Первые грозы - Лана Кузьмина

— Демид Парфёнов, — повторил он. — Я узнал его голос.

Герман дёрнул сильнее, а потом вдруг со всей сила пихнул Игоря в бок.

— Зараза, — морщась от боли, процедил сквозь зубы Игорь.

— Что ты сказал? — переспросила Ольга.

— Зараза этот Демид, вот что!

— Елисеев! — гаркнула Ариадна. — Прекращай рожи корчить. Говори по делу.

— Демид Парфёнов, — снова повторил Игорь, отодвигаясь от Германа на безопасное расстояние. — Это он приложил меня головой о стену и затащил в подсобку.

Воцарилась тишина. Игорю казалось, что он слышит, как крутятся шестерёнки в головах Ариадны и Ольги, как решается непростая задача о поиске доказательств и возможности наказания виновных. В голове Ольги наверняка проносится картина, на которой мать Демида приезжает в гимназию и закатывает грандиозный скандал, которого, ах, как хочется избежать. Ведь мать Демида не просто скандальная женщина, готовая весь мир порвать за любимого сыночка, но и депутат местного горсобрания. Не бог весть какая, но всё-таки, должность. Особенно в границах небольшого города.

Нет, скорее всего Демиду ничего не будет, а вот Киру достанется по полной. Не может быть, чтобы учителя не знали о травле. Столько лет, и все в неведении? Никогда не поверишь. Поэтому Игорь почти не удивился, когда услышал от Ольги:

— Ты уверен, что тебя кто-то бил? Может быть, ты споткнулся, упал и ударился головой. Потом тебе показалось, что ты слышал Демида? Как он вообще мог тебя дотащить? Ты высокий.

— А он широкий, — возразил Игорь. — Как шкаф. Это точно был он. Ну, не сами же себя мы заперли?

Ольга вздохнула.

— А ты, Герман, знаешь, кто это был?

— Понятия не имею. Я не слышал ничего. Не знаю.

Игорь замер. Ну, Герман! Неужели ты так боишься этих недоумков? Как же справедливость, желание отомстить в конце-концов? Ты же знаешь, кто это был. Знаешь ведь? Тогда почему молчишь?

— Герман, тебя обижали? В гимназии? Издевались над тобой? — снова Ариадна.

— Нет, не издевались, — в голосе Германа Игорь уловил нотки нетерпения. Ему хочется, чтобы все от него отстали раз и навсегда?

— Всё ясно, — подытожила Ариадна. — Найти того, кто это сделал, мы не можем. Поэтому я считаю, что не нужно раздувать историю. Все живы и относительно здоровы. И слава богу! Думаю, и родным Германа сообщать не стоит. У бабушки же давление. Зачем её волновать лишний раз. Да, Герман?

Должно быть тот кивнул, потому что Ариадна облегчённо выдохнула:

— Но мы конечно же станем пристально следить за дисциплиной, ещё тщательней, чем раньше. Так ведь, Ольга Леонидовна?

— Конечно, — откликнулась та. — Мы не допустим ничего подобного.

— Уже допустили, — не выдержал Игорь.

— Ты, Елисеев, к врачу сходи! Пусть Елена Петровна тебя посмотрит, — приказала Ариадна. — Сам-то можешь идти? Или проводить?

— Я сам, — ответил он. Не хватало ещё идти под ручку с дурно пахнущим серым пятном.

Вечером к нему подошёл Кир и шепнул на ухо, что если Игорь ещё раз распустит свой поганый язык, найдётся добрый человек, который переломает ему все пальцы. С тех пор Игорь молчал. Не столько из-за страха, хотя страшно было до дрожи в коленках, но и из-за того, что любое его слово было бы напрасным. Даже если бы он сумел достать железные доказательства против Кира и его компании, дело бы замяли. А страдать понапрасну никому не хочется.

Вот и Даша ничего не знает. Если бы знала, злилась бы? Или причина в другом?

— Влипнешь в Новый год в свою «Романтику романса» или «Большую оперу» и весь праздник мне испортишь! — выкрикнула она капризным тоном.

Это ещё что за дела? Разве он был замечен? Так-то бывало, но не в новый год же! Каждый раз терпел под оливье передачи с плоскими шутками и дурацкими музыкальными пародиями, над которыми Даша хохотала до слёз. Слушал и слова ей не говорил. «Большую оперу» она сама с ним смотрела. Была у них раньше такая традиция. Каждый выходной, а если не получалось, то в записи. Даша, правда, не очень любила этот конкурс. Может, потому и комментировала без остановки каждое выступление вместо того, чтобы вслушиваться в исполнение.

— Нет, ты посмотри, что на неё надели! — вспомнилось ему Дашино возмущение. — На голове люстра. У меня такая раньше была с хрустальными лепесточками. А этой на голову нахлобучили. Чего ей столько баллов понаставили? Лучше бы мальчика выбрали, который заморского гостя представлял. Хорошенький такой мальчик.

Игорь улыбнулся. Всё-таки хорошо они раньше жили, душевно. Кроме «Большой оперы» смотрели реалити-шоу, в котором выбирали новых звёзд эстрады. Игорю не нравилось, но он уступал. Они всегда друг другу уступали. И было в этих их совместных вечерах у телевизора что-то светлое, доброе и близкое. Куда всё ушло?

— Ну, что ты улыбаешься? — Даша неверно поняла его улыбку. — Смешно тебе?

— Не хочешь со мной Новый год встречать? — понял Игорь. — Ну, давай я поеду домой, в деревню. Проводишь меня?

— То есть раньше ты был самостоятельным, а теперь что? Отвалилась твоя самостоятельность?

Что-то Даша чересчур разнервничалась. Как она не понимает, что это совершенно разные вещи. Одно дело ходить по городу, который успел изучить как свои пять пальцев и совсем другое ехать на электричке и автобусе до места, в котором несколько лет не бывал. К тому же зимой, по колено в снегу.

— Даш, у тебя всё-таки мужчина есть? Ты с ним хочешь праздник отметить? — догадался Игорь.

Она молчала. Значит, так и есть.

— Ну, ты иди к нему, а я и один посижу. Вот ещё ерунда какая! Новый год!

— Только к Вальке не ходи, — попросила Даша.

— Да? А раньше ты меня к ней отправляла, — удивился Игорь.

— Не отправляла я! Просто к слову тогда пришлось, а Валька эта гулящая. Ей парень нынешний фингал под глазом поставил и бросил! Понятно? Нечего с такой водиться!

Нужно было пойти хотя бы из чувства противоречия, но теперь у него была Аня, поэтому он и сказал примирительно:

— Хорошо. Только, знаешь, она не гулящая.

Даша фыркнула. Знаем, мол, таких не гулящих!

Два дня спустя приехал отец. Наверняка Даша ему позвонила.

— Ты, правда, решил приехать домой на праздники? — спросил он Игоря. Голос у него подрагивал от волнения. Неужели ему действительно так важно, чтобы он отмечал Новый год вместе с семьёй?

— Почему нет? — Игорю хотелось ответить как можно более равнодушно.

Ему показалось, что отец обрадовался.

— Знаешь, Гоша, — сказал он. — Я ведь не только из-за этого приехал. Я хотел тебе сделать подарок на день рождения. Но до дня рождения далеко конечно. Поэтому я сегодня. Вот.

И сунул Игорю в руки какие-то бумажки.

— Это билеты, — пояснил отец. — На концерт. Специально для