Библиотека пропавших физиков - Барбара Белломо

– Вы про Бельмонте? – уточнил официант. Ида кивнула, и мужчина вновь скрылся в кухне, откуда вскоре вернулся с расписанием смен официантов. Затем указал на одну строчку:

– A las siete de la mañana[22].

Ида вздохнула. Придется ждать до завтра, так ничего и не выяснив. Она вернулась в номер, распаковала чемодан, достала книгу про Пиранделло авторства Шаши, которую ей прежде, еще до ссоры, советовала прочесть Флора. Невестка была права. Очерк был написан хорошо и читался легко и приятно, но Ида увидела в нем большее. Невероятное прочтение современного общества, ценность культуры и даже величие сицилийского автора.

Однако вскоре Ида закрыла книгу. Она нервничала. Она знала, что пришла пора сделать то, что она откладывала так долго. Ида снова надела туфли и отправилась на поиски телефона.

Ей нужно позвонить Раффаэле и сообщить, где она. Теперь она точно знала: ее муж вовсе не чудовище, каким она его воображала последнее время. Их брак вовсе не был так ужасен, как она хотела себя уверить после бегства из Турина. Они пережили много хорошего. И все же в попытке спасти самое себя она не нашла другого способа, как разрушить все то, что их еще связывало. Ей пришлось признаться себе, что были времена, когда они были отличными товарищами. Во время Второй мировой – как раз об этом говорил Раффаэле, когда они виделись в последний раз. Когда Европа полыхала в огне, затянутая в воронку войны, когда никто не знал, что будет завтра, когда она потеряла дорогую подругу, Раффаэле был рядом и поддерживал ее, помогал ей, обучал ее ремеслу медсестры, когда она пошла помогать в Красный Крест. В то время их союз был действительно союзом, и, возможно, он только тогда был таковым, потому что они шли в одном направлении к единственно важной цели: спасти из-под завалов, от смерти, от голода как можно больше людей, не думая о себе.

Прежде чем закрыть за собой дверь, Ида подумала, что Раффаэле, хоть и разочаровался в ней, все же не выдал ее тайны. Он мог не только опозорить ее в глазах людей, как говорила Флора, но и обратиться в суд. Ведь он, как врач, сразу понял, что с ней произошло, как она потеряла ребенка. И все же никому об этом не рассказал. Даже после того, как она сбежала из дома, не сказав ему ни слова.

47

Буэнос-Айрес, конец ноября 1954 года

Ида провалилась в глубокий сон как была, в легком шелковом розовом халате и с книжкой на груди.

Послышался какой-то громкий, настойчивый звук.

Ида с трудом открыла глаза и посмотрела на тумбочку. Будильник разрывался, показывая, что пора вставать. Сердце ее тревожно забилось. Ида не думала, что так долго спала. Должно быть, смена часовых поясов сыграла свою роль. Она поднялась, потерла глаза, понимая, что нельзя терять ни минуты.

Она кинулась в уборную и приготовилась к выходу. Затем вновь посмотрела в зеркало. На светлом лице виднелись круги под глазами. Она нанесла немного румян, подчеркнула карандашом темные глаза и провела по губам помадой. Затем надела светлое хлопковое платье и вышла из комнаты.

Зайдя в ресторан, она тут же увидела господина лет сорока в бордовой форме отеля.

– Ида Клементи, – представилась она.

– Марио Бельмонте. Я слышал, вы меня разыскивали.

У Иды вырвался вздох облегчения. Наконец-то здесь был хоть кто-то, кто говорил на ее родном языке.

– Благодарю вас за то, что вы уже здесь. У вас найдется несколько минут?

– Да, моя смена начинается только через полчаса. Я всегда прихожу раньше. Видите ли, Буэнос-Айрес большой город, и автобус может опоздать, тогда мне беда. Как только я пришел, мне тут же сообщили, что меня искали. Расскажите, в чем дело.

Он кивнул в сторону зоны отдыха, где находился белый стол, вокруг которого стояли бархатные стулья.

– Мне говорили, что вы знаете итальянского физика по имени Этторе Майорана.

Мужчина выпрямился и нервно потер пальцы. Не похоже, что он хотел говорить на эту тему. Ида решила выиграть время.

– Когда ваши коллеги сказали мне, что здесь работает итальянец, я почувствовала большое облегчение, и вместе с тем мне стало любопытно, что привело вас в Аргентину.

– К чему этот вопрос? – резко, точно его ужалили, вскинулся Бельмонте.

– Из любопытства. Вы первый итальянец, которого я здесь встретила.

– Их здесь довольно много. Я приехал сюда как и все остальные.

– Я что-то не то сказала?

– Не в этом дело. Просто сейчас в этой стране лучше не задавать подобных вопросов. Когда-то я работал учителем математики. В Пьемонте. Но предпочел уехать, опасаясь того, что происходило в Европе. Скажите, зачем вы ищете этого человека?

– Я с ним работала.

– Вы тоже физик?

– Нет, я работала библиотекарем на виа Панисперна.

– Раз вы работали в этом месте, должно быть, вы знаете великого Энрико Ферми?

– Конечно, и довольно близко. – Ида улыбнулась, вспомнив открытие медленных нейтронов.

– Мне очень жаль.

– Чего же?

– Ферми. Должно быть, эта новость уже напечатана во всех итальянских газетах, пусть даже он давно проживал за границей.

Ничего не понимая, Ида смотрела на официанта.

– Так вы не знаете? – Он огляделся. – Подождите, я сейчас.

Марио направился к стойке с прессой. Через несколько минут вернулся с газетой в руках. Раскрыл ее прямо на ходу и пролистал несколько страниц. Остановившись, сложил газету на нужной странице и протянул Иде.

Перед ее глазами предстала большая фотография, над которой крупными буквами был напечатан заголовок. Несмотря на то что ее знание испанского оставляло желать лучшего, все было предельно ясно: великий Ферми, один из физиков, работавших над проектом «Манхэттен», скончался.

Ида спрятала лицо в ладонях, и в ней ожило позабытое воспоминание. Это было в тот самый день, когда она узнала, что Ферми с семьей бежал из Италии.

48

Турин, январь 1939 года

Ида зашла в здание рынка Порта Палаццо, прикрываясь от пронизывающего холода полями глубокой шляпы. Стоял хмурый серый день, предвещающий дождливую погоду.

Именно это время дня нравилось Иде больше всего: раннее утро, когда на тротуарах еще виднелась ночная изморозь. В воздухе стоял запах специй, и Ида спокойно разглядывала пестреющие разными цветами столы фруктовых и овощных лавок.

Она не спеша пошла вдоль прилавков, рассматривая их один за другим. Теперь времени у нее было предостаточно. Совсем недавно она оставила место библиотекаря в публичной библиотеке Турина. Она попыталась, но ей там быстро наскучило. За каждой полкой, за каждой книгой она невольно хотела увидеть дружеское лицо, благодаря которому могла бы