Вся в мать - Сьюзан Ригер

вдохновлены не только сенсационными заголовками, – сказал он на первом совещании, – но и рубриками с интервью, о моде, спорте, бизнесе, даже некрологами. – Беря пример с Лайлы, он добавил: – Никакого политического анализа, никакого «мнения редакции». Это подкаст. Всевозможные шоу онлайн. Мы делаем в краткой и длинной форме – интервью, репортажи, персональные эссе, обзоры. Мы будем давать и новости, но наша реальная цель – говорить о том, что кроется за новостями. – Он обвел группу медленным взглядом, пристально рассматривая каждого сотрудника. – Я ожидаю от вас высокий уровень профессионализма. Мне нужно будет знать все ваши источники и их bona fides[93]. – Он улыбнулся. – У нас не будет скучно.

* * *

Ксандер запланировал на Новый год поездку в Нью-Йорк. Он позвонил Рут.

– Мне хочется повидать Грейс, когда я приеду. Мы можем собраться вчетвером?

– Тебе есть где остановиться? – спросила Рут.

– А ты не торопишь события?

– Мое жилье слишком маленькое, у Нико тоже. Ты у нас просто не поместишься.

– О, – сказал он, – я остановлюсь в Уильямсберге в отеле «Уильям Вейл».

– Что ты собираешься делать? – спросила она. – Почему ты договариваешься со мной, а не с Нико?

– Грейс неотразимая и сложная, – ответил он. – Мне еще никогда так не нравилась ни одна девушка, а я ведь почти не знаю ее. Вот я и подумал, что, может, ты поможешь мне с навигацией в бурном море. Она такая… колючая.

– Мы посидим в шалмане где-нибудь в районе Юнион-сквер, а потом вы с Грейс можете сесть на поезд L до Уильямсберга.

– Я твой должник. Студия платит. Я буду готовиться.

– Я скажу ей, что мы ужинаем с тобой, и предложу присоединиться.

– А ты можешь как-нибудь упомянуть, что я хочу ее увидеть?

Рут засмеялась.

– Ты веришь в любовь с первого взгляда? – спросил он.

– Да.

– В настоящую любовь, не влюбленность?

– Да.

– Правда она красивая?

– Да.

* * *

Они ужинали в испанском ресторане «Каса Моно», сидя практически на коленях друг у друга, в те безмятежные доковидные дни. Они разговаривали о колледже, спорили, где круче учеба – в Чикаго или Колумбии. «Размечтался», – сказала Грейс. Они говорили о телевидении и подкастах, об умных протезах и олигархах. Стол был забронирован на девять вечера. Они сидели до полуночи. Ксандер заказывал разные дорогие вина, чтобы порадовать официантов.

Грейс пригласила Ксандера к себе. Он предложил свой отель.

– Очень шикозный и крутой. Рум-сервис, спа и все такое.

– Ты отвезешь меня домой, если я решу, что не останусь?

– Без вопросов. Я не зверь.

Они добрались до отеля во втором часу ночи.

– Я голодный и у меня похмелье, – сказал Ксандер. – Я бы поел чего-нибудь.

Он жил в люксе. Гостиная была удобная и приятная – два массивных дивана бежевого цвета, огромный телевизор и три торшера с неяркими лампочками.

– Они уверены, что люди читают только то, что написано на экране, – усмехнулась Грейс и, сев на диван, утонула в мягких подушках. – О, удобненько.

– Ты хочешь есть? Мы можем заказать в номер какую-нибудь еду.

«Он высокий, худой и нескладный, – подумала Грейс. – Как Джо».

– Завтрак, – сказала она. – Лайла говорит, что это лучшая еда в любом отеле. Еще она говорит, что в забегаловках лучше заказывать BLT[94] с майонезом на белом тосте.

Грейс выбрала яйца-пашот, бекон, английские маффины, свежий апельсиновый сок и кофе. Ксандер – блинчики с голубикой, бекон, порцию яичницы, бананово-клубничное смузи и кофе.

– Я впечатлена, – усмехнулась Грейс. – Неужели ты съешь все это?

– Когда у тебя рост под два метра, – ответил он, – ты можешь съесть очень много, хотя папа говорит, что после тридцати пяти мне уже нельзя будет продолжать в том же духе. Что иначе у меня вырастет живот. У него уже есть живот, и он смирился с этим. Он всегда твердит мне, что я должен учиться на его ошибках. Нико не нужны такие советы, потому что он дисциплинированный и разумный.

– По-моему, Нико и Рут слишком похожи. Как ты считаешь? – спросила Грейс.

– Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду – тихие и спокойные. Но это только Нико, не Рут. Она не такая невозмутимая и разумная, какой кажется. Она будет завязывать себя узлом, зацикливаться, менять планы, переделывать то, что уже готово, работать до упада. Нико всегда одинаковый, толерантный, гибкий, добродушный. Он упорно работает и, если надо, проявляет стальную волю, но всегда готов уладить разногласия. – Ксандер засмеялся. – Я больше, чем он, похож на Рут, хотя она лучше себя контролирует. – Он сунул в рот кусок блинчика. – Вкуснота. – Потом прищурился и посмотрел на Грейс. – Я готов поспорить, что ты очень походишь на мать. Ты не зацикливаешься. Ты просто работаешь.

– Не всегда похвальное качество, – призналась она. – Я часто делаю что-то, не думая о последствиях. Лайла более осторожная в этом отношении. Джо говорит, что я сосредоточена сама на себе, живу в своем мире, что я солипсистка. Он говорит, что я поздний цветок, осенний и застряла в отрочестве. – Она засмеялась. – Он говорит это не в обиду мне, а как факт, очевидный для всех. Я говорю ему, что нынешние двадцать шесть – прежние семнадцать, и это убеждает его, что я признаю проблему. – Она взяла кофейную чашку. – Я работаю над этим, словно краб, но нелегко своими силами выбраться наружу. – Она сделала глоток кофе. – Я недавно покончила с неподобающими отношениями. Он был намного старше и женат. Я никогда не думала о его жене, что она чувствует. Он известный бабник. Я, вероятно, была его подружка № 16. Может, его жена тоже гуляла. Он хорошо относился ко мне. – Грейс снова отпила кофе. – Я рассказываю без эмоций, но это не так, не совсем. Просто запоздалая реакция.

Ксандер тяжело вздохнул.

– После переезда в Лос-Анджелес у меня было три долгих романа. Приятные женщины, спортивные и деловые, с хорошей работой и длинными шелковистыми волосами, которые всегда мешали.

– И что? – спросила Грейс.

– Они не были забавными. Нет, поправлюсь – они не смеялись от моих шуток. – Он отправил в рот кусок яичницы. – Надо было бы расстаться с каждой через год. Все женщины говорили, что принимают противозачаточные средства и заморозят свои яйцеклетки. Я чувствовал себя виноватым, но знал, что не хочу жениться… Хотя они мне нравились. И все три уходили от меня через три года.

Грейс нахмурилась.

– Когда бросают тебя, всегда легче.

– У нас первое свидание, – усмехнулся он, – а мы говорим о расставаниях.

* * *

В феврале Лайла слегла, как она думала, с гриппом или ОРЗ. Когда через неделю она уже с трудом дышала, Джо вызвал скорую. Ей диагностировали