Оллингтонский Малый дом - Энтони Троллоп

class="p1">– Пратт. Фаулер Пратт. Я знаю Кросби четырнадцать лет – с его детства, и не в моих обыкновениях, мистер Дейл, отворачиваться от старого друга по какой бы то ни было причине.

– А если он совершил убийство?

– Даже если бы он совершил убийство.

– Если то, что я слышал, правда, этот человек хуже убийцы.

– Разумеется, мистер Дейл, я не могу знать, что вы слышали. Насколько я понимаю, мистер Кросби очень дурно поступил с вашей племянницей, мисс Дейл. Как я понял, он был с ней помолвлен или по крайней мере делал ей предложение.

– Предложение! Да дело было настолько решенным, что никто и не думал его таить. Вся округа знала! Клянусь честью, мистер Пратт, я до сих пор не могу этого понять. Если не ошибаюсь, двух недель не прошло с тех пор, как он покинул мой оллингтонский дом… двух недель не прошло. И утром его отъезда бедная девочка была с ним как его нареченная невеста. Меньше двух недель назад! А теперь я получаю письмо от старинной приятельницы, что он женится на дочери лорда Де Курси! Я немедленно поехал в Курси и узнал, что он отбыл в Лондон. Я последовал за ним сюда, и вы мне говорите, что известие верное.

– Боюсь, что так, мистер Дейл. Слишком верное.

– Не понимаю, совершенно не понимаю. Не могу поверить, что человек, недавно сидевший за моим столом, мог оказаться таким мерзавцем. Он с самого начала собирался ее обмануть?

– О нет, конечно нет. Насколько я знаю, леди Александрина – его старая приятельница, и у них вышла какая-то размолвка между влюбленными. В замке Курси они помирились, и вот итог.

– И это должно утешить мою бедную девочку?

– Вы, разумеется, поймете, что я не защищаю мистера Кросби. Вся история очень печальна – очень-очень печальна. В его оправдание могу лишь сказать, что он не первый так дурно поступил с дамой.

– Это он велел мне передать, да? И это я должен сказать племяннице? Тебя обманул негодяй. Ну и что? Ты не первая! Мистер Пратт, честное слово джентльмена, я этого не понимаю. Я долгое время жил вдали от света и потому, быть может, изумляюсь больше, чем следовало бы.

– Мистер Дейл, я вам сочувствую…

– Сочувствуете мне? Что будет с моей девочкой? И вы думаете, я позволю этой свадьбе произойти? Не расскажу Де Курси и свету в целом, что он за человек? Неужто он думает, я ему это спущу?

– Я не знаю, что он думает, и прошу лишь не вмешивать меня в это дело, как будто я соучастник в его преступлении.

– Вы передадите, что я желаю его видеть?

– Не думаю, что от этого будет какой-нибудь прок.

– Не важно, сэр. Вы передали мне его слова, соблаговолите ли вы передать ему мои?

– Вы имеете в виду немедленно… нынче вечером… сейчас?

– Да, немедленно… нынче вечером… сию минуту.

– Его здесь нет. Он покинул клуб, когда я пошел к вам.

– Так он не только мерзавец, но и трус.

На это утверждение мистер Фаулер Пратт только пожал плечами.

– Он не только мерзавец, но и трус. Будьте любезны передать вашему другу от меня, что он мерзавец и трус… и лжец, сэр.

– Коли так, мисс Дейл повезло от него избавиться.

– Таково ваше утешение, да? Для нынешних дней оно, возможно, годится очень хорошо, но я в молодости скорее сжег бы себе язык, чем высказался по такому делу в подобном тоне. До свидания, мистер Пратт. Пожалуйста, передайте вашему другу, что он от Дейлов не укроется, хотя, как вы намекнули, дамы этого семейства, несомненно, поймут, что он недостоин их общества.

И сквайр, взяв шляпу, покинул клуб.

– Я бы не сделал такого ради самой красивой, богатой и знатной женщины в истории, – сказал себе Пратт.

Глава XXVI. Лорд Де Курси в кругу семьи

Леди Джулия Де Гест за свою жизнь написала не много писем мистеру Дейлу из Оллингтона, да и никогда особенно его не любила. Однако, убедившись точно, что́ происходит или, вернее, уже произошло в Курси, почтенная старушка взяла перо и принялась за дело, к которому, она считала, обязывает ее соседский долг.

Дорогой мистер Дейл!

Полагаю, мне незачем скрывать, что я знала о помолвке Вашей племянницы Лилиан с мистером Кросби из Лондона. Я считаю правильным предупредить Вас, что, коли так, мистер Кросби ведет себя здесь самым неподобающим образом. Я не склонна особенно вникать в чужие дела, и в обычных обстоятельствах поведение мистера Кросби меня бы ничуть не занимало, но я поступаю с Вами, как хотела бы, чтобы другие поступали со мной. Насколько мне известно, мистер Кросби сделал предложение леди Александрине Де Курси и она дала ему согласие. Думаю, Вы поверите, что я не стала бы говорить такого без оснований, и, если за этим и впрямь что-то есть, будет лучше, чтобы Вы ради бедной молодой дамы постарались выяснить правду.

Искренне Ваша

Джулия Де Гест

Замок Курси, вторник

Сквайр всегда недолюбливал Де Гестов, а леди Джулию – особенно. Он называл ее несносной старухой, памятуя, как высокомерно она гневалась в то давнее время, когда бравый полковник увез леди Фанни. Так что поначалу сквайр не поверил ни единому ее слову.

– Злобная старая карга, – вслух сказал он племяннику. – Посмотри, что твоя тетка мне написала.

Бернард дважды прочел письмо, и лицо его потемнело.

– Ты же не хочешь сказать, что поверил ей? – вопросил сквайр.

– Я не думаю, что благоразумно оставить это письмо без внимания.

– Что? По-твоему, возможно, чтобы твой друг так поступил?

– Безусловно, возможно. Он разозлился, когда узнал, что у Лили нет денег.

– Господи, Бернард! И ты можешь так об этом говорить?

– Я не говорю, что это правда, но думаю, проверить надо. Я бы поехал в замок Курси и узнал правду.

Сквайр наконец решил поехать. В замке Курси ему сказали, что Кросби выехал за два часа до его прибытия. Сквайр спросил леди Джулию и от нее узнал, что Кросби и впрямь покинул дом женихом леди Александрины.

– Я уверена, графиня, если вы с ней увидитесь, не станет этого опровергать, – сказала леди Джулия.

Однако к графине сквайр идти не хотел. Он не желал громче необходимого провозглашать, что его племянницу жестоко обманули, поэтому отправился вслед за Кросби. О его успехах в тот вечер мы уже узнали.

И леди Александрина, и ее мать слышали о приезде мистера Дейла, но между собой его не обсуждали. Леди Амелия