Фокусы мозга: Как нейронаука объясняет иллюзии восприятия - Хорди Ками

артистов о том, что это всего лишь фокусы? Этот феномен имеет глубокие культурные корни, подробное исследование которых выходит за рамки данной книги [29]. Достаточно сказать, что такая предрасположенность свойственна многим людям и это не поддается исправлению, как бы доходчиво и красноречиво артист ни объяснял свои методы.

Становясь свидетелями аномальных или невероятных событий, зрители верят, что рядом с ними находится человек с экстрасенсорными способностями, и могут даже изменять собственные убеждения и проявлять когнитивные искажения, которых ранее за ними не замечалось. В одном случае группа студентов заранее знала, что идет на шоу менталиста, чьи эффекты основаны на трюках. Но после представления, включавшего якобы разговор с умершим другом одного из зрителей, некоторые студенты уверились, что артист обладает экстрасенсорными способностями. Это яркая иллюстрация того, как легко можно манипулировать доверчивыми людьми [30].

Мы разделяем озабоченность тем, что фокусники, обставляющие свои трюки ложными «научными» объяснениями, наносят вред науке, поскольку такие объяснения укрепляют веру в псевдонауку [31]. Мы также считаем, что сегодня, когда появляется все больше групп влияния, распространяющих мистификации и разного рода ложные сведения через социальные сети, неэтично, что некоторые фокусники, особенно менталисты, занимаются дезинформацией и способствуют укоренению псевдонаучных фальсификаций.

Искусство фокусов в XXI в.

Если научно-технический прогресс и инновации заставляют нас постоянно переосмысливать понятие возможного, логично спросить, как искусство фокусов в целом оценивается современной публикой.

Конечно, видение мира зрителями конца XIX — начала XX в. создавало более благоприятные условия для определенных трюков; сегодня же, при современных технологических возможностях, в распоряжении зрителя гораздо больше инструментов, помогающих разгадать секрет фокуса. Но даже несмотря на это, многие фокусники создают новые эффекты с помощью мобильных телефонов, планшетов, дронов и т.п. и получают результаты не менее эффектные, чем в прошлом.

Сегодня мы без особого сопротивления принимаем постоянные инновации и их продукты, а сто лет назад люди больше верили в сверхъестественное и любая новая технология оказывала значительное влияние на общество. Сегодня мы более образованны и используем больше разных устройств, чем когда-либо прежде. Эти устройства не производят на нас особого впечатления, даже если мы понятия не имеем, как они работают.

Но даже в XXI в., как это ни удивительно, по-прежнему эффектны многие фокусы, исполняемые уже двести лет. Тот факт, что зрители до сих пор удивляются фокусам, подчеркивает уникальность этого вида искусства. Стоит повторить, что фокусы вмешиваются в автоматическое функционирование нашего мозга, порождая эффекты, которые успешно противостоят течению времени и эволюции общества.

Фокусы — это уникальное искусство, способное дарить чудесный опыт переживания невозможного при том, что зрителям даже не нужно верить в реальность того, что они видят. И по сей день это соучастие зрителей, которые приходят на представление, прекрасно зная, что фокусник всего лишь артист, скрыто использующий специальные приспособления и методы, позволяет им наслаждаться иллюзией невозможности.

Когда возникает «невозможная» ситуация, когда ожидания нарушаются, активируются определенные области мозга, связанные с решением задач и выявлением конфликтов [32]. Амори Данек и ее соавторы, исследовавшие эти области с помощью фМРТ, предположили, что в этих областях отражаются конфликтные реакции на иллюзию невозможного (учитывая, что у фокусников, наблюдающих за исполнением собственного фокуса, эти области не активируются) [33]. Фокусники не просто не могут показывать фокусы сами себе: участие публики — необходимое условие для того, чтобы фокус сработал. Фокусник и публика составляют неразлучную пару. Этого нельзя сказать о других видах искусства, например о музыке, которую каждый слушатель может интерпретировать по-своему, или о других видах деятельности, например о спорте, в котором состязаться можно и без зрителей.

Недавно были предприняты попытки воспроизвести фокусы с их «невозможными» результатами с помощью компьютеров. Используя искусственный интеллект, исследователи применяют математические методы к физическим и когнитивным ограничениям человека, чтобы создавать и оптимизировать потенциально новые и оригинальные методы фокусов. Хотя исследователи признают, что эти системы далеки от автономности и по-прежнему нуждаются в большом объеме человеческого вмешательства, такой интересный подход к искусству фокусов с позиций искусственного интеллекта заслуживает пристального внимания [34].

Лучше всего фокусы, которые демонстрируются «вживую», не правда ли?

Правдоподобие фокуса с «невозможным» исходом, по-видимому, сильно зависит от расстояния, с которого его видит зритель. Исполнение в записи (на телевидении или для других аудиовизуальных медиа), конечно же, можно наполнить множеством спецэффектов, однако переживание фокуса при этом другое, оно вряд ли способно удивлять и вызывать недоверие так же сильно и качественно, как фокус, который демонстрируется прямо перед зрителем.

И даже в последнем случае решающим фактором для создания иллюзии невозможности служит расстояние. Так, фокусы, которые разворачиваются прямо перед зрителем, обычно оказывают большее воздействие, чем те, которые он видит на сцене, именно за счет близости. И, конечно же, впечатления от живого представления сильнее, чем от телевизионного.

Итак, чтобы эффект был максимальным, фокус должен быть показан вживую. Но есть ли связь между расстоянием до зрителя и силой его впечатления? Как правило, чем меньше расстояние, тем сильнее воздействие и тем сложнее зрителям задумываться о том, какие методы использует фокусник. Возможно, верно и обратное: на большом расстоянии, чтобы добиться эффекта, сравнимого с тем, что достигается в некоторых фокусах на близком расстоянии, результат должен быть грандиозным — как в случае, когда Дэвид Копперфильд заставил исчезнуть статую Свободы.

Сила воздействия фокусов может быть разной. В опросе Джошуа Джея было установлено, что масштаб эффекта важнее, чем расстояние: участники заявили, что предпочли бы увидеть исчезновение вертолета со сцены, чем исчезновение монеты у себя из-под носа [35]. Таким образом, для большинства респондентов масштаб, похоже, значит больше, чем близость.

На вопрос о том, какой эффект сильнее: заставить что-то исчезнуть, измениться или появиться, большинство респондентов ответили, что самым сильным эффектом является изменение в чем-то [36]. И снова, что неудивительно, искусство фокусов следует многим когнитивным стратегиям, которые человек использует для понимания мира [37].

Публика фокусника

Публика — важнейший ингредиент волшебства, ведь без зрителей фокусы невозможны.

Искусство фокусов основано на участии зрителя. В отличие от театра, в иллюзионных представлениях чаще всего нет «четвертой стены». Наоборот, фокусник устанавливает прямые отношения со зрителями, учитывает их, обращается к ним и приглашает к участию.

Впервые в истории этого искусства «четвертая стена» была возведена и общность пространства фокусника и зрителей разделилась, когда во время пандемии COVID-19 были запрещены живые иллюзионные шоу. Фокусникам пришлось переосмыслить свой жанр, и они создали новую онлайн-парадигму и интерактивные ситуации с участием зрителей. Некоторые даже предлагали беспрецедентную предварительную