Знак ветра - Эдуардо Фернандо Варела

– Эй, погодите! Позавчера сюда пришла телеграмма с новым расписанием, если вам это интересно, – крикнул ему дежурный, хватая со стола какую-то бумагу.

Паркера новость не обрадовала, так как она могла означать, что разлучиться им с Майтен все же придется.

– Ну и что там сказано? – нервно спросил он.

– Что движение поездов по-прежнему отменено.

– Вы здесь все такие идиоты? – взорвался Паркер, окончательно выйдя из себя.

– А вот на этот вопрос мне трудно ответить, потому как сам я не здешний, – ответил мужчина позевывая.

– Ну и откуда же вы тогда? – спросил Паркер, но лишь из желания узнать, какой ответ тот даст на такой простой вопрос.

Однако мужчина не спешил удовлетворить его любопытство. Он вытянул ноги, сложил руки на груди и закрыл глаза. Правда, сперва мотнул головой, указывая какое-то место вдалеке, за мертвыми рельсами, а может, и за линией горизонта.

– Я вон оттуда, хотя это вряд ли должно вас касаться.

– На вашем месте, Красная Шапочка, я бы не забывал про Серого Волка, – пригрозил ему Паркер, но тот уже опять заснул, судя по громкому храпу.

Паркер вернулся к грузовику, испытывая смешанные чувства.

– Поездов не будет, их все отменили еще несколько лет назад, – сообщил он Майтен.

– Правда?

– Правда, так что нам придется еще какое-то время терпеть друг друга.

Несколько часов спустя они по-прежнему молча сидели в кабине и ждали, пока случится что-нибудь, что поможет им одолеть паралич и принять то или иное решение. Но вдруг на железнодорожном переезде раздался сигнал и замигал красный свет.

– Поезд! – крикнула Майтен.

Паркер недоверчиво уставился на шлагбаум, который стал медленно и с печальным скрипом опускаться, а потом замер в горизонтальном положении.

– Ты что, решил пойти на обман, чтобы удержать меня? – сказала она резко, явно обидевшись на него за такую примитивную уловку. – Вот уж не ждала от тебя ничего подобного.

– Клянусь, я тут ни при чем! – Паркер выскочил из кабины, добежал до переезда, остановился на рельсах и покрутил головой, глядя то в одну, то в другую сторону. Кроме предупредительного сигнала и свиста ветра, ничего слышно не было – вокруг по-прежнему царила мертвая тишина. Видно, поезд был еще очень далеко. Майтен взяла свои сумки, поднялась на платформу и села на скамейку, приготовившись ждать. Паркер тем временем опять двинулся к станционному зданию, чтобы потребовать объяснений у дежурного – или кем там был этот придурок.

– Почему вы сказали мне, что поездов нет? Вон ведь какой-то едет!

Мужчина по-прежнему дремал в своем кресле-качалке, но теперь положил ноги на письменный стол. Увидев Паркера, который как смерч ворвался в комнату, он лениво потянулся, чуть нагнулся вперед, сверился со своими часами и встал. Потом, не переставая зевать, двинулся к приборной панели, нажал на какую-то кнопку, и звонок на переезде разом смолк.

– Нет там никакого поезда, – буркнул он.

Паркер выбежал на платформу и снова посмотрел направо и налево, а шлагбаум тем временем с прежним скрипом поднимался вверх, чтобы опять уткнуться концом в небо. Над станцией повисла еще более напряженная, чем прежде, тишина. Паркер вернулся в служебное помещение, хотя и сам не знал зачем, но ему почему-то было просто необходимо что-то еще выяснить. Мужчина уже успел натянуть на голову форменную фуражку и сидел за столом, держа в руках расписание. Он не дал Паркеру времени на новые вопросы:

– Это был вовсе не поезд, если вам интересно знать. Это прозвенел мой будильник – дал сигнал, что сиеста закончилась и пора открывать станцию.

– Будильник… – почти беззвучно повторил за ним Паркер.

– Так чем я могу вам помочь, приятель? – спросил дежурный с самой приветливой улыбкой.

– Но если все поезда отменены, то что вы тут делаете?

– А вам-то какое дело? Я ведь не сую нос в ваши дела!

– И такая работа не кажется вам совершенно дурацкой и бессмысленной? – спросил Паркер, стараясь его хоть чем-нибудь задеть или расшевелить.

– А здесь никто никогда не знает, что может вдруг произойти. Например, может появиться какой-нибудь чужак вроде вас, чтобы спросить, когда придет ближайший поезд.

Паркер вышел и сел рядом с Майтен. Оба поняли, что им придется продолжать жить вместе, находя опору в том немногом, что еще сохранилось от чувств, которые заставили их убежать из луна-парка. Шлагбаум открывал им путь вперед, и это выглядело перстом судьбы, во всяком случае, так хотелось думать Майтен. Да, пока все останется по-прежнему, иного варианта у них не было, а выход из положения, возможно, нарисуется когда-нибудь потом. И они решили попробовать найти приемлемую для обоих форму сосуществования, которая позволит установить на ближайшее время что-то вроде перемирия. К тому же в поведении Паркера наметились явные перемены, и это тоже помогало наладить ситуацию. Майтен меньше грустила, и ее меньше угнетали как неизбежные в пути неудобства, так и ночевки в поле, которые теперь чаще чередовались с остановками в мотелях.

Однажды она, заинтригованная частыми телефонными звонками Паркера, захотела все-таки узнать, с кем он то и дело разговаривает. Он отвечал уклончиво и, казалось, что-то скрывал от нее, но наконец сдался и объяснил, что звонил в Буэнос-Айрес другу, который может уступить им на несколько дней свою квартиру в самом центре города. От неожиданности Майтен резко выпрямилась, а потом бросилась обнимать Паркера. И засыпала его вопросами: как и когда они туда поедут? Но Паркер больше ничего не мог ей сказать наверняка, поскольку должен был уточнить некоторые детали. Оба знали, что это не решит возникших между ними проблем, но поможет, по крайней мере, выиграть время. Они сделают вид, что отправляются, скажем, в отпуск, ну а там будь что будет.

– И мы что-нибудь обязательно придумаем, ведь ничего по-настоящему непоправимого не случилось, – добавил Паркер, постаравшись придать голосу уверенность, хотя прекрасно понимал, что ситуация была взрывоопасной.

Вот уже несколько дней, как он обдумывал варианты выхода из кризиса, но ничего дельного ему изобрести не удавалось. Он не был готов менять свою жизнь и отказаться от свободы ради переезда в город, где сразу придется искать работу, любую работу, которую он, разумеется, сразу же и возненавидит. Но и отказаться от Майтен он не мог, к тому же уже стал благодаря ей отчасти другим человеком, хоть в чем-то, но другим. Так что вряд ли имело смысл и дальше размышлять об этом. Если получится, что старый приятель, единственный оставшийся у него приятель, уступит им на короткое время жилье в Буэнос-Айресе, это станет для Майтен великолепным прощальным подарком. Однако суета городской жизни уже заранее нагоняла