Новый мир - Пак Соён

– Тебе нужно еще немного подрасти.

Чин Чинсо надевает часы на тонкое запястье Ханыль и добавляет:

– Я обещаю: ты, Ханыль, станешь замечательным человеком. Необходимым человеком для этой крепости и всего остального мира.

Ханыль рукой, на которую надеты часы, тянет Чин Чинсо и просит:

– Капитан, поищи со мной сокровища! Дядя Харт их спрятал, а я нашла только одно!

Чин Чинсо выглядит растерянной:

– У меня, к сожалению, появились неотложные дела…

Но упрямство этого ребенка, видимо, сломит даже капитана – в итоге Чин Чинсо позволяет увести себя за руку за пределы комнаты. Мы с Ли Бонхве ждем, пока все утихнет, и тихо открываем дверцу шкафа.

– Быстро снова в колодец! Времени почти нет.

– Там слишком открытое место. Сначала пойдем в мою ячейку.

Но едва мы покидаем двадцать пятый этаж, как замечаем силуэт Чжуна. Он отдает приказы искать Совон. Ли Бонхве тянет меня за руку в библиотечную клетку. Деревянные полки скрывают большую часть входа.

Я прячусь за ними и понижаю голос до шепота:

– Ты знал? Что Чин Чинсо работает на президента Ли Бонён?

Ли Бонхве морщится, словно от отвращения, и хмурит брови.

– Если бы знал, то в день свадьбы не смог бы улыбаться и хлопать им.

– А ее любовь к Фрэну настоящая?

Внезапно меня пронзает страшная мысль. Тот мужчина с синими бровями, который пытался стереть мою память на свадьбе Фрэна.

Никто не знает, кто такой Бухэ. Несколько актеров, пострадавших от него, описывали его по-разному: кто-то говорил, что это старик с желтыми глазами, кто-то – молодая женщина с языком змеи…

– Чин Чинсо и была Бухэ…

Такая прекрасная и особенная свадьба на море спроектирована представителем Син Ичхэ не ради ведущего погоды Фрэна, а потому что Чин Чинсо – ключевой помощник группы Ли Бон. Разумеется, все было сделано по приказу президента Ли Бонён.

Мы все помним, как ужасен разрушенный мир. Учителю нечего скрывать.

И эта память, без сомнения, – иллюзия, созданная гипнозом Бухэ.

Лучший гипнотизер Сноубола, Бухэ, управляет подземной электростанцией, контролируя людей гипнозом, и президент Ли Бонён, наверное, щедро вознаграждает за такую преданность.

– Эти выключатели питания – они только под колодцем? Нет другого места, откуда можно подойти незаметно?

Ли Бонхве качает головой.

– А бомбы здесь нет? Что-то, чтобы бросить в колодец и взорвать.

– Ничего такого опасного здесь не держат. Взрыв, способный разбить то стеклянное дно, обрушит всю пещеру.

– Но взрыв – самый надежный способ остановить эту электростанцию!

– Сначала нужно вывести людей наружу…

– Здешние люди верят, что снаружи их сразу убьет вирус. Большинство упрется и не выйдет. Изменить эту веру может только Учитель.

Более сотни человек питают глубокое, непоколебимое доверие. Это препятствие тверже, чем дно колодца.

– Даже если мы с тобой одолеем Чжуна и Чин Чинсо…

– Да, другие кинутся их освобождать. А нас сочтут врагами.

Ли Бонхве достает из кармана штанов два красных белковых желе и кладет на ладонь.

– Сначала нужно избавиться от этого.

– Что?

– В первые два дня после того, как я прибыл сюда, Чжун сам каждый прием пищи приносил мне желе и проверял, ем ли я. Я попробовал пару раз – голова была как в тумане, странное ощущение.

Ли Бонхве берет одно желе.

– Посмотри на тех, кто крутит колеса: они словно без сознания. А когда бьют часы, их глаза оживают, будто они просыпаются после долгого сна. И все твердят, что во время работы на колесах чувствуют себя свежими и счастливыми.

– Это белковое желе действует как галлюциноген или анестетик?

– Да, лекарство в форме желе, чтобы контролировать людей.

– Но как все без подозрений это едят? Сначала, как ты, чувствовали неладное…

– Теперь привыкли к ощущению. К тому же без белка работа на колесах физически слишком мучительна.

Как все хитро продумано.

– Так они подавляют подозрения и боль с помощью лекарства, а гипнозом разжигают ложный страх.

– Гипнозом разжигают страх?

– То, на чем специализируется Чин Чинсо.

Как я тонула в воде, хлынувшей из сотен зеркал, и испытывала ужас, так и люди в этой крепости видели иллюзии разрушенного мира, чтобы трепетать от страха.

Ли Бонхве кусает нижнюю губу и вздыхает, осознав этот важный факт слишком поздно.

– Посадили гипнотизера на должность управляющего…

Я крепко хватаю его за руку и еще ниже понижаю голос. Время еще есть, и наша первоочередная задача нам ясна.

– Ты знаешь, где они хранят желе?

Ли Бонхве тяжело кивает.

– Сузил количество возможных мест до нескольких. Искал их с первого дня.

В его взгляде появляется тревога.

– Нужно поскорее уничтожить желе, чтобы разбудить людей. Скоро опять смена…

В этот момент из-за полок раздается чужой голос:

– Ты правда все обыскал? А здесь смотрел?

Харт, внезапно появившийся в библиотечной камере, широко раскрывает глаза, оборачивается и громко кричит:

– Капитан, Совон здесь!

Вот же.

Вскоре появляется Чин Чинсо, все еще держащая Ханыль за руку.

– Ну, как прошла разведка на поверхности?

Мне ничего не остается, как направиться в комнату Чин Чинсо. Я бросаю взгляд на Ли Бонхве, а он едва заметно кивает: мол, займется белковыми желе.

Чин Чинсо уступает мне кресло и садится напротив на квадратный пуф для ног, используя его как стул.

– Дай-ка вспомнить, сколько ты пробыла на поверхности?

Чин Чинсо закатывает глаза и постукивает пальцем по щеке, словно просит восполнить ее смутные воспоминания.

– Чуть больше двух недель. – Я отвечаю, надеясь, что память Ханыль точна. – Точнее, семнадцать дней.

Чин Чинсо, уставившись мне в глаза, медленно кивает.

– Верно, долго ты там пробыла.

Я опускаю лицо и специально отвожу взгляд. Смотреть прямо в ее зрачки невозможно, ведь сердце колотится так, будто обожжено огнем.

– Первая разведка… Ты, наверное, многое увидела и почувствовала.

Чин Чинсо медленно встает и предлагает – почти приказывает:

– Может, поговорим за чашкой чая?

– Да, хорошо.

Чин Чинсо неспешно идет к шкафчику с чаем. Ее черные волосы до пояса извиваются, как волны.

Я вытираю вспотевшие ладони о кожу кресла. Руки слегка дрожат, и я прячу их под себя.

Я даже помню, как ты семнадцать ночей назад тайком исчезла с Учителем.

Если подумать, то Ко Хэри ушла из этого места как раз в то же время, что и…

Я чуть не вскрикиваю от мысли, которая пришла в голову, и быстро выдергиваю руку из-под себя, зажимая рот.

– Что с тобой?

– А, ничего.

Чин Чинсо пристально смотрит на меня, но вскоре отводит взгляд. И молчит. В тишине кажется, что слышно биение моего сердца.

Я пережевываю мысль, только что всплывшую в голове.