Все, что останется - Сергей Леонидович Калинин

не скрылось ни замешательство Насти, ни ее попытка сделать вид, что все просто замечательно. Он и сам не раз делал также, чтобы не расстраивать кого-то. Вот только как давно ему было все равно, расстроится ли кто-нибудь от его слов или нет.

— Ладно, потерпите. Это недолго. Максимум два месяца. Старуха вредная? — Он посадил на колени Маринку. — Мама совсем без настроения. — Последние слова он адресовал девочке.

— Да. Нам сказала ничего не трогать, расписала время, и мы не знаем, как нам на кухне готовить, — выпалила Маринка скороговоркой.

— Да ничего. Все хорошо. Я же привычная. У нас в детдоме и не так бывало. — Настя старательно делала вид, что это совсем не проблема.

— У нас… — Олег запнулся. — Неважно. Со старухой я решу. А вы вот что. Видите вон ту дверь? — Он указал рукой направление, чтобы ошибиться было невозможно.

— Да. — Настя прочла вывеску и теперь даже испугалась.

— Сейчас идете туда. Вам нужен Роберт Маркович. Он в курсе вашей ситуации. Делай все, что он скажет. — Олег чуть приобнял Настю, пытаясь ее успокоить. — И не бойся. Он поможет.

— Там же платно все. — Настя опустила голову. — Я так не могу больше.

— Ты не для себя идешь. У тебя дочка. О ней думай. Тоже мне проблему нашла. Денег нет. Да их ни у кого нет. Так что? Жить-то надо.

— А когда идти?

— Сейчас! — Олег посмотрел на часы. — Все. У меня обед прошел. Я работать. А ты завтра в это же время зайди. Или просто в магазин забеги, чтобы я не волновался.

Маринка подошла к нему и потянула за руку. Олег наклонился, думая, что она что-то хочет сказать на ушко. Но девочка неожиданно обняла его и поцеловала в щеку. Нечаянная слеза скатилась сама по себе, не спрашивая разрешения.

— Зайди обязательно. — Олег уходил быстрым шагом, подавив желание обернуться.

Он столько раз представлял, как обнимет самых близких и самых родных для него людей. И каким незнакомым оказалось это чувство, когда ты кому-то очень нужен. Все то, что так просто и так доступно многим, на что даже не обращаешь внимания, считая обыденным, для него представлялось недостижимой мечтой. Вот только не было у него заслуг для счастья. Эта мысль не давала покоя. Она не покидала ни на минуту, заставляя цепляться за жизнь, чтобы однажды сказать себе, что не зря прожил и что в нем тоже был какой-то смысл. Ах, если бы знать, что сможет он найти оправдание и заслужить прощение у самого себя. Вечное желание оправдаться за беспомощность и бездействие в лучшие, но бездарно прожитые годы своего, казалось бы, расцвета. Тех лет, которые прошли за решеткой. А ведь он так был нужен, так важна была его поддержка, его помощь, его сила и его ум.

Настя неуверенно открыла дверь и вошла, придерживая дочку. Маша заметила посетительницу, вспомнив, что Роберт предупредил ее о гостье, которая, скорее всего, будет крайне стеснительна.

— Здравствуйте. Проходите. Вы, наверное, к Роберту Марковичу?

— Здравствуйте. — Настя растерянно остановилась у двери. — Мне сказали к нему зайти.

— Присядьте. — Маша указала на диван и отметила, что девушка присела на самый краешек. Было видно, что и девочка встревожена. Чуть слышно прошептав слова приветствия, она села рядом с мамой, замерев, и даже, показалось, прекратила дышать. — Вам придется подождать. У него посетитель. Сегодня у нас насыщенный день. — Последние слова Маша произнесла с гордостью, которую не смогла скрыть.

Минут через пять из кабинета вышел посетитель, и Настя обернулась к Маше, ожидая разрешения. Но следом вышел и хозяин. Не узнать тех, о ком с утра столько всего узнал, было просто невозможно. Роберт даже улыбнулся, заметив испуганные лица.

— Во-первых, прекратите так нервничать. — Нужно было разрядить обстановку, и ничего лучше, чем сразу перейти к главной теме, Роберт не придумал. — Я в курсе всей вашей ситуации, но без подробностей. Вот их мы сейчас с вами и обсудим. Давайте пройдем в кабинет, а девочка может посидеть здесь. Ты же не будешь бояться? — Он присел у дивана, где застыла Маринка.

Девочка кивнула.

— Мы никого бояться не собираемся. — Маша встала из-за стола, неся набор цветных ручек и несколько листов бумаги. — Если у нас будет желание, мы сможем порисовать.

Маринка снова кивнула, заметно успокоившись. В кабинете Роберт подвинул Насте стул и отметил про себя, что Олег был прав в утверждении, что без помощи они пропадут. Не было ни в поведении, ни в манерах, ни в разговоре ни капли той силы и наглости, которые помогают продраться сквозь жизненные невзгоды, локтями расталкивая всех, кто мешает на пути.

— Итак, мы имеем отца, который не признает девочку, отсутствие прописки, которая не дает возможность устроиться на работу и, соответственно, самой работы у нас тоже нет. Казалось бы, все хуже некуда. Но, — Роберт поднял вверх палец, с улыбкой посмотрев на Настю, — у нас есть самое важное — у нас есть идея, и как это ни странно звучит, все шансы изменить жизнь уже в самое ближайшее время. Я что-то слышал о дипломе медсестры. Это верная информация? Мне сейчас будут нужны копии всех ваших документов. Особенно важно знать, по какому адресу вы должны были зарегистрироваться после убытия. Доставайте все, что есть.

— Сейчас, у меня есть. — Настя нервно выкладывала из сумочки все, что у нее было. Оставить дома она побоялась и сейчас мысленно благодарила Бога, что все документы оказались с собой. Хотя из опыта всей прошедшей жизни она знала, что это далеко не самый надежный вариант хранения.

— Еще вопрос. — Роберт внимательно смотрел на реакцию девушки. — Переезд планировался к отцу ребенка?

— Конечно. — Настя покраснела, поняв смысл вопроса.

— Я поясню. Мы будем подавать на алименты. И ошибки быть не должно. В случае, если ответчик будет против наших требований, будем требовать экспертизу.

— Может, не нужно. Он ведь нас не любит. — Настя опустила голову. — Некрасиво оно все.

— Некрасиво! А ребенка бросить красиво? А на улицу выбросить красиво? За все нужно отвечать.

— Я боюсь. — Теперь стала понятна и причина, почему девушка старается не говорить об отце дочки.

— Не переживайте. Разговаривать буду я. Любые попытки воздействовать на вас создадут ему еще большие проблемы, но это вообще не стоит переживаний. Вы детдомовская. Значит, попадаете под серьезные льготы. Пойдемте. — Роберт встал, направляясь в приемную. — Я сделаю копии документов. Нужно проехать в некоторые места и узнать, что вам положено. Это займет от силы день-два. Так что давайте послезавтра вы к вечеру зайдете ко мне. Думаю, общая картина