Лето Лунных лебедей. Всё лучшее на «Л» - Ида Мартин

– Не-а. Это Паланик. Минус один.

– Да ладно?!. – Он недоверчиво покачал головой.

– Следующая: «Человеку нужно немного: чтобы его ждали дома и чтобы была хоть одна книга, которую он не читал».

– Вот сто процентов кто-то из наших. Куприн?

– Нет, это девочка из «Телеграма» с тридцатью лайками, – я расхохоталась.

– Варя! – Лёха пронзил меня строгим взглядом. – Читерша.

– Ладно, соберись. Даю последний шанс: «Если что-то болит – молчи, иначе ударят именно туда».

– Это точно какая-то фигня из «Пинтереста».

– Это Цветаева, Лёша!

– Ты нарочно их заучивала, чтобы меня проверять?

– Нет. Для ЕГЭ.

– Ну ладно, ладно, я проиграл. Мороженое с меня.

– Кстати, вон палатка, – я показала пальцем на ларёк через дорогу.

– Понял, – он спрыгнул с подоконника. – Тебе какое?

В этот момент дверь в нужный нам кабинет распахнулась.

– Кто тут на бешенство? – крикнул женский голос.

– Давай фисташковое, – ответила я, сунув ему в руки свой шлем, и побежала на укол.

Глава 33

Когда я вышла из кабинета, Лёха ещё не вернулся. Посмотрела из окна, у палатки с мороженым его видно не было, поэтому я решила, что он остался ждать возле мотоцикла. Однако, как ни странно, на парковке его тоже не оказалась. Впрочем, как и мотоцикла. Покрутившись в разные стороны, я медленно двинулась к главному входу, откуда мы заезжали. Дошла до ворот и впервые со вчерашнего дня по-настоящему пожалела об отсутствии телефона.

Постояв немного на входе, я направилась к палатке с мороженым.

– Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, у вас парень в белой футболке с надписью «Король пляжа» мороженое не покупал? – спросила я, наклонившись к окошку.

– Не покупал, – отозвалась с усмешкой седоволосая продавщица. – Но пытался.

– В каком смысле?

– Я принимаю только бумажные деньги. А у него была карта, и я объяснила, где находится банкомат.

– И где же он?

– Недалеко. Возле рынка. Пешком минут десять. Но он сказал, что доедет на мотоцикле. Так что не волнуйся, сейчас вернётся.

– Спасибо.

Я отошла в тень высокого тополя и стала ждать.

Сначала просто стояла, наблюдая, как продавщица поправляет картинки с мороженым на витрине, потом присела на бордюр. Солнце уже грело вовсю, ветер стих, и воздух над асфальтом проезжей части дрожал. С территории больницы вырулила машина скорой помощи и, включив заунывную сирену, умчалась прочь. К палатке с мороженым подошли трое ребят лет двенадцати. Они что-то бурно обсуждали. Вначале я вообще на них не смотрела, разглядывая женщину с пятью мопсами на общей связке поводков: маленькие пёсики напоминали пушистые виноградины, которые рассыпались и теперь катились по дороге перед хозяйкой, не желая, чтобы их собирали.

– Тётка на «Матизе» вырулила не глядя! Она его не пропустила!

– Да кто спорит?

– Блин. У меня до сих пор в ушах звук от удара.

– Кто вообще таким идиоткам права выдаёт?

– Он, походу, всё. Не жилец.

– Я бы ей морду набил, честно!

– На мотоцикле даже бензобак пробило.

– С чего ты взял?

– Пятно под ним не видел?

– Это масло.

– А ты прям профи.

После слова «мотоцикл» я вскочила и подбежала к мальчишкам. Они как раз затихли, выбирая мороженое.

– Ребят, а что за авария, которую вы обсуждаете? Это недавно произошло?

Они дружно повернулись ко мне.

– Ну как недавно?.. – протянул парнишка с длинной чёлкой. – Полиция уже приехала и скорая.

– Минут пятнадцать назад, – добавил второй.

– «Матиз» въехал в мотоциклиста, – уточнил третий с загипсованной рукой.

Я похолодела:

– А как он выглядел? Мотоциклист?

– Да обычно. Красный «Сузуки», – сказал тот, что с чёлкой. – Водитель – парень в белой футболке и джинсах.

– Это был «Ирбис».

– Нет. «Сузуки».

– Да «Ирбис». Точно. Отвечаю.

В горле застрял комок.

– Король пляжа? – еле выговорила я.

– Да. Вы его знаете? – откликнулся парнишка с гипсом.

– Где? Где это случилось? – Я уже не слышала свой голос.

– До конца этой улицы и на перекрёстке направо.

– Давайте на «Яндекс-картах» покажу.

– У меня нет телефона.

Один из споривших достал свой мобильник.

– Да тут и искать нечего. На перекрёстке перейдёте на ту сторону, – мальчик с гипсом взмахнул здоровой рукой, показывая на дорогу. – И направо, до аптеки. А после неё свернёте налево и до следующего перекрёстка. На нём авария и произошла.

Дальше я уже не слушала.

Сердце рвалось наружу. Но не столько от скорости, с которой я неслась по раскалённым улицам, сколько от кошмара происходящего. Это не могло быть правдой. Всё же было хорошо. Лёха просто отошёл за мороженым. Паника расколола меня изнутри на тысячу осколков, готовых вот-вот осыпаться в расплавленный асфальт.

Бежать по жаре – всё равно что тонуть в горячем киселе. Волосы липнут к шее, одежда к спине. Каждый шаг подобен вязкому движению сквозь сироп, но налившиеся свинцом ноги всё равно продолжают двигаться сами, на каком-то животном, тупом автопилоте. А если остановиться хотя бы на секунду, можно сойти с ума.

Городок больше не казался мне приветливым и волшебным. В одно мгновение он превратился в адово пекло, где в общем котле смешались боль, растерянность и ужас.

На перекрёстке я едва сама не попала под машину, и водитель что-то кричал мне вслед, но то было лишь туманным, ничего не значащим фоном.

Добежав до аптеки и заметив в конце улицы полицейскую машину, я ещё больше ускорилась.

Покорёженный о столб мотоцикл валялся на обочине. На другой стороне был припаркован жёлтый «Матиз» с разбитой фарой.

Я окинула быстрым взглядом асфальт, придорожную траву, тротуар. На краю газона под кустами виднелся закатившийся туда шлем.

Группка зевак стояла неподалёку, всё ещё обсуждая детали столкновения. Я кинулась к ним:

– А мотоциклист? Вы знаете, что с ним? Где он?

– Скорая забрала, – ответил кто-то.

– Он жив?

Их было человек пять, но я не видела ни одного лица и ни на ком не могла сфокусироваться: «Непонятно. Как будто шея свёрнута». «Голова так неестественно лежала, и крови много потерял». «Лужу видишь? Это не бензин». «Но парень не виноват…»

– А куда его повезли?

– Понятное дело куда. У нас в городе всего одна больница.

Резко развернувшись, я помчалась обратно. Меня пошатывало, и в какой-то момент всё поплыло перед глазами. Пришлось схватиться за дерево.

Нет, ещё ничего не ясно. Он просто в больнице. Просто увезли.

Я чувствовала, как предательски подкрадывается истерика. Воздух внезапно закончился, и ноги сделались ватными.

– Девушка, вам плохо? – Возле меня остановилась женщина с коляской.

Порывшись в боковом кармане коляски, она достала бутылку воды:

– Вот, держите.

Я взяла воду, но крышку открутить не получалось. Женщина помогла мне. После пары глотков я почувствовала