Элис Адамс - Бут Таркингтон

Потом, случайно столкнувшись со знакомым агентом по недвижимости, он навел справки – опять же, с его точки зрения, из чистого любопытства, и дела обстояли именно так, как он предполагал; разве что владельцы большого здания не хотели его сдавать, а соглашались только на продажу, да еще по такой цене, что Адамс невольно рассмеялся. Но длинный цех на ровной грунтовой площадке, как ему сообщили, можно было как купить, так и взять в аренду: хозяева мечтали «сбыть его с рук», если вдруг кто взять захочет.

И сейчас Адамс этого захотел, пусть и не увидев в том перста судьбы и не догадываясь, что некий сумрачный гений в глубинах подсознания уже давно предрек этот шаг и заранее все распланировал. Адамс приехал на такси еще раз взглянуть на помещение, после чего отправился в центр города заключать договор аренды, а домой, где его ждали жена с дочерью, успел к обеду.

– Работа движется, – сказал он им.

Он не преминул прихвастнуть своей решительностью, пояснив, что раз уж надо провернуть это распроклятое дело, «я обязан организовать все на высшем уровне». Он выглядел веселым, хотя веселость его носила немного лихорадочный характер, а когда за ним вскоре после обеда опять заехало такси, он сообщил, что собирается сделать все не только на высшем уровне, но и «чрезвычайно быстро». Элис проводила отца до входной двери, с тревогой на него посмотрела и спросила, не нуждается ли он в помощи. Адамс в ответ усмехнулся.

– Пожалуйста, позволь мне поехать с тобой, – попросила Элис. – Папа, по тебе не скажешь, что ты готов с головой нырнуть в дела, ты же только-только стал выздоравливать. Прошу, разреши сопровождать тебя на случай, если понадобится помощь… Вдруг ты почувствуешь себя хуже, тогда я о тебе позабочусь.

Адамс отклонил предложение, однако под ее давлением положил пузырек нашатыря в карман и пообещал использовать, если ощутит «слабость или что-то еще в этом роде». Он опять уехал, а на следующее утро в цехах уже трудились люди, хотя его и пугало жалованье, которое он пообещал им платить.

Он контролировал каждую деталь подготовительного процесса, подстегивая рабочих собственным примером и наставлениями, и в итоге получил несколько отказов совершать операции под его присмотром и одно увольнение, причем незамедлительное.

– Вы, капиталисты, воображаете, что человеку больше нечего делать, как ломать себе хребет, чтоб вы потом деньжищами расшвыривались, – громко заявил уволившийся. – Поберегитесь: заря пролетариев взойдет, и этот день близок, очень близок!

Но капиталист уже не слушал, удалившись на поиски человека, желающего занять место этого оратора.

К концу недели Адамс решил, что все вполне бодро движется вперед и немудрящее оборудование, необходимое для производства, практически готово. Однако прерываться на выходной день не хотелось. Как Адамс сообщил дочери, предположившей, что свободный день пойдет на пользу здоровью, ему не нужна никакая передышка.

Вечером того же дня он направился пешком к многоквартирному дому, в котором проживал Чарли Лор, и отдал другу письмо для личного вручения главе «Лэм и компания».

– Чарли, буду премного тебе благодарен, если ты отдашь бумаги лично в руки шефу, – подчеркнул он, уходя. – И не забудь рассказать, если он что-то про письмо скажет… И еще… Помнишь, ты обещал при случае замолвить за меня словечко?..

Старик Чарли заверил, что сделает все возможное, а когда миссис Лор, услышав звук закрывающейся двери, вышла с кухоньки, задумчиво произнес:

– Кожа да кости.

– Это ты про мистера Адамса? – уточнила жена.

– Про кого еще-то? – ответил он. – Про куропатку с обоев, что ли?

– Совсем плохо выглядит?

– Мне он не понравился, – проговорил муж. – Впрочем, мелкие да тощие парни частенько отличаются выносливостью. Он опять зайдет к нам в понедельник.

– Сам сказал?

– Нет. Но зайдет, вот увидишь. Примчится узнать, как отреагировал большой босс, когда я письмо передал. Думаю, я тоже был бы сам не свой на его месте.

– Ты-то с чего? И почему мистер Адамс должен волноваться?

Лор решил проявить сдержанность, естественную для мужчины, обнаружившего, что разговор по душам с женой внезапно оборачивается странными выводами с ее стороны.

– Ладно, пустяки, – сказал он. – Конечно, любой человек, начавший свое дело, будет некоторое время нервничать. Но завтра вечером он опять постучится в нашу дверь, помяни мое слово.

Предсказание сбылось: Адамс явился с визитом как раз тогда, когда миссис Лор относила на кухоньку грязные тарелки после ужина, но у Лора мало что нашлось рассказать ему.

– И звука не проронил, Вёрджил, ни единого. Я занес письмо в кабинет и отдал ему в руки, а он просто сел, прочитал – и все. Я уж стоял там, стоял, а он ко мне боком сидел и ни разу не повернулся, поэтому новостей у меня нет. Мне лишь известно, что письмо прочитано.

– Хорошо, но послушай, – нервно произнес Адамс. – Как бы…

– Что, Вёрдж?

– Ну, что он сказал, когда заговорил.

– Он ничего не говорил. По крайней мере пока я был в кабинете. Просто сел и прочитал. Медленно читал. Дошел до конца, вернулся к началу и прочитал еще раз. К этому времени там успело собраться несколько человек, и я был вынужден уйти.

Адамс вздохнул и неуверенно уставился в пол:

– Ну, Чарли, тогда я пойду домой. Ты не обманываешь, что не понял, о чем он, например, подумал?

– Вообще никаких предположений. Вёрдж, я тебе рассказал все, что знаю.

– Ясненько, – печально пробормотал Адамс. – Я тебе весьма признателен, Чарли Лор, весьма-весьма. Спокойной ночи.

И он, смущенный и расстроенный, ушел.

По дороге домой Адамс много размышлял, поэтому шел медленно и даже пару раз застывал неподвижно, сам того не осознавая, а дойдя до края тротуара и сворачивая на коротенькую дорожку через двор, он остановился на целую минуту. Постояв так, он грустно прошептал:

– Ох, знать бы заранее. Знать бы заранее, что ему там в голову придет.

Его вернул в реальность смех, доносящийся с крыльца.

– Папа! – весело воскликнула Элис. – Что ты там стоишь и бормочешь?

– Ласточка моя, ты здесь? – спросил он, направляясь к дому.

Ему навстречу со стула поднялся долговязый мужчина.

– Папа, это мистер Рассел.

Мужчины пожали друг другу руки, и Адамс пробубнил:

– Приятно познакомиться.

Они смотрели друг на друга в тусклом свете, льющемся сквозь матовое стекло двери. Молодой человек показался Адамсу сильным, модным и вежливым, а Рассел увидел сухонького старичка в мешковатом деловом костюме, с седыми усами, беспокойным взглядом умных глаз и радушными манерами.

– Чудесный вечер, – продолжил Адамс, отпуская руку гостя. – Чудесное время года, только вот не всегда погода радует, климат тут такой. Ладно… – Он прошел к