Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

В душу начали вкрадываться сомнения. Сердце, словно переместившееся в висок, тревожно билось. А что, если… Он начал отгонять, словно назойливого овода, эту гнетущую мысль, но она сверлила и сверлила его мозг. Даже выпитая бутылка коньяка не помогала, уснул только на рассвете. Широкая, мягкая постель была пуста и холодна.

На следующий день пытался не подавать виду. Вымучив на лице подобие улыбки, занимался своими «генеральскими» делами.

Когда Зульфия не пришла домой на обед, послал Мисхата с Замиром в институт. Но и на занятиях её не было, и староста Альфия не смогла ничего сказать. Он ещё надеялся, что Зульфия, обидевшись на него, возможно, переночевала у подружек. Но это было не так.

Осталось только думать, что, быть может, пришло сообщение, что заболели родители, и она спешно уехала в деревню. Ещё одну версию выдвинул Сайт: может, встретила свою первую любовь (по имени то ли Мунир, то ли Мунип, то ли Музип), всколыхнулись былые чувства – и ушла с ним. Хотя это маловероятно, но первая любовь она и есть первая любовь, и у неё особые права. Душа женщины непостижима и многообразна как сама природа. Всё самое дорогое она носит с собой. Лишь одежда остаётся дома.

Вдруг Зульфия решила их сравнить, а сравнение оказалось не в пользу Санта? Мужчина, имя которого начинается на «М», моложе тебя. Одни усы, напоминающие антенну, чего стоят. А женщина больше доверяет усатым, считает, что они сильнее. Хотя часто и ошибается…

Саит пытался отогнать назойливые мысли. Зульфия не такая. Сама же сказала: «Отрезанный ломоть не приклеить».

Но даже если это так, Саит бы пережил, проглотил, чего бы ему это ни стоило. Он сам далеко не ангел в женском вопросе. Уж хватило бы сил не сподобиться Отелло. Только бы с ней ничего не случилось.

Ещё одна шальная мысль пробежала: уж не сбежала ли на аборт? Впрочем, сама же говорила, что первого врачи обязательно велят рожать. Хотя, как говорится, умная мысля приходит опосля, некоторые сначала делают, затем думают.

Как бы тяжело на сердце ни было, Саит не терял надежду. Надеждой жив человек. Надежда поднимает на баррикады, она же учит терпению, добру.

Человека можно лишить его богатства, родины, оставить ни с чем, но никто не может лишить его надежды.

Тяжело переживал Саит исчезновение Зульфии. За несколько дней осунулся, похудел. На лице проступили новые морщины. Если бы кто-нибудь ещё год назад сказал, что он будет так убиваться по молоденькой девчонке, он бы только рассмеялся. Он уж и не мечтал ещё раз пережить это прекрасное чувство. Раньше, будучи женатым, в душе он был одинок. Зульфия нашла к его сердцу прямую дорогу.

Только-только нашёл Саит женщину, которая само совершенство, которая любит, ценит его. Она была подарком судьбы: и проста и неповторимо-таинственна. Жить бы да жить. А вон оно как обернулось: всё в руках судьбы-злодейки.

Его душа словно ушла вместе с Зульфиёй. Он понимал, что такая любовь – чистое безумие, но ничего с собой поделать не мог. «Даже несхожие судьбы, оказывается, повторяются», – пришёл к заключению Сайт, вспоминая героев восточных романов, сгоревших, словно свеча в огне любви.

Саит предпринял всё, чтобы найти жену: сообщил в милицию, обзвонил все больницы, посылал водителя даже в морг. Зульфия исчезла.

Прошедший через огонь, воду и медные трубы, через перипетии советской эпохи, Саит от полной безнадёжности поверил в Аллаха. Сайт, этот воинствующий атеист, который считал заклинания и поклонения следствием необразованности, тупости, Сайт, сотрудник милиции, начал подавать крупными купюрами бедным старушкам и цыганятям, приговаривая: «О Всемогущий Аллах, умоляю, верни мне мою Зульфию!» Всё чаще в его речах можно было услышать слова «покаяние», «Аллах». Этот один из самых крутых мафиозников Казани если б мог, день и ночь читал бы намаз. Только бы услышал Всевышний его мольбы.

В трудную минуту человеку нужна какая-то поддержка. Одного богатства мало.

Вот уже третий день не было Зульфии. А он всё умолял: «О Аллах, если бы моя Зульфия ко мне вернулась живой-невредимой, я бы стал другим человеком, бедным бы помогал, боролся бы со злом. Прости меня за все грехи, прими моё покаяние». И от этих слов, запомнившихся с детства, ему становилось легче.

Съездил к мулле в посёлок Северный, попросил многократно прочитать покаянную молитву. В неё всем сердцем хотелось верить.

Он силился любыми средствами поддерживать угасающий огонь надежды. Но всё было тщетно.

Надежда, что его Зульфия вернётся живой и невредимой из лап врага, таяла как свеча. Только бы не долго мучили. Стоило представить, как кто-то прикасается к ней, он испытывал муки ада.

Но, как бы то ни было, Саит не сломался. В дни тяжких испытаний природа всегда спешит на выручку человеку. Его потускневшие глаза напоминали глаза заблудшего пса. И тем не менее он считал, что его дело небезнадёжно. Он продолжал искать Зульфию. Саит напоминал шахматиста, который, несмотря на многочисленные поражения, сохранял боевой дух, веру в чудо. Он верил, что найдёт Зульфию. Поговорил со всеми подружками, послал гонцов в её деревню. С помощью Салиха Гаярова ещё раз перепроверили все отделения милиции, больницы.

Наконец пришло сообщение о Зульфие. Неизвестная женщина позвонила ему домой.

– Вы Саит Сакманов?

– Да, слушаю вас.

Голос глухой, изменённый до неузнаваемости. Но что-то есть в нём знакомое… «Говорит через мокрую тряпку», – решил Сайт.

– У нас есть предложение.

– Кто вы такая? Похоже, вы всё знаете обо мне.

– О врагах и друзьях надо знать всё.

– Считаю недостойным себя разговаривать с человеком, который боится представиться. Даже если вы женщина… – сказал Саит и бросил трубку.

Он знал, что позвонят ещё и, уже не теряя времени, возьмут быка за рога. Испытанный метод. Дав телефону возможность прозвонить, неспешно поднял трубку.

– Сакманов, слушай внимательно! Ты проиграл! Зульфия у нас…

Голос тот же. Саит понимает, что эта женщина ничего не решает, что она всего лишь посредник, но приходится хвататься за соломинку.

– Назовите вашу цену. Я согласен.

– А не хочешь заменить её собой?

– Мне некогда шутить. Кладу трубку.

Женщина расхохоталась:

– Будет ломаться, мусор. Трубку сейчас могу бросать только я. У тебя нет выхода.

– Ваши условия. Заплачу любые деньги… Если будете благоразумны!

Сайт, конечно, диктовать не может. Он зависит от них.

– Нам не нужно твоё богатство, не нужны твои деньги. Это мы и так возьмём. Не всё в этом мире измеряется деньгами. Ты, червь! Фараон проклятый!

– Позовите к телефону Зульфию! Я хочу слышать её голос.

Смех повторился.

– Хитёр ты, мент