Все, что останется - Сергей Леонидович Калинин

и я знаю, что вакансии есть. Может, можно что-то придумать? У меня нет прописки, но это же потом решится. — Она говорила быстро, словно боялась не успеть донести самое важное. — Я не знаю, что делать. Везде одно и то же. Зайду, откажут, и что? Вот и стою под дверью.

— Вакансии точно есть, так что считать ситуацию безнадежной я бы не стала. — Даша по совершенно непонятной причине наполнялась какой-то материнской жалостью к этой девчонке, которая боялась заходить только потому, что это был ее последний шанс, и она тянула из последних сил, чтобы сохранить надежду. — Пойдем вместе. — Страшно было и самой: только недавно устроилась и уже просит за совершенно незнакомого человека. Но было в поведении этой девушки что-то такое, что пройти мимо не было сил. — Как зовут тебя? А то и представить не знаю как.

— Настя. — Она подняла голову, и в больших, бездонных глазах Даша прочла такую благодарность, что показалось, будто она сейчас бросится обнимать свою спасительницу.

— Пойдем, Настя. Диплом с собой?

В ответ ее новоявленная спутница лишь кивнула и потянулась к сумочке.

— Пока не нужно. Всему свое время. — Даша вошла в кабинет и втянула за собой растерянную девушку. — Евгений Степанович, простите меня за вторжение, но, может быть, мы сможем хоть чем-то помочь девочке. У нас ведь медсестер не хватает, правда? — То, что персонал не набран и даже тем, кто уже был принят, пришлось совместить обучение с работой, она знала наверняка. По уму, и она не должна была работать, но все эти пробелы необходимо было кем-то заполнять.

— Правда. — Чаусов оторвался от бумаг и вздохнул. — Но как я ее возьму? Прописки нет, а у нас же бюджетная организация. Я бы и рад, но в кадрах даже смотреть не будут.

— А если будет прописка? — Даша не собиралась сдаваться.

— Если, да если… — Заведующий смешно поморщился. — Если да, то да. Если нет, то нет. Так понятно?

— Вполне. — Даша в обратной последовательности вытолкнула Настю из кабинета и вышла следом. — Ну, рассказывай. Где твоя прописка?

— Далеко. — Настя сконфуженно замерла.

Вся история даже ей самой казалась настолько глупой, что рассказать ее сразу и не получилось бы.

— И что, никто из родственников не поможет?

— Никто. Их, в общем, и нет. Детдомовская я.

— Бог мой!.. — Даша всплеснула руками. — Но ведь должно же что-то быть. Не бывает так, чтобы человек взял и остался без ничего. У тебя же есть бумаги, паспорт, свидетельства? Что-то же у тебя есть!

— Ну да. Есть. — Настя чуть испугалась такой настойчивости новой знакомой. — Только куда это все нести.

— Не знаю. — Теперь растеряться пришла очередь Даши. — Но ведь льготы-то должны быть у вас, у детдомовских.

— Должны. Даже квартиры обещали вне очереди. Только я не знаю, куда мне.

— А где ты сейчас?

— Сняла квартиру. Мне помог… — Настя не знала, как назвать спасителя, и скомкала последние слова. — Только он же не будет мне всегда помогать. У него и своих проблем много. Нужно что-то придумать.

— Прописку купить можно. — Даша понимала, что денег у Насти нет, и ее слова прозвучали цинично. — Не знаешь, оно дорого?

— Не знаю. — Настя вздохнула.

— Тогда вот что. — Обратного пути не было, и Даша решила идти до конца. — Ты сейчас идешь, все узнаешь, объявления почитай, они всегда там есть. И потом сразу ко мне. Если смогу — помогу. Не буду говорить, что богата, но Бог даст, что-нибудь придумаем.

— Спасибо! Я отдам! Правда! Я буду работать и все отдам!

— Телефон пиши. — Даша продиктовала номер, внимательно следя, чтобы Настя не ошиблась. — Позвони обязательно.

Они разбежались, наполненные разными эмоциями и разными переживаниями. Даша вдруг задумалась о том, что не так уж и велики ее проблемы. Ведь есть семья, есть пусть и маленькая, но ведь своя квартира. Есть, куда идти и чего ждать от завтрашнего дня. Пусть сейчас все нелегко, пусть впереди месяцы учебы, пусть переживания, пусть что угодно, но если не останавливаться, то все обязательно получится. Когда-то, закончив университет, она подумала, что позади самый сложный этап жизни. Как она с маленькой Леночкой доучилась, и сейчас казалось загадкой. Но новый этап принес новые проблемы, и появилась мысль, что уже никогда не выбраться из полосы неудач и разочарований. Едва что-то начинало налаживаться, как ломался холодильник или начинал протекать кран, что сводило всю ее экономию на нет. И этот замкнутый круг никуда не выпускал, заставляя лишь сжимать зубы и верить в то, что однажды что-то изменится. Вот только само ничего не происходило, а ждать чуда с каждым годом становилось сложнее и сложнее.

Непроизвольно мысли то и дело возвращались к Насте и ее ситуации. Эта девочка, которая одна с дочкой, без жилья, без друзей, без поддержки, должна найти свой путь, и ей не у кого спросить совета. Сколько людей вокруг нас нуждаются в помощи, сколько их ищут просто поддержку и понимание. Как помочь, как смотреть на все происходящее вокруг и чувствовать свое бессилие? Кому нужнее эта помощь? Тем, кто уже все потерял и скатился вниз, смирившись с судьбой, или тем, кто еще на краю? Разве можно списать все лишь на то, что человек недостаточно умен, что ему нравится быть неприкаянным и забытым, что это, в конце концов, просто его судьба? Разве может быть определена судьба, которая делает тебя несчастным, ничего не предлагая взамен?

Рабочий день закончился. Даша задержалась скорее потому, что до начала занятий в автошколе еще оставалось время, а забежать домой она уже не успевала. Когда в ординаторскую ввалился Григорий, она даже немножко растерялась. Чашка чаю, бутерброд и открытая страница новостей — это было совсем не то, с чем она планировала встречать гостей.

— Привет, коллега. — Он уверенно вошел в кабинет и уселся напротив, заставив почувствовать всю неловкость положения. — Что читаем?

— Ты какими судьбами? Я вроде никому не говорила, что буду еще на работе. — Даша терялась в догадках, что нес в себе этот визит.

— А мы как раз с Чаусовым у лифта стояли, когда все уходили. Он еще отметил, что ты задерживаешься. Вот я и зашел. А ты что, не рада?

— Неожиданно как-то вышло. — Доедать теперь уже было не очень комфортно, и она спрятала тарелку, надеясь, что Григорий поймет, что его визит вызвал определенные неудобства.

— А дай, думаю, узнаю, как проходит процесс адаптации. Евгений Степанович о тебе хорошо отзывался. Говорит, что и инициативная, и что учишься и успеваешь везде. Прямо очаровала старика. А может, он запал на