Невидимый фронт - Юрий Иванович Усыченко

В то утро, когда Марченко рассказывал Бурлаке о неизвестном человеке и всех обстоятельствах, связанных с «голубой смертью», один из сотрудников контрразведки получил задание обнаружить «спутника» Борисова. Он высматривал неизвестного на следующий день и позже, но одинаково безрезультатно. Дынник скрылся. Видя, что Борисов не носит с собой служебных бумаг, он решил отыскать способ пробраться в бюро. Моро отнесся к такому намерению скептически, обругал Дынника. Дынник, однако, не оставляя своего намерения, обдумывал один вариант за другим. Люк в полу столовой натолкнул его на удачную мысль. Разработав план, Дынник решил посвятить в него Моро.

Очередное свидание Дынника и Моро состоялось у моря. Защищенные высокими береговыми скалами, они могли спокойно беседовать, не опасаясь посторонних глаз и ушей.

Моро злился. Порученное дело до сих пор не сдвинулось с мертвой точки. Дочь Борисова удалось повидать лишь дважды. Беседовала она с Моро любезно, но не долго – торопилась в институт. Дынник без толку шатается неизвестно где, никак не может ничего придумать.

Но сегодня Дынник порадовал «Д–35».

– У меня есть хорошая мысль, – сказал он, когда Моро тяжело опустился на камень у самых волн и небрежным жестом разрешил сесть Дыннику, – уверен, вы ее одобрите.

– Слушаю, – коротко бросил Моро.

– Вы знаете, что в сорок втором году я жил в Энске…

– Были тайным агентом гестапо по борьбе с партизанами, – уточнил Моро.

– Да, – Дынник удивленно глянул на собеседника. – Что же из этого?

– Ровно ничего, – спокойно ответил Моро. – Я хочу сказать, что ваша биография известна мне полностью, но можно все простить тому, кто хочет принести нам пользу.

– Тем лучше… Однажды мы выследили гнездо партизан и окружили их дом. Однако по оплошности одного нашего агента часовой нас заметил и поднял тревогу. Началась перестрелка. Они защищались отчаянно, и скоро мы поняли, что своими силами нам их не взять. Вызвали на подмогу роту эсэсовцев, но когда эсэсовцы ворвались в дом, он был пуст.

– Куда же делись партизаны? Сквозь землю провалились, что ли?

– Не провалились, – многозначительно ответил Дынник, – ушли. Ушли!

– Понимаю: дом имел спуск в катакомбы, и партизаны им воспользовались.

– Мы тоже пошли в катакомбы. Через пять минут командир эсэсовцев взорвался на подложенной партизанами мине. Стало ясно, что вести преследование глупо, отыскать их в этом лабиринте под городом не удастся.

– Дальше, дальше, – нетерпеливо понукал Моро. – Вы или беспечны, или легкомысленны. Переходите к сути дела.

– Потерпите, – миролюбиво сказал Дынник. – Без подробностей нельзя подойти к основному. Вскоре после нескольких других подобных случаев наше командование начало большую операцию по очистке катакомб. Я в ней участвовал.

– Из нее ничего не вышло?

– К сожалению, партизаны скрылись дальше под землю, и оттуда их не удалось выкурить даже газом. И вот в той операции я неплохо ознакомился с катакомбами под центральной частью города.

– Вас потому и выбрали для посылки сюда, что вы знаете город, его специфические особенности.

– Да, Энск мне знаком… Так вот, Милетин, у которого я остановился, как вам известно, занимает маленький старинный домик. Он единственный жилец в нем, соседей не имеет. Под домом подвал, который, как большинство подвалов старых домов, сообщается с катакомбами. Я решил попробовать…

– Пройти в бюро под землей! – воскликнул повеселевший Моро. – Однако, – лицо его опять стало хмурым, – на какой улице живет Милетин?

– На Песчаной.

– До бюро далеко, – вздохнул разочарованно Моро, – вы напрасно проблуждаете под землей.

– В центре города катакомбы проложены не глубоко и запутаны они гораздо меньше, чем на окраинах, где до самой революции продолжалась пробивка новых и новых штолен. Имея компас, найти путь по намеченному направлению можно. Я этот путь нашел. Пользуясь отсутствием Милетина, который на работе весь день, я спускался в катакомбы и составил схематический чертеж участка. Вот он.

Дынник протянул Моро кусок бумаги.

– Синим крестиком отмечен дом Милетина, – объяснял он, – красным – бюро. Оно находится в третьем доме от угла улиц Пушкинской и Киевской. Пушкинская идет на северо-восток, Киевская пересекает ее приблизительно под углом сорок пять градусов с севера на юг, соответственно расположены и канализационные системы под этими улицами.

– Я, кажется, зря ругал вас, – одобрительно вставил «Д–35», – вы парень не промах.

Польщенный Дынник с оживлением продолжал рассказ:

– Я отыскал под землей то место, где сходятся Пушкинская и Киевская. Канализационные и водопроводные трубы проложены прямо в катакомбах и повторяют направление улиц. Это мне помогло. Конечно, полазить под городом пришлось долго, но, когда угловая точка пересечения двух улиц нашлась, остальное было уже легко. Наверху, на улице, я отмерил шагами расстояние от угла до дома бюро, заметил направление по компасу, затем спустился вниз и уже безошибочно вышел к подвалу бюро. Он отделен от катакомб кирпичной стеной, ломом разобрать ее не трудно.

– Господин Дынник, – впервые Моро назвал Дынника господином и сделал торжественную паузу, чтобы тот мог как следует оценить оказанную ему честь. – Я прямой человек и еще раз повторяю, что не всегда был справедлив к вам. Вы стоящий работник.

Глаза Моро излучали поток добродушия, ровные зубы обнажились до десен в широчайшей улыбке.

– Вас ждет большее будущее, господин Дынник, поверьте слову старины Моро… А как вы поладили с этим… Милетиным? Он не мешал вам в подземных экспедициях?

– О Милетине я хочу с вами посоветоваться. Он уходит на работу в половине девятого и никогда не возвращается раньше шести. Днем я полный хозяин в квартире, но ведь в бюро надо идти глубокой ночью.

– Да, – в раздумье сказал Моро. – Вы спуститесь в катакомбы, а старик случайно проснется, заподозрит неладное, поднимет шум. Вас возьмут в катакомбах, как в западне. Надо привлечь Милетина на нашу сторону. Воздействуйте на него страхом, деньгами, чем хотите, но сделайте безвредным. Нет замка, к которому нельзя было бы подобрать ключ. Так и люди. Постарайтесь.

– Проще убрать Милетина, – деловитым тоном предложил Дынник.

– Конечно, это самый удобный выход. Но допустим, что с первого раза проникнуть в бюро не удастся, ведь кирпичная стена, о которой вы говорите, может оказаться слишком толстой, и вы не сумеете за одну ночь проломить ее. А если вы уберете Милетина, квартиру его придется оставить сразу. Старик не явится на работу, за ним пришлют из учреждения или случайно заглянут соседи. Найдут труп, начнут вас разыскивать, и тогда вообще все пойдет к чертям. Есть только один вариант – сделать Милетина нашим.

– Согласен, – кивнул Дынник. – Вы правы, без