Убежище. Книга восьмая - Ольга Станиславовна Назарова

Так что Паша и так был занят.

Зато Полина смотрела через экран ноута на деда, который явно волновался, набирая чей-то номер.

«Неужели, правда, мне звонит?» – удивилась Полина.

Смартфон исправно затрезвонил, сообщая, что да… правда.

– Дед? – Поля уже знала, что неправа.

«Да, по-хорошему, он тоже неправ, виноват! Он старше, а такое сказал, и…»

Наверное, можно сидеть, болтая ногами, на своём пьедестале из «яжеподросток», гормональной перестройки, кризиса и всего прочего в том же духе, только что ж делать, если неожиданно так захотелось поговорить с дедом?

Так захотелось сказать, что помнит, как он катал её с горки, уронил санки и сам испугался больше, чем маленькая Поля. Как они лопали мороженое, которое было категорически запрещено под флагом больного горла, а им было весело и вкусно. Как он читал сказку про Колобка и Пашка смеялся, а Поля неизменно плакала – Колобка было жалко.

Они начали говорить одновременно:

– Дед, прости меня!

– Поляш, прости!

И, наверное, это было самым удивительным и правильным началом их разговора. Первого настоящего разговора!

Пашка слышал краем уха взволнованный дедовский голос, звучащий чуть надтреснуто, словно дед очень-преочень волнуется, и улыбался в камеру, стоящую на кухне.

«Ну, вот и правильно! Он наш, вообще-то! Чего приличными дедами разбрасываться! Я это уже понял, а Полька могла бы и заартачиться – он её сильно обидел. Да и дед мог бы пойти на принцип! Она-то его тоже задела. Ну и сидели бы как два бирюка по своим углам… как пара дураков, чесслово! Нет, хорошо, что они сумели это перебороть – что ни говори, оба нашей породы!»

Рассуждения о породе Пашку и самого рассмешили – получается, что он слово в слово скопировал интонации бабушки, когда она в очередной раз всплёскивала руками: «Натуральная Мошеновская упёртая порода».

– Видимо, она знает, о чём говорит! – фыркнул он, заканчивая с уборкой кухни.

– О! Ты уже управился? – дед изумлённо осмотрел помещение. – Я-то думал, до вечера провозимся.

– С чего бы? Да тут ничего такого страшного не случилось, – Пашке жутко хотелось уточнить, помирились они или нет, но тут в кухню просеменил лапками паук, управляемый креативной Полиной, волоча на себе забытую мышку Атаки.

– Аааа, мне её на дачу отвезти? – сообразил Пашка. – Ладно-ладно! Сейчас возьму в сумку. Привезу, когда приеду! – громко сказал он в пространство, зная, что Полька услышит.

– Когда я тебя привезу! – рассмеялся дед. – Это Поля намекает, что тебя, как мышь, доставят.

– Аааа, Семён Семёнович! – Пашка забавно постучал себя по лбу, припомнив героя фильма «Бриллиантовая рука». – Ладно! Тогда ты повезёшь меня, а я – мышь!

– Именно! Я и не знал, что ты этот фильм любишь.

– Дед, ты чего? Это ж классика! – Пашка пожал плечами и начал снимать камеру и прочее оборудование сначала с кухонной мебели, а потом и из других комнат.

– А вот так-то! – сообщил Александр Павлович Пину, дружелюбно повилявшему ему хвостом. – И старый я дурак, знаешь ли! Чуть столько не потерял! А уж какой у меня Витька неописуемый болван… Это ни в сказке сказать, ни пером не описать!

Про Витьку думать не хотелось, только не в такой изумительно-подарочный, небывалый и сказочный день! Зато очень хотелось позвонить жене. Вот это он сделал с удовольствием, тем более что было нужно кое-что уточнить.

Бабушка Пашки и Полины после разговора с мужем счастливо откинулась в кресле.

«А ведь полезно время от времени оставлять мужчин одних – вон как поняли друг друга! Сколько лет я ему это твердила, объясняла, рассказывала, но он всё думал, что это я ПП выгораживаю! Ну, что, упрямец? Понял теперь! Может, и ещё кое-что с мёртвой точки сдвинется, недаром же он осторожненько так почву прощупывал. Хотя… не грех и подтолкнуть слегка. Что уж там… любая снежная лавина начинается с маааленького снежочка, ну, или с небольшого пиночка! Главное – правильно выбрать момент!»

Нина тихо радовалась тому, что их с мамой и бабушкой тайные планы осуществились.

«Вот… дом – полная чаша! – улыбалась она, уходя по тропинке от своего дома-мастерской, где спал отец и ночевали ПП. – Я правда, не поняла, чего это Пашка с Полей опять секретничают и какой такой свёрток они Мишке вручили… Причём такие физиономии у них были, что просто ангельско-невинные дети! Это крайне подозрительно!»

Содержимое свёрточка она обнаружила у себя на столе – стоило ей войти в спальню, как странная металлическая конструкция, напоминающая паука, изобразила что-то вроде реверанса и протянула ей бумажный листок, на котором было написано: «Лучшей тётечке-заговорщику с приветом от Патентованного семейного проклятия третьего поколения».

«Наивные люди! Неужели же они думают, что такой талант мог существовать так мало? Всего-то три поколения? Держите карман шире! Если бы вы могли узнать ваших предков, то сильно бы удивились!» – рассмеялась Нина.

Когда люди уже устроились на отдых, серый гладкошёрстный кот, приехавший с Мишкой на дачу, красиво потянулся, развернув уютный меховой калачик в ногах его кровати, и неслышно перетёк на пол.

– Ну, вот и хорошо, вот и правильно! А то какие-то переживания да страдания! А зачем? Чудаки-люди! Какой в этом смысл?– фыркнул кот Фёдор, обходя комнаты.– Так, тут всё в порядке. И там тоже!– он прищурился в сторону Нининой мастерской.– Раз ничего не гремит, не вопит и не воняет, значит, наши котятки спят!

Логика всегда была его сильной котостороной.

– А это означает, что мне надо пробежаться по окрестностям и уточнить, а всё ли хорошо и там, и сям, и ещё в крысодоме, и…– Фёдор очень любил своевременный контроль событий.

– События – вещь такая… стоит за ними только не последить, как они тут же начинают разбредаться кто куда, и, что уж с ними случится там, куда они забредут, даже котам не ведомо! Так что проще проверить.

Он был исключительно прав! Именно из-за того, что никто не проконтролировал некоторые события, они и забрели туда, куда совсем-совсем не стоило…

***

Владимир довольно спокойно относился к командировкам… правда, не тогда, когда отделочники, спешно нагнанные в его новые квартиры, должны были закончить важный этап работы.

– Да хоть прямо всё отменяй! – сердился он, вышагивая по заснеженной лесной дороге.

– Володя, зачем отменять? Смотри, у наших каникулы, они все здесь. С ними Людмила Владимировна побудет, а я съезжу.

– Нин, откуда ты знаешь, как оно должно выглядеть? – нет, Владимир жене доверял, конечно, но у неё просто не было его