Аяна. Путешествие к центру земли - Николай Болошнев

– Только вот где ее искать, – задумчиво сказал Вася Образцов. Он уже вторые сутки шел, превозмогая боль, – неумело намотанные портянки натерли пальцы, незаживающие мозоли кровоточили.

– Не дрейфь, Васек, отыщем как миленькую! – Марченко хлопнул парня по плечу и запел деланым басом:

Мне знакомы дорожки лесные.

Как завижу хоромы свои,

Крикну: «Кони мои вороные,

Черны вороны – кони мои!»

Члены отряда дружно засмеялись.

– Ну что, товарищи, по коням, – продолжил шутку Кочетов. – Алмазы не ждут. Глядишь, и Карманова на той горе найдем.

– А как быть с этим? – Баринов кивнул в сторону раненого хотта.

– Никак. Его тут наверняка оставили, чтобы за лекарем сходить. Только он ему уже вряд ли поможет, – ответил Кочетов.

– А если они за ним не вернутся? Его же волки сожрут. Тут даже двери нет. Нельзя его так оставлять.

Кочетов на секунду задумался.

– Для него эти горы родные, он сам знает, как ему умереть. Дайте ему попить и оставьте что-то из еды. Человек все-таки.

Маркевич приложил флягу к высохшим губам хотта. Тот не очнулся и не сделал глотка, но его хрип стал чуть спокойнее и тише. Покопавшись в вещмешке, Кирилл достал полупустую пачку галет и положил ее у кровати вместе с флягой.

– Ты это, извини, если что, – пробормотал Марченко.

Отряд двинулся дальше».

А. Шаров. Страна девяти рек.

Иркутск: Вост. – Сиб. кн. изд-во, 1963

«Соскучилась?» – произнес Дамдинцэрэн. Он явно был в хорошем расположении духа.

В голове у Аяны промелькнуло разом так много мыслей. Хотелось задать Дамдину сразу все накопившиеся вопросы. Где он был все это время? Почему не вернулся раньше? Злится ли он на нее или между ними все в порядке? И вместе с тем Аяна поняла, что больше не сердится на него. Все претензии и обиды остались где-то в прошлом, и она была просто бесконечно рада вновь ощущать присутствие своего покровителя.

«Я очень рада тебя слышать, – мысленно сказала она. – Мне тебя не хватало».

«И мне тебя… – Дамдинцэрэн как будто немного смутился. – Я очень хотел вернуться раньше, но не мог».

«А почему? Олег правду сказал – я повредила свое железное ребро?»

«Он сказал в меру своего понимания. Конечно, это была одна из причин, но не главная. Видишь ли, сойти с дороги, сделать не тот выбор – это тоже часть пути. Без этого опыта ты не смогла бы до конца раскрыть свою силу. Теперь же, когда ты оказалась на грани, а потом смогла воскреснуть и обрести себя, перед тобой нет никаких преград».

«Неужели нельзя было преподать мне урок как-то иначе? Я бы послушала, правда».

«Наверное, можно было. И возможно, ты бы действительно вняла уговорам – хотя я сильно сомневаюсь. Только в этом было бы мало толку. Пойми, если бы ты не потеряла дар, не была бы обманута ловким пройдохой, ты бы никогда не поняла, кто ты такая. Была бы только шаманкой и не видела бы себя за рамкой этой роли. Но шаман тем и силен, что он не только проводник в мир духов, но и человек со своей болью и страстями. Только человек может понять другого человека и помочь ему. Ведь именно для этого боги даруют шаманскую силу».

«Вот только я на этом пути дров наломала порядочно, – грустно вздохнула Аяна. – Не была бы такой упертой, не попалась бы в ловушку Борсоя и не погубила бы бабушкин дух. Остальное ладно, мелочи, а это уже никак не поправить».

«Это большая трагедия, – согласился Дамдинцэрэн. – Но не ты одна в ней виновата. Я предупреждал тебя тогда, что тебе рано становиться шаманкой. Анжилма торопилась, ей нужно было подготовить себе смену, чтобы не угас род и земля оставалась под защитой. Ее можно понять – Солнечный без шамана осиротел. Нет там сейчас благодати, повсюду злые духи шастают. Возможно, ты и сама это почувствовала, когда ездила за аттестатом. Мне грустно – все-таки это наши родовые места, я и сам рос в его окрестностях. Только ты не для Солнечного призвана. У тебя другая миссия, гораздо более ответственная. Этого Анжилма понимать не хотела, думала – ты прикипишь к поселку и останешься».

«Так в чем же мое предназначение? – в отчаянии воскликнула Аяна. – Мне столько раз про него говорили, но так никто и не рассказал, чего же ждет от меня Вечно Синее Небо».

«И я не могу – ты должна нащупать миссию сама. Тут помогут только кузнечные боги – они обособлены, видят все со стороны. Могут дать тебе ценную подсказку».

«Значит, надо поговорить с Олегом… А дар-то хоть ко мне вернулся? Я пока слышу только тебя».

«А ты подойди поближе к берегу и сама все поймешь. Как раз сейчас солнце выглянуло», – с хитринкой в голосе ответил Дамдинцэрэн.

Аяна перемахнула через изгородь и пошла прямо через поле в сторону озера. За время их разговора с Дамдинцэрэном она успела порядком подмерзнуть, поэтому была рада немного подвигаться. Снега тут почти не было, и, если бы не ветер, идти было бы совсем легко. Через пару минут она уже дошла до высокого берега и обомлела.

Вода под Шаманкой искрилась в солнечных лучах, как новогодняя елка. Дворец хозяина Ольхона уходил вниз как минимум на три этажа. Стены из горного хрусталя были обильно инкрустированы драгоценными камнями и красными кораллами. Вокруг дворца, сверкая серебристыми хвостами, плавали красивые фараонки[38]. Аяна так залюбовалась этим зрелищем, что на минуту забыла про Дамдинцэрэна. А потом произошло то, чего она так страстно ждала – в голове зазвучал знакомый скрипучий голос прародительницы их рода. Затем второй – мужской, следом третий, четвертый. Вскоре ее голова заполнилась голосами десятков предков, и в ней стало так шумно, словно она ехала в переполненной электричке.

Аяна ликовала, теперь она вновь никогда не будет одинока. Поблагодарив предков, она мысленно обратилась к Дамдинцэрэну:

«Дамдин, родной, спасибо тебе огромное! Как я рада, что все вернулось!»

Он не ответил, но Аяна уже не переживала по этому поводу. Счастье накрывало ее, как волны на штормовом Байкале. Ей хотелось подбежать к случайным прохожим, фотографировавшим скалу, обнять их и рассказать о том, что она вернула себе призвание. Как жаль, что она не могла этого сделать. Зато она могла поговорить с Олегом. Уж он-то точно поймет, насколько большое событие произошло в ее судьбе! Аяна рассмеялась от радости и побежала домой.

Олег был дома. Они сели обедать на кухне – ели фасолевый суп с мясом, который Аяна сварила накануне. За окном кружила и подвывала метель, и дома, среди полумрака и теплых запахов еды, было особенно уютно. Олег внимательно выслушал рассказ Аяны о том, как к ней вернулась связь с предками. Удивленно