Кошки не ходят на работу - Стейси Ю

– Только в самом общем смысле, – ответила я. – Ты старше, и ты мужчина. А еще ты богатый. И по-настоящему взрослый.

– Ты тоже взрослая.

– Ну, не настолько, как ты.

– Так было и в тот день, когда мы познакомились.

– Да, но тогда я этого не знала.

– Не понимаю, почему ты сейчас вдруг решила это обсудить, – сказал он, но по голосу было ясно, что он все понимает. Я чувствовала себя виноватой за то, что облажалась с Силвер, и теперь пыталась и его сделать виноватым.

Иногда мне хотелось, чтобы Джеймс не настолько хорошо меня знал.

– Не надо воспринимать мои слова так серьезно, – пошла я на попятную. – Если ты сильнее, это не значит, что ты меня обижаешь. Это значит, что я могу положиться на тебя, доверить тебе даже свою жизнь. – Последнюю фразу я выпалила не задумываясь и только потом поняла, что так и есть. Джеймс молчал. – Конечно, такую ситуацию трудно представить, – добавила я, – но чисто теоретически ты можешь разрушить мою жизнь гораздо серьезнее, чем я твою.

– Ты правда считаешь, что не можешь меня ранить?

– Наверное, – неуверенно протянула я.

Когда Джеймс заговорил вновь, тон у него был подавленный.

– Давай обсудим это позже. Мы ничего толкового не решим, пока я еду на работу.

– Хорошо, – согласилась я.

– У тебя все нормально?

Я ответила «да», потом начала говорить, что скучаю, но он сказал: «Только не забудь сделать фото, как только закончим разговор» – и закончил разговор.

Я поднялась на второй этаж, чтобы заснять какашки Силвер. Даже не помню, как они выглядели. И не помню, ответил ли мне Джеймс на присланное фото и что именно, если ответил. Но точно помню, как поняла, что ошибалась и все-таки могу ранить Джеймса. Ведь только что я так и сделала.

И вот что я еще запомнила.

Детали нашего разговора, всё, что мы друг другу сказали, сколько молчали между фразами. Как Силвер смотрела на меня, пока я не отвела взгляд, ее хвост, все еще обвисший, зато глаза внимательные и благодарные. Помню, как я наступила правой ногой в пролитую воду и, поднимаясь по лестнице, оставляла на ступенях следы, будто на месте преступления. Дуновение ветра по шее, холодное и резкое, как морское течение на глубине. Как осознала, что во время звонка Джеймсу дверь уже была заперта и я, повернув замок, скорее всего, ее открыла.

Помню, как сбежала по лестнице вниз.

Как увидела распахнутую дверь.

Глава 15

Едва увидев открытую дверь, я поняла, что Силвер удрала. Я побежала за ней – босиком, без куртки. Она не могла уйти далеко, но на пляже было пусто. Легкие наполнились плотным, словно вода, воздухом.

Утренний прилив набирал силу. Я нырнула. Вода с легкостью приняла меня, мягкая, как живот. Силвер была где-то рядом, я точно знала. Прилив ее проглотил и теперь переваривает. Я открыла рот, чтобы позвать Силвер, но вместо этого он наполнился водой: воспоминание о бассейне, куда я прыгнула, еще не зная, что умею плавать. Как и тогда, все казалось огромным. Непреодолимая громада воды. Руки мамы, пробивающие поверхность. Блестящий влажный нос Силвер, ее темно-розовый язык, такой узкий. Гребешки, приготовленные Джеймсом в первый вечер, глянцевые от масла, вкусные. Красные стены маминого дома, который прежде принадлежал ее матери, а дальше станет моим, хотя раньше я об этом не задумывалась. «Турецкий марш», «Касабланка». Моя жизнь размером с мамину кровать и счастье, легкое, как сон.

Вода билась о мое тело равномерными толчками. Я вынырнула, вдохнула и постаралась держаться на поверхности, позволяя морю качать меня вперед и назад. Так, болтаясь на волнах, я оставалась практически на одном месте. Мне почудилось, что я увидела Силвер. Но проблеск серого, совсем рядом, тут же исчез: там была всего лишь бутылка. Я понимала: все бесполезно. Она всегда лучше меня плавала. Океан был ее стихией.

Я еще долго бултыхалась, ничего не чувствуя и ничего не видя. Волна накрывала меня, переворачивала тело, утаскивала под воду. Я осознала, что вполне могу утонуть. А потом в голове всплыло улыбающееся лицо Джеймса, и ко мне пришло настолько чистое опустошение, что оно воспринималось как любовь. Наконец течение отпустило меня, и я закашлялась, пока не сумела снова вдохнуть.

Выбравшись на поверхность, я с удивлением заметила, что небо голубое. Над головой неотступно кружили чайки: то ли проголодались, то ли торжествовали. Стояла прекрасная погода. Я потеряла всякую надежду. Океан был огромен, а Силвер очень любила плавать.

Изабель открыла дверь через две секунды после того, как я позвонила, словно ждала меня. Может, увидела, как я приближаюсь к дому, в окно спальни, через которое я накануне наблюдала за отдыхом садовников.

Как только Бруно смог протиснуться в открытую дверь, он поставил лапы мне на грудь и облизал лицо. Я отмахнулась: сейчас его жизнерадостность меня раздражала.

– У тебя все в порядке? – Изабель оттащила Бруно от входа. Она была еще в пижаме, на кармане красовалась монограмма «ИХ», нижние части букв струились, как ручейки.

Узнав, что произошло, Изабель втащила меня в дом и отвела в комнату на первом этаже, в которой я раньше не бывала. Слишком маленькая для гостиной, она была заставлена предметами, на которых можно сидеть. Я еще не просохла, поэтому предпочла сесть на пол. Бруно лег рядом и принялся тыкаться мордой в руки и лизать мне лицо.

В комнате стояли чай, вода, блюдо с печеньем.

– Ты уверена, что Силвер нет дома?

Я была уверена.

– Проверяла?

Мне и не нужно было. Единственное, что удерживало ее, – запертая дверь.

– Она точно убежала на улицу?

Я кивнула, вспоминая тяжелое дыхание Силвер.

– Она панически хотела выйти.

– И как давно ты ее… – Изабель сделала паузу, – потеряла?

– Не знаю, может, час прошел.

Зазвонил мой телефон. На экране возникло лицо Джеймса. Мы с Изабель замерли. Я переключила звонок на голосовую почту. Он никогда меня не простит, подумалось мне. И будет прав.

– Но ты же точно не знаешь, что она убежала, – возразила Изабель и встала. – Я помогу тебе искать.

– Сейчас?

– Конечно. – Она потянула меня за руку. – Чего время терять?

Вместо того чтобы подняться на второй этаж и переодеться, как я ожидала, Изабель пошла прямиком к входной двери и надела туфли. Возможно, имело смысл отправиться на поиски Силвер прямо сейчас, но я не хотела идти. Каждая попытка сокращала надежду найти ее, что означало новые разочарования. Или дело было в том, что, когда мы вышли на улицу в сопровождении Бруно, я вдруг четко услышала в голове голос Силвер, говоривший: я дома.

Мы двинулись по главной улице, осматривая каждый двор. Это не заняло много времени: там было около дюжины домов. Потом я рассказала Изабель теорию Джеймса о том, что кошки не любят город, и потащила ее на пляж. К этому времени