Кит - Чхон Мёнгван

В знак благодарности Кымбок за помощь в строительстве церкви пастор, начав первую в Пхёндэ церемонию бракосочетания, предложил собравшимся помолиться и для этого попросил всех закрыть глаза. Гости, пришедшие поздравить новобрачных, выполнили его просьбу, но жениху такая благоговейная атмосфера пришлась не по душе: его раздражало, что надо стоять без движения, и мало того что у него голова разболелась, так еще свербело в паху и урчало в животе — газы вырывались из кишечника, и он, с трудом сдерживаясь, крутил задницей и заставлял себя стоять с закрытыми глазами, от чего невольно дрожали веки. Тем не менее даже в таком мученическом состоянии он сквозь прищуренные веки оглядывал невесту, стоявшую рядом в белоснежном платье, и, сгорая от желания как можно скорее оказаться в ее объятиях и неистово потереться о нее низом живота, начал принужденно покашливать. В конце концов он невольно поперхнулся, чем нарушил благоговейную атмосферу в церкви, и у всех пришедших поздравить молодоженов создалось впечатление, что храм для богослужений — весьма забавное и неудобное место.

— В постели он никудышный мужчина.

Так младшая из близнецов отозвалась о муже на следующий день после первой брачной ночи, зайдя в кофейню, где сидели ее сестра и Кымбок.

— Он всю ночь терся своим вялым хрящом о мои бедра, как возбудившийся щенок, только и всего!

От ее слов все громко захохотали, захлопали в ладоши. Однако инженер постепенно восстановил мужскую силу благодаря поддержке жены, опытной в обращении с мужчинами, и их супружеская жизнь наладилась. Однако вскоре наступил грустный момент: следом за коллегами, которые уже давно закончили работы и переехали на другой объект, инженеру пришлось покинуть Пхёндэ, а сестрам-близнецам — расстаться друг с другом. Поскольку они с рождения всегда жили вместе, печаль разлуки была столь нестерпимой, что казалась сильнее боли, когда отрезают руку. В день отъезда инженера-электрика и младшей из сестер Кымбок выделила автомобиль, и молодожены, загрузив свой скарб, отправились в соседний городок. При расставании они со слезами на глазах обещали, что после окончания инженерных работ вернутся и будут жить вместе. Но, увы, сдержать данное слово им не удалось.

Вместе с Кымбок в Пхёндэ приехала и Чхунхи, чтобы участвовать в церемонии бракосочетания. Она прошлась дорогой, по которой когда-то верхом на Джамбо дважды в день совершала обход. В конце дороги у кофейни она увидела слона, ставшего чучелом. Как и раньше, Джамбо стоял с высоко поднятым хоботом, демонстрируя свою былую мощь. За это время горячие солнечные лучи и ветер изменили цвет его кожи, она потеряла упругость и скукожилась, то попадая под снег и дождь, то снова просыхая. Глядя на набитого соломой Джамбо, от которого осталась лишь дряблая оболочка, Чхунхи вспомнила время, проведенное с ним, и у нее от тоски сжалось сердце. Вдруг откуда-то ей пошел сигнал:

— Привет, девочка!

Это был Джамбо. Чхунхи чуть не заплакала от удивления и радости, но сдержалась и приветствовала его как раньше:

— Привет, Джамбо!

— Вижу, как ты подросла, и думаю, совсем скоро ты станешь девушкой.

— А где ты был все это время?

— Я побывал во многих местах. Недавно даже посетил Африку, где родился.

— Где находится Африка?

— Она очень далеко отсюда. Там есть бескрайние пустыни, а еще — такие страшные звери, как львы и гиены.

— Да, кажется, ты уже рассказывал мне об этом.

— А еще, если честно, я был и на кирпичном заводе, где ты живешь.

— Но почему ты не позвал меня?

— Это произошло глубокой ночью, все спали, поэтому я не стал тебя будить. Как тебе там живется, девочка?

— Живется нормально. Я учусь у отчима делать кирпичи.

— Вот как. Он к тебе хорошо относится?

— Хорошо. Но у него портится зрение. Говорит, что еще немного, и ослепнет.

— Да, это нехорошая новость, — сказал Джамбо грустным голосом.

— Однако почему ты не исчезаешь? — спросила Чхунхи. — Ведь ты как-то сказал, что если умрешь, то исчезнешь навсегда.

— Ты умная девочка, — улыбнулся Джамбо. — Все помнишь. Да, я это говорил. Но твоя мама сделала меня чучелом, и поэтому я не могу исчезнуть, как бы мне этого ни хотелось. Поэтому прошу тебя помочь.

— Как же я могу тебе помочь?

— Я уже устал и хочу отдохнуть. Очень тяжело вот так стоять и днем и ночью. К тому же я стесняюсь, когда люди на меня смотрят. Так что уничтожь меня, пожалуйста.

— Но как тебя уничтожить? Ты вон какой большой. Я не смогу.

— Девочка, не надо говорить, что не сможешь, ты лучше подумай, как это сделать. Внутри у меня солома, и она совершенно сухая! К тому же, посмотри, сейчас и ветер дует как следует.

И только после этих слов Чхунхи поняла, на что намекает Джамбо.

В тот день Кымбок и сестры-близнецы, увлеченные болтовней о прошедшей накануне церемонии бракосочетания, не заметили, как Чхунхи вошла в кофейню и потихоньку взяла спички. Вдруг с улицы кто-то громко закричал о пожаре, и женщины, подбежав к окну и увидев охваченное огнем чучело Джамбо и черный дым над ним, в ужасе бросились вниз, но в какой-то момент кожа слона, вздувшаяся от горячего воздуха, как воздушный шар, лопнула с грохотом, и тут же пламя вспыхнуло ярче и перекинулось на кофейню, а Кымбок и сестрам ничего не оставалось, как только нервно топтаться на месте и наблюдать за огнем, пожирающим их заведение, пока с громким ревом сирены не примчалась большая красная машина, посланная из недавно созданной пожарной части, и жители поселка с восхищением смотрели на первый пожар, который тушили мужчины в красивой форме и шлемах, стреляя из длинных шлангов сильными струями воды в горевшее здание. За считанные минуты они справились с огнем, вызвав аплодисменты зрителей, очень довольных их безупречными действиями, после чего пожарные сели в машину и, сняв с себя шлемы, поклонились людям с очаровательными улыбками, и только тогда все увидели Чхунхи в промокшей насквозь одежде, все это время простоявшую рядом с пожарной машиной.

Кымбок узнала от людей, что слона подожгла дочь, но в этот раз она не стала ее ругать. Должно быть, решила: в Чхунхи на несколько минут вселился дух старухи. Она заявила людям, что виной всему проклятие старухи, а пожар в кофейне и есть тот самый «столб огненный», поэтому проклятие уже утратило силу. Правда, на ремонт кофейни ушло много денег, но Кымбок, считая себя свободной от проклятия старухи, совсем не жалела об этом, и ущерб ей