Особенный - Владимир Александрович Дараган

Некоторое время мы молчали, переваривая услышанное.

— Похоже, мы уедем с тем же, с чем мы приехали, — сказала Наташа. — У нас было два варианта: Зою похитили или Зоя сама где-то прячется. После вашего рассказа ни один из этих вариантов исключить нельзя. Ее могли насильно посадить в машину при выходе из института — это первый вариант. Второй вариант — она пошла не направо к Банному переулку, а налево и вышла на Большую Переяславскую улицу. Телефона у нее не было, такси она вызвать не могла.

Значит, она могла или сесть на автобус, который идет к площади Трех вокзалов, или дойти туда пешком — это всего два километра, полчаса ходу. Ну а с трех вокзалов…

— С Ярославского вокзала она могла поехать на свою дачу, — сказал Шеф. — Но Семен Михайлович сказал мне, что дачу они проверили, последние дни там никто не появлялся.

— Я в курсе, — кивнула Наташа. — С первым вариантом пока непонятно что делать, а вот о втором можно подумать. Ближайший круг знакомых Зои мы обошли. Остается более широкий круг — одноклассники, однокурсники, соседи. Мы поговорим с Ириной и выясним, к кому она могла поехать. Неплохо бы поговорить со всеми ее одноклассниками и однокурсниками, но это задача не для нас. Это человек пятьдесят, как минимум. Пусть этим займется Мельников. А я в первую очередь хотела бы поговорить с детективом. Если можно, пришлите мне его номер. Не может быть, чтобы он ничего не видел, когда стоял у института. И может Зоя сказала ему что-то, чего он не сказал вам. Кстати, а какие успехи у Мельникова?

— У Мельникова… — задумался Шеф. — Он, конечно, подозревает всех в службе безопасности. Только они могли ночью незаметно проникнуть в мой кабинет. Он допросил каждого, а сейчас изучает их личные дела. Что он там нашел — не знаю. По-моему, пока ничего.

Наташа подлила себе в бокал еще компота.

— Хорошо то, — сказала она, — что нам теперь не надо думать, как Зоя добралась до института. И еще примерно ясно, чем нам надо заняться в ближайшее время. Простите, а телефоны, что лежат у вас на буфете, принадлежат Зое?

— Да, — сказал Шеф, — она их оставила в машине, а детектив передал их мне.

Наташа достала телефон, набрала номер, и вскоре мы услышали звонок из «мотороллы».

— Это проверка, — сказала Наташа. — Именно с этого телефона Зоя написала Ирине.

— Убедительная просьба, — смущенно сказал Шеф. — Ничего не говорите родителям Зои. Я им сказал, что Зоя у меня на даче под охраной, но к ней пока приходить нельзя, чтобы не нарушать конспирацию. У Аделаиды Степановны давление и больное сердце, ей нельзя волноваться.

Мы поблагодарили его, и вышли на улицу.

— Ну и как тебе кино? — спросила Наташа.

— Очень увлекательно, но это мало что нам дает. А кто по-твоему мог забраться в кабинет Шефа?

— Кто угодно, — сказала Наташа. — Если у злоумышленника есть пособник в институте, то он может открыть запасной пожарный выход. Там нет замка, только засов. Дверь на сигнализации, но ее легко отключить. Рядом с дверью электрический щиток, в нем десять предохранителей, каждый подписан. Левый третий в верхнем ряду отключает сигнализацию этой двери. Днем можно легко отодвинуть засов, отключить сигнализацию, и тогда ночью в институт может зайти любой.

Мы сидели в машине. Наташа долго не заводила двигатель, потом тряхнула головой, медленно выехала на дорогу, проехала немного вперед и остановилась.

— Позвоню-ка я этому детективу, — сказала она.

Глава 28

Наташа достала телефон, приготовилась набирать номер, но я положил одну руку ей на плечо, а другой прижал телефон к ее колену.

— Это бесполезно, — сказал я, — ничего нового мы не узнаем.

Наташа медленно повернулась ко мне. Лицо осунулось, глаза потухли. Надо было попросить у Шефа чашечку кофе.

— Мы же с тобой выяснили, что Зою не похитили. Иначе, зачем они ставили прослушки у всех ее знакомых?

— Согласна, — вяло сказала Наташа. — Я была настолько поражена рассказом Шефа, что совсем перестала соображать. Могу, конечно, возразить, что Зою похитили, а прослушки поставили, чтобы знать, как именно мы ее ищем. А ты все равно прав. Совсем немного со мной общаешься, а уже поумнел. Ладно, продолжай.

— Мы знаем, что Зоя вышла из института и пошла, скорее всего, к Большой Переяславской. Детектив ничего не видел, и нового он не скажет.

— И опять ты прав, — сказала Наташа. — Но ты забыл, что я женщина. Часто случайные жесты человека выдают его намерения. Вот об этом я и хочу поговорить с этим детективом.

Она тряхнула головой, набрала номер и включила громкую связь.

— Але, — раздалось из трубки.

Артистов с таким голосом можно смело приглашать озвучивать Карабаса-Барабаса или предводителя сорока разбойников из сказки об Али-Бабе.

— Кирилл? — уточнила Наташа, заглянув в листок, который дал нам Шеф перед уходом. — Меня зовут Наталья Николаевна. Я звоню по просьбе Дмитрия Алексеевича, с которым вы работали. Я имею в виду охрану Зои.

— Ну? — раздалось в трубке. — Меня просили, я делал.

— Дмитрий Алексеевич мне рассказал о происшествии около института, но я бы хотела уточнить некоторые детали.

— Уточняйте, — прохрипело в трубке. — Но я все уже рассказывал.

— Не хочу по телефону. Вам удобно через час быть на выходе из станции метро «Проспект мира»?

— Ладно, — раздалось из трубки и зазвучал сигнал отбоя.

— Никогда не разговаривала с таким любезным мужчиной. А теперь надо позвонить Цепе, — сказала Наташа, подмигнула мне и набрала новый номер.

— Привет, дорогая, — раздался в трубке веселый голос.