В чужих туфлях - Джоджо Мойес

сказал, что думал, будто к этому моменту они с папой уже вернутся. Нише пришлось экстренно выдумать какую-то чушь о том, что у Карла возникли срочные дела, и, хотя прозвучало убедительно, Рэй слишком чувствителен, надолго его не обманешь.

– Мне просто нужно тебя увидеть, мам, – сказал он, и у нее в горле встал огромный ком, который исчез лишь через несколько минут.

– Я знаю, милый. Мне тоже. Уже скоро, честное слово.

Во время обеденного перерыва она ушла к мусорным бакам и, стоя возле окна, где еще ловила сеть отеля, выкурила сигарету и позвонила Магде.

– Миссис Кантор! Вы не ответили ни на одно сообщение! Все в порядке? Я так за вас волновалась! – на заднем фоне слышались завывания пневматических ключей, которыми откручивают гайки при смене колеса автомобиля.

– Я была очень занята. Мне нужно кое-что у тебя спросить. Ты не знаешь, зачем Карлу могли понадобиться мои туфли?

– Ваши туфли?

– «Лабутены». Можешь поспрашивать? К примеру, узнать у того мужчины, помнит ли он женщину, которая была в них в баре? Они нужны мне, чтобы начать переговоры с Карлом.

– Спрошу, миссис Кантор. Главное, чтобы он номер не сменил – при их работе такое случается. Скажите… пока нет новостей о моей работе? Я не слишком хорошо меняю шины…

– Мне нужно вернуть эти туфли, чтобы у тебя была работа, Магда. Ясно? Это очень важно. Для нас обеих.

– Поняла. Нет, у нас нет шин Michelin! Такого размера только Goodyear! Положитесь на меня, миссис Кантор.

Жаль только, что эта фраза не внушала особой уверенности. Ниша завершила звонок, потушила окурок и вернулась на кухню. Обед был в самом разгаре, и вокруг нее пыхали огнем конфорки, а повара ругались и орали друг на друга, перекрикивая звон сковородок и венчиков. Лавируя между людьми в белой одежде с разноцветными пятнами, она заметила Алекса, согнувшегося над сковородой с морскими гребешками. Увидев Нишу, он подозвал ее к себе.

И нагнулся, чтобы проорать ей на ухо в этом гаме:

– Подойди позже! У меня для тебя кое-что есть.

Ниша прищурилась.

– Тебе понравится! – пообещал он.

– Что? – крикнула она в ответ. Ей не по себе от того, что кто-то так и норовит что-то ей дать, просто так. Будто она перед ним в долгу и ничего не может с этим поделать. Ниша больше не хотела быть обязанной кому бы то ни было.

– Еда!

– Что именно? И что ты хочешь? За еду? – Он молчал, и она добавила: – Что я должна буду тебе взамен?

Алекс нахмурился, словно она сказала что-то странное. А потом покачал головой, почти сердито, и вновь повернулся к гребешкам.

Утка. Алекс отдал ей утку. Поставщики доставили слишком много тушек – так он сказал, когда Ниша уже собралась уходить. Руководство не заметит. Он вручил ей на удивление увесистую птицу, завернутую в муслин. Органическая. Очень вкусная. Можно приготовить неплохой ужин для Джесмин и ее дочери.

– Ты умеешь готовить утку?

Ниша в ответ смотрела на него пустым взглядом, и тогда Алекс направился в кладовую и собрал в небольшой джутовый мешочек анис, крахмал из кассавы, какие-то травы и небольшую бутылочку апельсинового ликера. Не глядя на нее, написал рецепт. У него красивый почерк. Ниша сама не поняла, почему это ее удивило.

– Это не сложно. Главное, чтобы мясо постояло минимум десять минут, когда закончишь его обжаривать, да? Минимум десять минут. Тогда оно будет очень нежным.

Что-то в этом разговоре ее нервировало. Определенно ему что-то нужно. Иначе для чего все это?

Все эти вкусные обеды и маленькие подарки с собой.

Но Нише показалось, что, вновь подняв эту тему, она его оскорбит. Такая неуверенность для нее внове, поэтому, забирая пакет, она ответила отрывисто и резко. А когда направилась в раздевалку, его ироничный взгляд заставил рассердиться на саму себя.

В итоге она сделала то же, что и всегда, когда ее переполняли смешанные чувства. Проигнорировала их. Ниша убрала шесть номеров, как робот, яростно и тщательно. В последнее время она ловила себя на том, что даже благодарна этой работе. Она позволяла отвлечься. Ни побегать, ни сходить в тренажерный зал не получалось, зато физический труд загадочным образом ее успокаивал. Несложная работа вроде замены постельного белья и поисков пыли или грязи снимала постоянное умственное напряжение. Физическая усталость отчего-то казалась нужной.

Под конец дня Ниша сидела с кружкой кофе на скамье в раздевалке, когда получила сообщение от Джесмин:

«Мой бывший говорит, что не сможет привезти Грейс. Сможешь заехать за ней к моей маме по пути домой? Не хочу, чтобы она каталась одна.»

Ниша подумала о птице у нее в шкафчике. Нужно лишь следовать инструкциям, и у них сегодня будет королевский ужин. Она наконец сможет как-то отплатить Джесмин, а не только пользоваться ее добротой.

«Конечно, – написала она. – Ничего не ешь по дороге домой. С меня сюрприз!»

Может, забежать на кухню перед уходом, как следует поблагодарить Алекса за утку? Однако что-то ее остановило: слишком неловко. А может, она еще больше почувствует себя обязанной, если разведет лишнюю суету. В конце концов, это просто утка! Сущая мелочь в общем масштабе событий!

Автобус был битком. Джесмин прислала подробные инструкции с номерами маршрутов, идущих в нужную сторону. Кажется, Нише никогда не освоиться в запутанной транспортной системе Лондона, с его огромными, беспорядочно растущими районами, которые казались ей одинаковыми. Она овладела искусством полностью погружаться в свои мысли в автобусе.

Ничего приятного в них не было, но это лучше, чем слушать чужой кашель и громкую болтовню по телефону.

Поэтому даже не сразу заметила, когда какая-то женщина обратилась к ней, и подняла взгляд, только когда та едва ли не села ей на колени.

– Извините? – произнесла Ниша, когда ей на бедро лег край чужого пальто.

– Я же просила вас подвинуться. Мне слишком тесно, – высокая женщина в длинном лоскутном пальто из бархата даже не посмотрела на нее, словно Ниша – лишь раздражающий фактор, досадная помеха.

– Я подвинулась, насколько могла. Эй, эй! Вы уже на мне сидите!

Женщина только фыркнула и принялась толкаться еще энергичнее. У нее были скверно покрашенные волосы, от одежды пахло пачули.

– Леди! – сказала Ниша. – Вы переходите все границы. Отодвиньтесь.

– Я вежливо попросила. Вы не шевельнулись, – бросила та в ответ.

– Не прикасайтесь ко мне своим пальто. – Ниша подняла край двумя пальчиками и сбросила его со своей ноги.

– Если б вы подвинулись, я бы вас не трогала, так?

Тут же кровь бросилась ей в голову.

– Не моя вина,