Аяна. Путешествие к центру земли - Николай Болошнев

Аяна вспомнила про поступок Борсоя и про то, что с тех пор так и не смогла найти бабушку в нижнем мире. Перед глазами всплыла картина злосчастной поляны: жертвенник, ритуальная береза и обломки бубна на белом снегу. Девушка не выдержала и заплакала. Грубоватое лицо Олега неожиданно смягчилось, он подошел и обнял ее, погладил по волосам. Ничего спрашивать не стал, только тяжело вздохнул.

– Ничего, дочка, ничего… Не кори себя – для всего есть высший замысел. Анжилма сделала главное – поставила тебя на путь. А раз на нем оказавшись, сойти уже не получится. Ты немного запуталась, но это не страшно. Может, даже хорошо, что ты оступилась: теперь знаешь цену своему дару. Скоро сила к тебе вернется. Ты в правильном месте.

С того осеннего вечера потянулись тягучие ольхонские дни. Казалось, в них не было ни начала, ни конца – один сменял другой в какой-то бесконечной склейке. Время на острове работало по-особенному, Аяна часто затруднялась сказать, какой сегодня день, поздний ли за окном вечер или раннее утро. Она даже впервые в жизни купила на почте настенный календарь и стала зачеркивать в нем дни, проведенные на Ольхоне. Просто чтобы не потерять связь с реальностью. Вскоре закончились привезенные из Иркутска сигареты. Аяна не стала покупать новые: просто поняла, что больше не хочет курить, и бросила одним днем.

Единственное, что ее всерьез волновало, – возможная встреча с Борсоем. Кто знает, куда он сбежал из Солнечного? Вполне мог уплыть и на Ольхон. Она осторожно спросила Олега про Борсоя, тот никогда о нем не слышал, но обещал узнать. Через два дня он сказал, что никто из местных не встречал шамана с таким именем. Это успокоило Аяну.

Делать в Хужире было нечего, поэтому первую неделю она часами бродила по Сарайскому пляжу, гуляла между красивыми соснами, подолгу стояла у Шаманки, гладила установленные там тринадцать коновязей-сэргэ. Или наоборот, шла в сторону порта, доходила до Хужирского мыса и возвращалась обратно. Когда замерзала, заходила погреться в магазины и кафе и снова отправлялась кружить по полупустому поселку. Аяна ждала, что в какой-то момент она вновь услышит голоса предков, но чуда не происходило, и она по-прежнему оставалась наедине с собственными невеселыми мыслями. Что она здесь делает? Не лучше бы было остаться в Иркутске или уехать в Солнечный? Там она хотя бы все знает. Что, если мама ошибалась и никакого очищения не произойдет? Как вообще должно произойти воссоединение с онгонами? Вернется ли Дамдин? Наверняка ей нужно что-то для этого сделать, но что именно – она не знала и с каждым днем становилась все тревожнее.

Зато Аяна быстро освоилась в доме и прониклась симпатией к его хозяину. Жены у Олега не было, но в Иркутске жили два сына. Аяна не стала уточнять, был ли он в разводе, вдовцом или они с супругой просто разъехались на зиму. Их общение старшего шамана и младшей шаманки, еще не завершившей свое становление, не предполагало таких вопросов. Олег тоже не спрашивал о личной жизни, и она была ему за это благодарна. Зато он просил подробно рассказать про то, как у нее проявилась «шаманская болезнь», как она училась у бабушки, кто был духом-помощником, почему и когда замолчали онгоны. Обычно веселый и холеричный – он даже стоять спокойно не мог, все время слегка подергивался, как на шарнирах – в эти моменты он становился серьезным и слушал Аяну очень внимательно.

Однажды вечером она решилась и спросила Олега, что ей нужно делать, чтобы восстановить связь с предками.

– Это дело непростое, – ответил дархан. – Онгоны могут и сами вернуться, если поймут, что ты готова. Но сколько придется ждать, никто тебе не скажет. Может, день, а может, десять лет. Поэтому лучше пройти обряд очищения. Я тебе помогу – сделаю все как нужно, а остальное будет в руках предков.

– А когда вы сможете провести обряд?

– Скоро. Я скажу, когда придет время. Тут надо по лунному календарю смотреть – не каждый день можно очищение проводить.

С того дня томление Аяны достигло своей критической точки. Она почти перестала есть, не могла думать ни о чем, кроме предстоящего обряда. Ничего не замечала вокруг, бродила по поселку, как призрак со стеклянными глазами. Местные тетушки, торговавшие в туристических лавках на улице Пушкина, при ее появлении начинали перешептываться и закрывали магазины. А то, не дай бог, зайдет – потом продаж не будет, придется шамана вызывать, чтобы он злых духов прогнал. Кто знает, чем одержима эта девчонка?

Наконец на пятый день к ней постучался Олег. Сказал, что обряд будет сегодня, во второй половине дня, перед наступлением темноты, наказал ей купить продукты для подношения кузнечным богам и онгонам и ушел готовиться в кузницу. Аяна знала, что она находится за главным домом, укрытая от чужих глаз, но сама там не была и не просилась посмотреть. Еще из наставлений Анжилмы она помнила, что женщинам вход в кузницу заказан – одного взгляда достаточно будет, чтобы осквернить атрибуты дархана.

За час до заката Олег разжег на заднем дворе ритуальный костер. Аяна распаковала покупки и накрыла жертвенный стол традиционными водкой, молоком и сладостями. Олег вышел из кузницы в дарханском кафтане, с повязкой на лбу. Прочел молитвы и призвал на помощь кузнечных богов. Вскоре он частично вошел в состояние транса. Не поморщившись, прикоснулся к раскаленному костром железу, затем лизнул его. Зашипела закипевшая слюна, но Олег будто не замечал этого. Аяна поняла, что перед обрядом он очищается сам и набирается силы от металла. Неспешно отняв чуть остывшую пластину от языка, дархан вновь сунул ее в огонь, раскалил докрасна и подошел к Аяне. Сердце девушки на секунду екнуло, но тут же успокоилось. Она чувствовала, что Олег – мощный шаман и желает ей добра, а значит, не навредит. Он принялся водить раскаленным железом вокруг Аяны, как бы рисуя им сетку. Тем самым он прогнал злых духов, которые могли воспользоваться молчанием онгонов и присосаться к ней, вытягивать жизненные силы. Затем Олег очистил ее кузнечным аршаном – несколько раз выдул на нее пар через раскаленное железо. Аяна внимательно следила за его лицом и видела, что, несмотря на все усилия, он будто бы был недоволен результатом. Ходил вокруг нее и хмурился. Олег повторил всю процедуру очищения заново и стал еще мрачнее.

– Не то, все не то! – прорычал он с ожесточением.

Внезапно Олег остановился и стал внимательно рассматривать Аяну. Его взгляд остановился где-то