Вся в мать - Сьюзан Ригер

– В книге я назвала его Фредо. Правильно, нет? Он придумает историю, вроде той, которую Альдо рассказал Лайле, но только другую.

– А как Хоуп найдет ее? Через «Генеалогии»?

– Нет, – ответила Грейс. – Традиционными методами, по старинке. Свидетельства о рождении, о смерти, о браке, о расторжении брака, регистрация избирателей.

– Но ведь она найдет ее, верно?

– Если она будет живая.

– Сюжет улетучится, если она умерла, фикшен 101, – возразила Рут. – Даже я это понимаю.

– Я не очень хорошо умею наращивать напряжение, только описывать сюрпризы, которые могут разочаровывать, – ответила Грейс.

– Ты в самом деле занималась поисками? – спросила Рут.

– Я уже говорила тебе – это роман. Вымышленная история. Моя фантазия, с которой я не расстаюсь всю жизнь. Пожалуй, я не хочу знать правду, как не хочет Лайла. Я напишу правдоподобную фантазию.

– Ты сама испечешь пирог, сама его и съешь. – Рут усмехнулась.

– Мне нужен редактор, – заявила Грейс.

– Чем все закончится? – спросила Рут. – Лайла и Зельда кинутся друг другу в объятья?

– Не знаю, – ответила Грейс. – Возможно.

* * *

Грейс и Морган расстались в конце июня, неожиданно, еще до того как устали друг от друга и начали ссориться. Причиной стала Фелисити Тёрнер. Она приехала в город, чтобы получить премию Джорджа Полка, и остановилась в отеле W. The Globe был номинирован за истории о дальнейшей деятельности «паучат». Фелисити пришла на завтрак с нью-йоркским другом и увидела Джоша и Грейс. Они тоже завтракали. Ей бросилась в глаза атмосфера интимности между ними. Фелисити стиснула зубы и сказала себе, что пришло время отплатить Джошу.

Днем она позвонила Грейс в The New Yorkist.

– Я сразу перейду к сути, – сказала Фелисити. – Сегодня утром за завтраком я видела тебя вместе с Джошем Морганом. – Она помолчала. – У меня была с ним связь. Вероятно, ты стала моей заменой, когда он переехал в Нью-Йорк. Он чуть не загубил мою карьеру.

Грейс молчала.

– Я думаю, что он мстит твоей матери, – продолжала Фелисити. – Он прохвост и гнида. – Грейс все еще молчала. – Ты слышишь меня?

– Да, – ответила Грейс. – Почему ты говоришь мне это?

– Я люблю твою мать, – ответила Фелисити. – Я не могу смотреть, как он подкатил к тебе, чтобы причинить ей боль.

– А не для того, чтобы отплатить ему?

– Не без этого, – призналась Фелисити, – но он все равно прохвост. Спроси свою мать. Спроси Дуга. Спроси Салли Алтер. Спроси кого угодно в The Globe.

– Мне как-то не хочется тебя благодарить за эту информацию, – сказала Грейс.

– Я хотела подойти к вашему столу, но с трудом удержалась, – призналась Фелисити.

– Наши отношения не причинили бы боли моей матери, – сказала Грейс. – Максимум досадили и удивили бы. Лайлу невозможно обидеть.

– Ты не веришь мне? – спросила Фелисити.

– Твои слова прозвучали словно фрагмент из «Опасных связей»[91], – усмехнулась Грейс.

– Я уже жалею, что сообщила тебе об этом, – сказала Фелисити.

– Я не чувствую благодарности, если ты этого ожидаешь от меня.

– Может, он не отвернется от тебя, – продолжала Фелисити, – как отвернулся от меня. Конец наших отношений разрушил все, что было до этого. Он вел себя так жестоко и подло.

– Мне пора идти, – сказала Грейс.

* * *

Грейс позвонила Джошу в его офис.

– Мы можем встретиться в один из вечеров на этой неделе? – спросила она.

– Что-то случилось?

– Я ухожу от тебя. Хочу сделать это лично.

– Я так и знал, что этот день когда-нибудь придет, – вздохнул он. – Ты подарила мне год. Я принял его.

Они встретились следующим вечером в баре «Бемельманс».

– Ситуация требует чего-нибудь крепкого, – сказала Грейс. Она заказала «Маргариту». Он – виски.

– Я всегда заказывал для нас вино, – заметил он. – Доминировал.

– У тебя была миссия цивилизовать меня.

– Итак, почему мы сейчас тут? – спросил он.

– Я в тупике. У наших отношений нет будущего, только вечное настоящее. Мы никуда не ходим, у нас нет общих друзей. Есть только мы с тобой. И официанты. Я даже Рут ничего не говорила. Я чувствую, что действую себе в ущерб. Мне надо встречаться с моим ровесником. Я должна уйти от тебя.

– Тебя кто-то подтолкнул к этому? – спросил он. – Когда я хотел разорвать с кем-то отношения, у меня уходили на это месяцы.

– Фелисити Тёрнер. После ее слов я почувствовала себя одной из многих.

– Я ужасно поступил с ней.

– Она хотела защитить Лайлу. Она не собиралась защищать меня.

– Когда я позвонил тебе, у меня были нехорошие намерения. Но во время нашего первого ланча все переменилось. Ты не позволила мне заплатить за твой обед. Потом ты добавила к чаевым свои деньги.

– После этого ты увеличил чаевые.

– Я не могу сказать, что ты сделала из меня хорошего человека. – Он горько усмехнулся. – Но рядом с тобой я определенно делался лучше, и мне нравился этот человек. По моей вине у нас с самого начала были напряженные отношения с твоей матерью. Мне следовало бы извиниться перед ней, но я этого не сделал. Спроси ее когда-нибудь.

Грейс покачала головой.

– Я буду помнить тебя.

– У нас была любовь? Не знаю. – Он улыбнулся. – Но я знаю, что ты мне нравишься больше, чем все остальные люди, которых я когда-либо знал.

– Ты тоже мне нравишься, – сказала Грейс.

– И еще кто-нибудь?

– Возможно.

– Можно я буду звонить тебе? – попросил он. – Мы сможем иногда ходить в ресторан?

Грейс покачала головой.

– У тебя есть талант. «Пропавшая мать» будет успешной книгой.

Появился официант с напитками и счетом.

– За это плачу я, – заявила она и положила три десятки.

– Ступай, – сказал он. – Я выпью еще.

Она встала, наклонилась и поцеловала его в щеку.

Он глядел ей вслед. Она не оглянулась.

20

Далее

Размышляя о близкой пенсии, Дуг решил в мае 2020 года начать свой подкаст. Он обсудил это с Лайлой.

– Я должен буду чем-то заняться, когда уйду из газеты, а я буду готов уйти через три года, когда уйдешь ты. Мне уже семьдесят, и я не хочу злоупотреблять привилегиями издателя.

– У подкаста уже есть название? – спросила Лайла.

– Я назвал его «Пресс-банда». Это партнерство Globe/WAMU[92]. Ты хочешь принять в этом участие?

– Это как «Радио-Час Нью-Йорка»?

– Менее благопристойный, – пояснил он. – Это как отпрыск Globe. Более бульварный.

Он начал с десятка сотрудников, его собственных «пиратов», наполовину Globe, наполовину WAMU. Больше сотни человек прислали ему резюме.

– Вот она – романтика стартапов, – сказал он. – Их всех можно уволить через несколько месяцев.

Команда была пестрая, не найти двух похожих.

– Наши публикации будут