лицо Кёдзина помрачнело. Но увидев, как серьезны собеседники, он понял, что такой ответ их не устроит и придется пояснить. Выдохнув, он пристально посмотрел на Сюдзиро и продолжил: – Я хочу помочь одной женщине.

Учитывая, что перед ними бывший ниндзя, Сюдзиро ожидал услышать что-то более невероятное, узнать страшную тайну, и настолько неожиданный в своей простоте ответ его ошеломил. Они с Футабой переглянулись.

– Трудно поверить, правда? – Кёдзин почесал подбородок и нахмурился.

– Нет… Она больна?

– Нет.

И больше он ничего не добавил. Только глазами давал понять, что об этом не стоит говорить в присутствии Футабы. А раз уж ему нужны деньги, то можно догадаться, в чем дело.

– У нее тот же говор, что и у тебя?

– Да. У тебя отличное чутье. – Кёдзин коротко кивнул.

Видимо, если Сюдзиро хотел узнать больше, стоило сменить тему и вернуться к разговору позднее.

– Есть еще вопрос…

– Разве это не будет уже два? Мы договаривались на один. – Кёдзин насмешливо улыбнулся, но Сюдзиро все равно тихо продолжил.

– Что будешь делать после того, как спасешь эту женщину?

– Хочу с ней жить, – решительно произнес Кёдзин, внезапно снова посуровев.

Сюдзиро посмотрел на Футабу, и они одновременно кивнули.

– Понятно.

– Хорошо. Союз заключен.

Кёдзин улыбнулся так широко, что стали видны неровные клыки, а Футаба серьезно произнесла:

– У меня тоже есть условие… просьба.

– Так нечестно. Уже три. – Кёдзин нарочито изумленно взглянул на девочку, откидываясь назад.

Сюдзиро тоже был удивлен. Об этом они не договаривались заранее. Кёдзин, похоже, догадался, что последует дальше, и нахмурился.

– Я хочу, чтобы Сюдзиро-сан тоже это услышал…

– Что такое? – как можно мягче спросил Сюдзиро.

– Нельзя ли попасть в Токио… не убивая?

– Нет, нет, нет. Это само по себе очень сложно, а так – вообще невозможно. Лучше уж тогда вообще одному. – Кёдзин замахал руками, и Футаба опустила голову, нахмурившись.

– Футаба… Это… – Сюдзиро знал, что она чувствует, но был согласен с Кёдзином.

– Да, вы правы. Я и сама понимаю, что это глупо, – продолжила она тихо. – Но… по правилам кодоку ведь нужно лишь отбирать жетоны, а не убивать друг друга.

– Даже если мы просто их отберем, тот, кто остался без своего, в конце концов будет убит.

– Но никто такого не говорил. Сказали только, что будет соответствующее наказание.

– Действительно. – Кёдзин даже дернулся от удивления и приложил руку к подбородку.

В четко обозначенных правилах не было указания, как поступают с проигравшими.

В Тэнрю-дзи тех, кто направлял оружие на организаторов или пытался выйти из ворот, не набрав два очка, казнили.

Однако уследить за всеми участниками на протяжении долгого пути по Токайдо невозможно. В таком случае, может, проигравшим и нет необходимости умирать.

Или же организаторы полагали, что сама суть кодоку в том, что, когда участники лишаются жетонов, они лишаются и жизни, и не предполагали иного.

Нет, строго говоря, возможно, кража бы тоже засчиталась. Но тот, кого обокрали, будет рисковать жизнью, чтобы вернуть свое, и даже если не удастся, это еще не значит, что он не станет мстить. Наверняка организаторы и представить себе не могли, что кто-то, как Футаба, решит просто стащить жетон без боя.

– Если, как говорит Футаба, можно выжить, не убивая, то, поскольку мы теперь союзники, в худшем случае мы доберемся до Хамамацу, – сказал Кёдзин, поразмыслив некоторое время.

– Правда ли это?

Если подытожить, в Исэ нужно три очка, в Тирю – пять, в Хамамацу – десять, в Суроге – пятнадцать, в Сагами – двадцать, а в Мусаси – тридцать. Если добраться в Хамамацу, имея десять очков, то один сможет добраться до Токио и поучаствовать во второй половине кодоку. Остальные двое останутся в окрестностях Хамамацу и скроются.

– До Хамамацу мы как-нибудь дойдем, не так ли? – Кёдзин приподнял брови.

Поняв, о чем он, Сюдзиро вздохнул.

– До Хамамацу не так далеко, и пока еще есть люди, которые не обладают большим мастерством. Поэтому не убивать… так?

– Да.

– Кёдзин-сан! – Лицо Футабы расслабилось, как будто озаряясь внутренним светом.

– Мне жаль, Футаба, но нельзя говорить такие наивные вещи…

– Нет, дело не только в этом.

– В чем же?

– В худшем случае мы остановимся в Хамамацу, и единственный выход будет отправить в Токио кого-то одного.

– Хм.

«Кёдзин хочет сказать, что не все могут благополучно добраться до Хамамацу. Если кто-то один погибнет… или получит тяжелые травмы, с которыми путь не продолжить, для остальных все будет кончено».

– Если мы примем этот план, я хочу заранее выяснить, что станет с двоими, оставшимися в Хамамацу.

– Действительно.

В таком случае они окажутся «выбывшими». Пойдут против объявленных правил. О том, как с ними поступят, не говорилось, но