Свет ночной аптеки - Ко Хевон

– Послушай, ты ведь знаешь, что у нас принято, чтобы таблетки от гипертонии и гиперлипидемии продавались поближе к больницам?

– Да, так и есть.

– Ты хоть слушаешь меня?

Своим вопросом Есо вывела Бохо из режима автоответчика и не дала ей возможности уйти от ответа.

– Да, я слушаю. В прошлый раз я закупила лекарство от дирофиляриоза, чтобы продавать тем, кто нуждается в нем. Неважно, пусть это будет всего один покупатель. И тогда ты тоже нудила целых полчаса.

– И ты начала его продавать. А оно тебе не в убыток?

– По крайней мере, это важно для Паппи.

– Ой, перестань!

– Ты будешь поставлять или нет? Я знакома и с другими поставщиками, необязательно брать товар у тебя.

– Идиотка несчастная… – громко вздохнула Есо.

Бохо в душе досчитала до трех: вот-вот всплывет знакомое имя.

– Ты уже больше десяти лет так живешь, чего еще надо? Думаешь, Чаён хотела бы этого?

Ну вот, так и знала. В ответ Бохо тоже назовет заготовленную причину – впрочем, как всегда.

– Я живу так, как хотела моя сестра, поэтому прошу тебя не упоминать ее имя без причины. Просто скажи, ты будешь поставлять мне лекарства или нет?

– Ой, как ты меня достала! – Возмущенная Есо бессильно провела руками по лицу.

Тем временем Бохо, пользуясь случаем, отправила подруге список лекарств, отсканированный с рецепта одного из покупателей. Это был еще ребенок, но пришлось отправить его домой с пустыми руками, поскольку в аптеке не оказалось нужных препаратов. Он выглядел как школьник младших классов и прибежал сюда вместо бабушки, так что ему точно требуется помощь. Когда к Бохо наведывались такие посетители, она вспоминала свой девиз, выбранный еще при открытии аптеки, и теплый голос сестры, говоривший, что она гордится ей.

– Только что отправила тебе на электронную почту. Это средства от гипертонии и гиперлипидемии.

– У тебя есть гарантии, что этот ребенок снова придет? Ты слишком много берешь на себя.

– Как тебе известно, я жива только благодаря тому, что много брала на себя. А если не придет, это и к лучшему: значит, мальчик нашел другой способ.

– Хорошо. Если твоя аптека прогорит, то я не виновата.

– Не хочешь – не надо. Я могу получать лекарства от другого поставщика.

– Ну ладно, постараюсь узнать.

Бохо была довольна сделкой. Несмотря на то что они с Есо по привычке переругивались, она полностью доверяла препаратам, полученным от нее.

Девушки были знакомы со времен учебы в университете. Вообще-то Есо сначала училась на юридическом факультете, но перевелась после квалификационного теста для поступающих в фармацевтический вуз. С момента своего появления на факультете и до самого окончания университета Есо выделялась среди однокурсников. Пока остальные готовились к госэкзамену, она бросила все и уехала в заграничное путешествие. Вернувшись после длительного отсутствия, девушка устроилась в фармацевтическую компанию и, обойдя однокурсников, открывших аптеки, уговорила их брать лекарства у нее. На встрече выпускников товарищи спрашивали, почему она не стала фармацевтом, и та небрежно отвечала, что не стремилась к этому.

Одно время Бохо восхищалась неординарностью Есо, ведь, в отличие от нее, вынужденной упорно учиться, однокурсница имела смелость быть свободной. Однако, узнав настоящую причину ее отъезда, изменила мнение.

– Как я набралась смелости уехать? Ты сильно заблуждаешься.

– Что?

– Это был не выбор, а скорее бегство. Если честно, в то время погиб мой любимый человек, – много позже призналась Есо, навестив Бохо на похоронах Чаён.

Как выяснилось, ее парень совершил попытку самоубийства, выпив большую дозу снотворных, купленных Есо по рецепту. К счастью, та заметила пропажу таблеток из своей съемной квартиры и позвонила в полицию. Парня чудом удалось спасти в отделении скорой помощи. Однако этим дело не закончилось. Позже он все равно ушел из жизни, покончив с собой. В этом и заключалось его послание любимой.

– На похоронах я все смотрела на его могильный портрет. Казалось, он говорит со мной: «Не пытайся вернуть меня к жизни, это бесполезно». Я так отчаянно старалась удержать его от рокового шага, но убедилась, что все зря, – печально произнесла Есо.

– Представляю, как тебе было трудно.

– Да, если бы я тогда не сбежала, тоже бы погрязла в отчаянии и депрессии. Я ведь очень любила его.

То, что кому-то казалось смелостью, для другого означало бегство. Однако Есо нашла в себе силы продолжать жить. Поскольку она все же вернулась, у нее было время и возможность назвать свой поступок не бегством, а путешествием. После того разговора девушки, которые раньше общались не особенно часто, быстро подружились. Бохо стала ее преданным клиентом, а Есо доставала все, что та попросит.

– Ой, ты постаралась ради меня? Я так долго искала его.

– Сама же говорила, что оно тебе нужно.

– Ну вот я и благодарю тебя, ты ведь выполняешь все мои заказы.

– Пустяки. Я просто надеюсь, что твое путешествие тоже когда-нибудь закончится.

Бохо все равно считала себя везучей. Несмотря на то что несчастье преследовало по пятам, окружающие внушали ей уверенность в себе, ведь у нее были силы работать в аптеке, не уставать и не терять веру в людей. Тем не менее путешествие Бохо пока еще не подошло к концу.

Вслед за громкой и стремительной Есо в ночную аптеку потянулись покупатели. Хвангён приветливо здоровался и чувствовал себя здесь комфортнее, чем на основной работе, как он уже признавался начальнику. Аптека, ставшая ему привычнее, чем полицейское отделение, была намного уютнее. Несмотря на то что сюда постоянно приходили больные люди, здесь им выдавали лекарства, и они уходили с надеждой на излечение. Впрочем, некоторым гостям не становилось легче, и они раз за разом покупали одно и то же средство. Именно к таким относились Рани и Юни.

– Мне, пожалуйста, для улучшения пищеварения.

Юни вытащила карту, но Бохо не сразу приняла ее. Хвангён, готовый оформить покупку на кассе, ждал решения хозяйки.

– Какие у вас симптомы?

– Да все как обычно. Просто дайте мне то же средство, что и на прошлой неделе.

– Вы ведь пришли снова, потому что оно не помогло вам, так? Я не могу отпустить вам его повторно.

– Ну как вам сказать? Самые обычные симптомы. У меня несварение и вздутие живота.

– Метеоризм беспокоит?

– Нет, не жалуюсь. Но есть ощущение тяжести в области груди.

– Так-так, понятно.

Юни относилась к категории капризных посетителей, поскольку не особо любила рассказывать о себе, недоговаривала правду и просила одно и то же лекарство. Каждый раз Бохо старалась отпускать ей что-то новое, опираясь на симптомы, однако той не становилось лучше. Интуитивно аптекарь догадывалась, что у девушки не настолько больной желудок, чтобы так часто покупать лекарства, и наверняка дело в психосоматике, но не могла сказать об этом открыто: было очевидно, что Юни больше не придет, если надавить на мозоль. За двенадцать лет работы здесь Бохо усвоила, что к ранимым посетителям нужен очень деликатный подход.

Звякнул