Убежище. Книга восьмая - Ольга Станиславовна Назарова

Атака дёрнулась – не любила она неожиданные звуки, а Александр Павлович, подсознательно соотносивший Атаку с Полиной, а значит, и с тем, кого надо защищать, машинально прикрыл рукой её голову.

– Ой… ты чего это?– Ата, не переносившая чужих непрошеных прикосновений, удивилась – это явно был жест человека, который её оберегает. Может, пока ещё и не понимает толком, может, говорит на ином языке, но всё равно признаёт её место в своём круге.– Это ты меня закрыл? А Фёдор-то был прав!

Она осторожно вынырнула из-под широкой мужской ладони, перетекла ещё ближе и поёрзала, укладываясь капитально и поудобнее – любая кошка знает, как устроиться на человеке так, чтобы приспособить его тушку под свои нужды.

– Ну, вот, а теперь можно и познакомиться как следует!– Атака уставилась немигающими жёлтыми глазищами в лицо Александра Павловича и замурлыкала громко, уверенно и от души.

Он частенько подолгу не мог уснуть – то проблемы с бизнесом, то вопросы, как и что делать дальше, то насущные хлопоты и задачи, а то и задачки, которые ему подкидывали дети, отпугивали его сны почище корабельной сирены.

– Опять надо снотворное пить! – ворчал он тогда.

И кто бы знал, что для лёгкого сна нужна лишь песня небольшой кошечки, так уверенно расположившейся у него на груди, словно она тут всю жизнь лежала.

– Хочешь, небом своим поделюсь, растяну на тебя его край? Мне не жалко ничуть, поскорей приходи, осторожно за мною ступай. Каждый сам выбирает свой путь, каждый сам выбирает свой день, когда надо решить, может, к солнцу свернуть или прямо идти в свою тень. Когда надо своё узнавать по теплу, по плодам, по следам. Когда надо решать, что простить, что отдать, чтоб собой оставался ты сам.

Кто знает, что именно мурлыкала Атака? Может быть, что-то похожее, а может, и нет… Но, по крайней мере, снились Александру Павловичу именно эти слова.

Снились и настойчиво подталкивали его память к картинкам, которые он в последние несколько дней очень старательно заталкивал подальше, отодвигал широкой ладонью от себя, словно что-то абсолютно ненужное, лишнее, право же, абсолютно невозможное.

Снился ему дачный посёлок, в котором у него и его супруги имелся дом.

Нет-нет, это вовсе не крутой коттеджный домище, а просто надёжный и разумно сделанный кирпичный дом, где есть всё нужное, а ещё кое-что особо комфортное, например, отопление, включающееся автоматически, отличная ванная и прочие удобства… А ещё там есть превосходная широченная веранда, которую так любит его жена. На веранде стоят садовые качели с мягкими подушками, а вот под ними…

А под ними в сентябре месяце обнаружился брошенный кем-то небольшой пёс…

Александр Павлович понятия не имел, какой он породы – бородатый такой, невысокий, с густой чёлкой, из-под которой умоляюще смотрели карие круглые глаза.

Ну то есть это супруга его глаза разглядывала и транслировала, что, мол, очень трогательные…

– Я тебя тоже умоляю… никаких собак! Хватит с нас Нины и ПП с их псарней! – решительно возражал Александр Павлович. – Если тебе очень нужно о ком-то заботиться, есть я! Малыш, я лучше собаки!

Пёс что-то понял, сразу как-то стушевался, закряхтел, как старик, поднялся с чистых досок веранды, обречённо опустив морду и почти коснувшись носом пола.

– Иди-иди, нам собаки не нужны! – напутствовал его Александр Павлович. – А ты куда? Только давай без лишних эмоций. Не сердись, малыш, но у меня совсем нет на них сил! – он частенько называл её так…

Жена странно покосилась на него, но спорить не стала.

– Я отведу его к соседке, может, она знает – вдруг потерялся у кого-то?

– Аааа, ну, да, давай! – это он понимал – можно позаботиться по мере сил, но не более!

Жена ушла и довольно долго не возвращалась. Так долго, что он был уверен – она придёт обратно с этим самым негодным псом. Уже даже приготовился держать круговую оборону, но открылась калитка и пропустила во двор только супругу.

Александру Павловичу хотелось уточнить, нашлись ли хозяева у бородатого недоразумения, но он счёл, что чем меньше он будет говорить на эту тему, тем лучше – вон у жены глаза красные… чего провоцировать-то лишнее?

Знал бы он, что его вторая половина внезапно чётко и абсолютно уверенно поняла, что это ИХ собака.

«Мы ему нужны ничуть не меньше, чем он нам! Вот прямо шкуркой чувствую!»

Нет, она обошла соседей, поглядывая на бородатого смешного пёсика, охотно трусившего у её ноги. У всех спрашивала, не терял ли кто-то такую собаку. Может, что-то знают, видели?

– Ну как же… видели, конечно! Это соседний дом парочка снимала. За лето успели поругаться, решили развестись – знаю, потому что так орали – любой бы услышал. Короче, они разъехались, а этот чудак оказался никому не нужен… Он их почти месяц ждал, скулил – прямо сердце рвалось, а потом, видимо, всё понял, – рассказала женщина на параллельной дачной улочке.

Думать, что пережил за месяц ожидания этот небольшой пёс, сил не было абсолютно! А уж что ему придётся пережить дальше, и вовсе было настолько страшным, что она чётко и железно приняла решение – его надо спасать!

– Ты не бойся… у меня муж, конечно, редчайший упрямец, но уверена, что мы справимся. Постараемся справиться. На худой, то есть на самый-самый худой конец, пойду зятя просить тебя приютить – Ниночка-то тебя и так примет, а вот Володя может и заартачиться… Но в положении НЕ вредной тёщи есть свои преимущества: такой трудно отказать. Так что ты не бойся: мытьём или катаньем, но ты на улице не останешься. Понимаешь?

Пес, вроде как и понимал, но сомневался…

– Не бойся. Сейчас я тебя к соседке пристрою – она до Нового Года всегда на даче остаётся. Её дети особо деньгами не балуют, так что подзаработать она всегда рада. Заплачу ей получше – она с удовольствием за тобой присмотрит, а я пока постараюсь переубедить Сашу.

Соседка не очень-то хотела связываться с собакой, но денег ей предложили очень и очень прилично, собачка не выглядела страшной, так что стремление подзаработать пересилило…

– Ой, ну, ладно… только ты мне корм привези! И всякие штуки для него – ошейник, поводок. И смотри… я, если что, валандаться с ним без денег не стану.

– Ты, главное, смотри, чтобы он не убежал, и не обижай! А деньгами я однозначно не пожадничаю, ты же меня знаешь!

Так и договорились.

Александр Павлович и близко не знал, что жена, уезжая на дачу, непременно везёт туда корм,