Кит - Чхон Мёнгван

Конечно, это всего лишь оправдание. Пройдет время, и Кымбок из-за своей неудержимой похоти не то что благодетеля — едва знакомых чернорабочих будет затаскивать под одеяло, и это нанесет глубокие раны в сердце Муна. Но как бы то ни было, благодаря директору Кваку они точно вышли из кризиса.

Прозвучавшее в тот день перед всей толпой самоуверенное заявление Квака оказалось не просто громкими словами. Со следующего дня рабочим пришлось обжигать кирпичи, сгоняя с себя семь потов, но от мысли, что они скоро получат жалованье за все предыдущие месяцы, что не надо больше шастать в поисках работы, появлялась сила в ногах, месивших глину. Кроме директора Квака на завод прибыли и другие люди. Директор Пак, директор Ю, директор Ан, директор Кон, директор Мин, директор Чхон — все эти предприниматели приехали один за другим, держа в руке кирпичи с выбитой на них маркой завода. Среди них были строители, как директор Квак, некоторые только возводили кирпичную кладку, кто-то занимался продажей строительных материалов, а кто-то проектировал строительные объекты. И Кымбок, ранее известная как мама Чхунхи, теперь получила титул «директор Кан». Но не потому, что ее фамилия была Кан, а потому, что она показала себя смелой и решительной[17]. Вот так твердо, без тени смущения она вела себя даже среди грубых мужчин и уверенно демонстрировала свои предпринимательские способности.

Кирпичный завод «Пхёндэ» в деловых кругах строительного бизнеса произвел небывалую сенсацию. Строители-предприниматели выстроились в очередь у ворот завода, чтобы получить кирпичи с этой маркой, а сам товар не успевал выйти из печи, как его уже грузили в вагоны и отправляли в большой город. Через некоторое время Муну пришлось строить еще две печи, и число рабочих удвоилось. В этот раз из-за нехватки рабочих рук времени не было даже на отбор и проверку людей. И Кымбок, с утра до ночи готовившая еду для рабочих, взяла в помощницы нескольких женщин. Они, как и сама «директор Кан», вместо юбок носили шаровары, и скоро эти штаны приобрели такую популярность, что все женщины в поселке, а затем и в окрестных деревнях стали в них щеголять. Всю осень в Намбаране не стихал шум от трудовых песен рабочих, весь день месивших глину, от громкого рева моторов грузовиков, стоявших в очереди за кирпичами, и от ожесточенной ругани предпринимателей, пытавшихся как можно скорее получить желаемый товар.

В результате еще до прихода зимы Кымбок смогла полностью выплатить рабочим задолженность по зарплате и даже выдала им премию. Кроме того, она вернула сестрам-близнецам долг, и оставшаяся сумма показала, что деньги, с самого начала ушедшие на строительство завода, уже окупаются. Выпал иней, резко упала температура воздуха, и как только заказы перестали поступать, Кымбок выбрала день и устроила пиршество для рабочих. Было заколото семь свиней, из уездного города прибыл грузовик, нагруженный рисовой брагой макколли. На застолье пригласили и сестер-близнецов, и торговца рыбой. В этот день весь кирпичный завод, опьяненный вкусной едой и хорошо выдержанной бражкой, во все горло распевал песни и в обнимку с кем попало танцевал по кругу. Среди пирующих кто-то плакал на чьем-то плече от избытка чувств: пусть им всем пришлось хлебнуть лиха, но они за все получили с лихвой, и успех к ним все-таки пришел. И Кымбок в этот день, забыв о своем высоком положении, присоединилась к рабочим. Этот праздник всех оставил довольными и счастливыми. На рассвете, когда отгулявший народ дружно храпел, над Намбараном всем на радость выпал первый снег.

Особое строение тела

Как только выпал снег и резко похолодало, замерзла речка. Наконец-то в печах погас огонь, и завод, работавший без перерыва с весны до зимы, остановился. Для всех живых существ на земле наступило время долгого отдыха. Получив зарплату за весь период работы, мастера по изготовлению кирпича один за другим уезжали на родину. Довольные, в хорошем настроении они садились на ночной поезд с надеждой вернуться на завод весной. Осталось только несколько человек — тех, у кого родина имелась, да нельзя было туда уехать, и тех, кто мог поехать в родные края, но там никто их не ждал, — вынужденных коротать длинные зимние вечера за игрой в карты. И Кымбок с Муном тоже отправились в Пхёндэ отдыхать. Однако, наверное, кто-то из небожителей позавидовал их небывалому успеху. В Пхёндэ произошел несчастный случай. А начался он с рокового предчувствия, не дававшего покоя сестрам-близнецам с того времени, как торговец рыбой впервые появился в поселке, а Чхунхи и Джамбо это предчувствие заставило на канате тащить грузовик к обрыву.

В тот день торговец, посадив в машину людей, проехал по горной дороге и уже возвращался в Пхёндэ. Недавно выпавший снег, не успев растаять, еще лежал на всем пути. Миновав рынок, грузовик мчался к железнодорожной станции. И вдруг торговцу бросилась в глаза откуда ни возьмись появившаяся старуха. Вся седая, с клюкой, она как раз собралась перейти дорогу. Торговец тут же стал громко сигналить, но она, глядя под ноги, будто ничего не слышала, продолжала потихоньку двигаться вперед. Он в ужасе затормозил, но на скользкой дороге машину понесло на обочину. Пассажиры закричали и повалились все в одну сторону.

К несчастью, в это время Джамбо с Чхунхи на спине как раз проходил мимо входа на рынок. Увидев слона, торговец изо всех сил, до боли в ногах нажал на педаль тормоза, но грузовик пошел юзом и не останавливался. В результате автомобиль № 1 «Транспортной компании „Пхёндэ“» на скорости врезался в бок Джамбо. Слон упал на месте, а сидевшая верхом на нем Чхунхи куда-то улетела. Все это произошло за несколько секунд.

Когда торговец, от потрясения потерявший сознание, открыл глаза, то увидел стоявшую посреди дороги старуху. То ли до нее только сейчас дошло, что случился наезд на слона, но она повернула голову в сторону машины. И торговец впервые увидел уродливое лицо. Среди морщин глубоко сидящие крысиные глазки, нос картошкой, ввалившиеся щеки, беззубый рот, клочья редких волос… Да! Это была та самая несчастная старая дева, точнее старуха, державшая столовую. Кому, если не ей, могло принадлежать такое уродливое лицо?

Встретившись глазами с торговцем, она дернула впавшими щеками и как будто язвительно засмеялась. Эта была улыбка, наводящая ужас. Торговец выскочил из машины и бросился к слону, но Джамбо уже перестал дышать. Из длинного, как шланг, хобота непрерывно текла кровь, окрашивая в яркий цвет