Дом с секретом и истинные лица. Часть 2 - Ольга Станиславовна Назарова

– Танечка, да ну что вы! Вы что, собрались пешком идти, что ли? Ерунда какая! Я вас и заберу. Только не через неделю, а через две. Во-первых, я еду на съёмки, а во-вторых, дайте яблонькам ещё немного понежиться – им от вашей заботы очень уж хорошо растётся! В клинике я предупрежу, для них вы из отпуска едете в командировку.

– Ой, спасибо!

– Да пожалуйста! – Финист только плечами пожал, удивляясь, насколько легко иметь дело с порядочными людьми – он её оставляет для того, чтобы ему же лучше было, а она ещё и благодарит! – Забыл… в багажнике продукты, которые вам Крылана и Шушана передали, как раз на две недели.

Тишинор очень подробно рассказал Тане, что она должна внимательно наблюдать за растениями и, если что:

– Полить из вот этой бутылочки! Две капли на вооон то ведро, – взмах лапки указал на ёмкость. – А потом под каждый кустик вот этой травки по столовой ложке, а вот для этой травки – надо по две!

– Ну конечно… теперь и за травой этой следить… – бухтел Терентий. – А то нашей Танюше делать нечего!

– Ничего страшного, она просто перестанет тебя вычёсывать каждый день, и сразу столько времени освободится! – рассмеялся вредный Вран.

Когда Соколовский, забрав Тишинора, уехал обратно, Таня сходила проведать новые посадки, а потом устроилась в гамаке – никогда в жизни у неё раньше не было возможности вот так просто лежать под деревьями, смотреть на облака, дремать и просыпаться под лёгкой махровой простынкой, специально принесённой Враном из дома.

«Вот странность-то какая, а ведь два года назад я и подумать не могла, что так бывает…» – неспешные, спокойные мысли тоже засыпали под шорох яблоневых листьев и травы.

Через две недели Соколовский прибыл за Татьяной, Враном и Терентием. Перво-наперво, конечно, отправился в сад и так довольно разулыбался.

– Ну да… вот эти уже готовы… и вон те, – он внимательно осмотрел тяжёлые золотистые яблоки, которые, кажется, светились внутренним светом, а уж аромат от них был такой, что даже от него становилось легче дышать, двигаться, думать.

Соколовский достал из машины корзину, оббитую внутри алым шёлком, и подошёл к первой яблоне. Таня, которая собрала вещи и вынесла их на крыльцо, только ахнула, а потом поспешно прикрыла рот ладонью – яблони сами тянули ветки навстречу руке Сокола.

Ему не надо было касаться созревшего яблока, потому что они падали в его ладони, стоило только поднять руки.

– Знают хозяина, вот и радуют! – пояснил Соколовский, уловив Танино изумление.

Он очень бережно перекладывал яблоки в корзину, застилая каждый слой яблок шёлковой тканью.

– Так, это – Крылане, я обещал, – он улыбнулся Тане, отложив одно яблоко в сторону. – Это – Шушаночке. Тут, правда, и её родителям хватит, и бабушкам с дедушками, и всем родичам. Себе и Тишинору возьмёт по кусочку, а остальное родне передаст.

А потом и ещё одно, правда, не самое большое, но тоже зрелое и золотистое яблочко присоединилось к тем двум.

«Это – Свете Патрушевой, – подумал он о своей партнёрше по съёмкам. – Она и так хороша, конечно, но возраст, беременность, надо подбодрить! – это он произнёс уже про себя. – Пусть себе две трети возьмёт, а треть – мужу. Он не актёр, ему и такая внешность сойдёт, а яблочко – только здоровье подправить».

Он неожиданно вспомнил забавный детский мультфильм о том, как делили апельсин, и едва не рассмеялся.

Ещё три яблока он бережно передал Тане, а она, так же аккуратно приняла.

– Держите… это вам. Только чур уговор! Свою треть съешьте сами!

– Договорились! – серьёзно пообещала Татьяна, умащивая драгоценные плоды в свою сумку.

Татьяна ещё утром пробежала по всем своим любимым тропинкам, сходила на озеро, потом обошла весь дом и наконец отправилась в сад. Ей казалось правильным проведать напоследок прекрасно растущие посадки Тишинора, которым так и не потребовалось его средство, и попрощаться перед отъездом с яблонями, так что теперь она только с улыбкой погладила ствол ближайшего дерева.

– Один мой знакомый сказал бы вам, что вы заразились от англичан… – хмыкнул Соколовский.

– Чем это?

– Страстью к прощаниям! Он приводит в пример историю Милна о Винни-Пухе. Вот скажите на милость, что была за необходимость вытряхивать людей из милейшей истории и водить их носами по этому самому прощанию? Вот сидит медведь, и ему ХОРОШО! Зачем накручивать прекрасной истории рыбий хвост и отправлять плавать в тоске?

– Если честно, мне всегда было как-то обидно за них, – кивнула Таня.

– Вот! Так и не уподобляйтесь – не тоскуйте и не прощайтесь так… заунывно! Я очень надеюсь, что вы выделите время и приедете сюда ещё неоднократно! Только вам машину надо купить… Я вам проезд-то открою, конечно, но, когда вы сами можете ехать куда надо – это гораздо проще!

– Да я и водить не умею… и прав нет.

– Научитесь, получите и будете ездить! – приказал Соколовский. – Так, а где наш драгоценнейший пассажир, который не факт, что в машину вкатится?

– Пааапрашу без оскорблений! Я на свежем воздухе очень даже похудел! – заявил увесистый Терентий, упитанной рыжей змейкой вползая в салон.

– Ага… аж прыгать боишься – видать, ветром может того… смахнуть, – подхватил Сокол. – Вран, что у тебя такое лицо? Разумеется, Татьяну ты будешь сопровождать, так что и ты бросай свои прощания и садись уже в машину. А! Секунду. Я сейчас часовым задания раздам!

Соколовский покосился на свой яблоневый сад, ещё полный прекрасных яблок, шагнул за ворота и строго приказал что-то взъерошенному филину и его крупной, гладкой супруге.

«Никакая мышь не плоха, – посмеивался он, филигранно проводя машину московскими пробками. – Филины тоже пригодятся! А что? Толковые птицы, особенно если их правильно настроить на сотрудничество».

Татьяна приехала в норушный дом и с первого шага ощутила – ей рады! Вот прямо рады-рады-рады! Ждали, скучали, а теперь ждут не дождутся, чтобы встретить, поделиться новостями, выяснить, как у неё дела, обнять, устроиться рядом!

Всё это начали проделывать, как только за ней, Терентием и Враном закрылась дверь машины Сокола.

На Таниной щиколотке моментально обнаружилась Муринка, рядом застенчиво затоптался её брат, а Тишуна бросилась на шею Терентию.

– Ой, только не затопчите мне Таню! – скомандовала Шушана. – Муринка, Мурашик, проверьте, а не нацеплял ли наш котик колючек и репьёв… Вран, беги скорее с вещами, а то и тебя поймают! Таня, как я по тебе соскучилась! – Шушана позволила себе забраться в ладонь Татьяны и крепко обнять её запястье.

«Как же дома хорошо! – осознала отпускница через час. – Нет, там было