В плену у нарцисса - Елизавета Анатольевна Павлова

без других людей. Она похожа на мотор, который работает на топливе из чужого восхищения, признания другими, чувства превосходства над чужими слабостями. Если изолировать нарцисса, отгородить его от других людей, в которых он отражается и от которых подпитывает свою любовь к себе, этот мотор заглохнет. Останется пустота, растерянность, страх перед самим собой и тяга к разрушению того, что его затмевает. Но так как в этой изоляции ничего другого не будет, нарцисс начнет разрушать сам себя. Поэтому, строго говоря, он не способен любить ни других, ни, как это ни странно, себя самого без других.

Нарциссы почти всегда испытывают сложности с самоидентичностью, а соответственно, и с самовыражением. Поэтому они предпочитают познавать себя либо через отражение в других людях (отражение в восхищенных глазах другого), либо через внешние неодушевленные объекты: брендовые вещи, которые они так любят носить, дорогие машины, последние новинки техники – ведь именно это, с их точки зрения, способно восхищать и вызывать зависть окружающих. Кроме того, нарцисс через нагромождение неодушевленных предметов, якобы демонстрирующих его образ жизни и самовыражение, пытается заполнить этими предметами свою внутреннюю пустоту, закрасить пробелы в собственной самоидентичности, которые его так тревожат. Он не только не любит себя без восхищения других людей и обвешивания себя материальными ценностями, но даже не представляет себя без всего этого. Ему страшно и пусто наедине с собой. В редких случаях можно наблюдать и обратное явление, когда нарцисс демонстрирует явное пренебрежение к внешнему виду и атрибутам роскоши. Так происходит, когда роскошь нарциссу по тем или иным причинам оказывается недоступна. В этом случае он прибегает к демонстративному обесцениванию: «Мне это все не нужно! Я и без этого хорош! Смотрите, как я плюю на то, чем вы восхищаетесь. Я выше этого! Я умнее вас! Я достоин оваций».

В отношениях нарцисс чаще всего преследует одну единственную цель – подпитать ощущение своей грандиозности и компенсировать ущемленное «Я». Он всегда ищет в других себя самого, ему важно не то, что думают и чувствуют другие люди, а то, как он отражается в этих других, каким он себя через них видит. Поэтому нарциссическая личность всегда обезличивает своего партнера, сводя его к собственному отражению себя в нем. По сути, миф о Нарциссе не так уж далек от понимания основы нарциссического расстройства личности – чужая душа человека оказывается для нарцисса тем самым родником, в зеркальной воде которого он постоянно хочет видеть себя.

Как отмечает Отто Кернберг: «Чаще всего нарциссическая личность сама отыгрывает свое патологическое грандиозное Я, одновременно проецируя обесцененную часть Я на партнера, чье безграничное восхищение подтверждает это грандиозное Я. Реже нарциссическая личность проецирует патологическое грандиозное Я на партнера, отыгрывая отношения между этим грандиозным Я и его спроецированным отражением. Партнер в таких случаях – всего лишь средство для воплощения отношений между аспектами Я. В типичных случаях идеализированный партнер и его „придаток“, или сателлит этого идеального объекта, в реальных отыгрываниях или в фантазии составляют пару или же формируют бессознательное „отражение“, в котором каждый партнер воспроизводит другого. Они могут также, дополняя друг друга, совместно воссоздавать фантазийное и утраченное грандиозное идеальное целое»[4].

Наверное, многие замечали, что после общения с нарциссом чувствуется внутренняя опустошенность, как будто тебя вывернули наизнанку и вытряхнули все, что было внутри. Так происходит из-за способности нарциссов обезличивать, аннулировать другого человека, присваивая себе его живую личность. Нарциссу безразлична уникальность других, он безучастен к их желаниям и потребностям. Весь мир и все люди в нем должны служить каким-то его нарциссическим целям, и то, что не относится к этому служению (или прислуживанию), виртуозно обесценивается. Нарцисс забирает лица других людей, примеряет их на себя и выбрасывает, если они ему не подходят. И обезличенный человек потом еще долго восстанавливает свою самоидентичность и самоценность.

Как отмечает Нэнси Мак-Вильямс: «Нарциссические люди посылают двойные послания своим друзьям и семьям: их потребность к другим глубока, но любовь их поверхностна»[5]. Другие люди крайне важны для нарцисса для поддержания своего «Я», но отношения с другими людьми похожи на потребительское паразитирование – нарцисс питает свое «Я» через тех, с кем находится в отношениях. Он забирает энергию, способности и уникальность других людей, не давая ничего взамен, опустошая и разрушая тех, кому не посчастливилось к нему приблизиться.

Нарцисс нередко выбирает себе авторитетов, связью с которыми он гордится. Это могут быть люди, находящиеся выше в какой-либо социальной структуре: высокопоставленные чиновники, начальники на работе, научные руководители и т. д. Нарцисс прилипает к своему авторитету, присваивая себе его лавры успеха, ума или власти, подпитывая свою грандиозность связью со своим идеализированным объектом. Ему нравится ощущение избранности при таком общении, особенно, когда его авторитетный знакомый выделяет его на фоне других. Нарцисс тешит себя этим преимуществом до тех пор, пока величие авторитета не пошатнется. Стоит авторитетной фигуре допустить промах, потерпеть неудачу или оказаться в зависимой от нарцисса позиции, как происходит развенчание идеала. Глубоко скрываемая накопившаяся зависть выходит наружу, и нарцисс с наслаждением сбрасывает свой идеал с пьедестала, радуясь, что может развенчивать таких бизонов. Похожим образом нарциссы относятся и к психотерапевтам, но об этом мы поговорим чуть позже.

Нарцисс в любовных отношениях

Несмотря на свою неспособность к глубокой привязанности и безусловной любви, нарцисс способен пылко влюбляться. Однако эта влюбленность поверхностная и непостоянная, ведь он видит в своем любовном партнере лишь свое отражение.

Начало отношений часто сопровождается идеализацией объекта влюбленности. В начале любовной истории нарцисс может возводить объект своего увлечения на пьедестал, восхищаться и любоваться им, подкрепляя свое грандиозное «Я» мыслью о том, что ему, как лучшему из лучших, достался лучший из лучших, недоступный всем другим. Поэтому в «конфетно-букетный» период кажется, что нарцисс умеет по-настоящему любить, что он чуток и внимателен, что он готов сложить к ногам возлюбленного весь мир.

Более того, нарцисс может стараться делать все так, как, с его точки зрения, не смог бы никто – быть самым внимательным, самым чутким, самым щедрым. Особенно это свойственно нарциссам-мужчинам. И в таком случае женщина на старте отношений бывает буквально ослеплена его вниманием и обаянием, считая, что ей несказанно повезло с мужчиной, и что она попала в сказку идеальных отношений.

Однако все довольно быстро и внезапно меняется. И свержение с пьедестала – болезненное и жестокое – не заставит себя долго ждать.

Так происходит чаще всего после следующих событий:

• Когда нарцисс вдруг замечает какой-то изъян у идеализированного им объекта – испачканная одежда, небрежность во внешнем виде, промахи