Шипы кровавой розы - Джек из тени

Мы потеряли двести человек убитыми и в полтора раз больше ранеными. Полевой госпиталь был переполнен, несколько повозок с провизией и боеприпасами сгорели.

— Это непростая кавалерия, — продолжила Лира, глядя на усеянное трупами поле.

— Думаешь о том же? Слишком жирно для первого ночного наскока? — тихо спросил у лисицы.

— Судя по всему, больше было не кому — также тихо ответила Лира. — Те шустрые мальчишки-призраки перебили в округе до хрена отрядов, поэтому прибыл этот. Просто не кем было прикрыться, вот и ломанулись, пытаясь нас задержать, только сил не рассчитали, не знали с кем воюют. Ни одного знакомого знамени.

— Займись глубокой разведкой — сказал, обращаясь к Лире. — Завтра утром мы похороним наших павших. И займемся строительством.

Глава 4

Рассвет над ущельем был обманчиво прекрасен. Холодное, чистое небо на востоке медленно наливалось розовым, обещая ясный день. Но здесь, внизу, в нашей наспех созданной крепости из повозок и земляных брустверов, воздух был густым и спертым. Я стоял на крыше тягача, который чудом уцелел во время бомбардировки, и молча смотрел на то, что ещё вчера было нашим лагерем.

Картина напоминала иллюстрацию из какого-нибудь апокалиптического трактата. Догорающие остовы палаток и повозок, чёрные воронки от взрывов, усеянное телами поле боя. Вчерашний хаос сменился тихой, методичной работой смерти. По всему лагерю двигались похоронные команды, собирая павших, своих и чужих, мы не могли позволить себе эпидемию. Да и оставлять за собой горы гниющих трупов было как-то… не по-человечески, что ли.

Самым страшным местом был полевой госпиталь, развёрнутый в нескольких больших шатрах. Оттуда доносились тихие, сдавленные стоны, которые были куда страшнее громких криков. Я заставил себя пойти туда, это был мой долг.

Внутри царил организованный ад. Лекари с лицами серыми от усталости, метались между рядами раненых, лежавших на носилках, на разостланных на земле плащах, просто на земле, запах был невыносимым. Главный лекарь, пожилой гном по имени Гимли, бывший шахтёрский врач, как раз заканчивал ампутацию. Он работал быстро, без лишних движений, его руки, привыкшие орудовали пилой и скальпелем с удивительной точностью. Рядом двое дюжих орков держали пациента, который, к счастью, был без сознания.

— Гимли, — тихо позвал я, стараясь не мешать.

Гном, не оборачиваясь, закончил операцию, бросил окровавленную пилу в таз и только потом повернулся ко мне. Его борода была спутана и испачкана кровью, а под глазами залегли глубокие тени.

— Железный, — он кивнул, вытирая руки грязной тряпкой. — Если ты пришёл спросить за раненых, то точная цифра уже есть. Триста восемьдесят раненых, из них почти сотня тяжёлых. Я делаю что могу, но у меня не хватает ни рук, ни медикаментов. Ещё одна такая ночка, и половина из этих парней отправится на тот свет.

Он говорил это спокойно, как будто зачитывал отчёт о добыче руды.

— Что тебе нужно в первую очередь? — спросил, заставляя себя смотреть на ряды раненых.

— Чистая ткань для перевязок, — не задумываясь, ответил гном. — И много спирта, мы потеряли почти все запасы, когда горели повозки. И ещё мне нужны люди, которые просто будут таскать воду, выносить дерьмо и держать этих бедолаг, когда я буду их резать. Мои санитары валятся с ног.

— Будет, — коротко кивнул ему. — Я выделю тебе хоть три сотни, хоть пять. И распоряжусь насчёт спирта, у Лиры в загашнике всегда что-то есть.

Я прошёл дальше по рядам. Видел знакомые лица, парней, с которыми ещё вчера делил флягу воды у костра. Сейчас они лежали с остекленевшими от боли глазами. Я остановился у носилок, на которых лежал Кнут, тот самый молодой гвардеец, что спас меня вчера. Парень был бледен, но в сознании, его плечо было наспех перевязано, и повязка уже пропиталась кровью.

— Как ты, боец? — спросил, присев рядом с ним.

— Жить буду, ваша светлость, — хрипло улыбнулся он. — Лекарь сказал, кость не задета. Рука, правда, теперь будет как узорчатая, но ничего, шрамы украшают мужчину.

— Правильно говоришь, — похлопал его по здоровому плечу. — Отлеживайся, ты ещё понадобишься мне.

Выйдя из госпиталя, я глубоко вдохнул свежий утренний воздух, пытаясь избавиться от запаха смерти, который, казалось, преследовал меня. Навстречу шла Урсула, орчанка была мрачнее тучи, её доспехи были забрызганы кровью.

— Железный! — она подошла ко мне, её кулаки были сжаты так, что побелели костяшки. — Мы должны были их догнать! Мы должны были вырезать их всех до единого!

— И потерять ещё двести человек? — спокойно спросил у неё. — Урсула, мы отбили атаку, это главное. Мы не могли позволить себе погоню, у нас слишком много раненых.

— Это были не просто кавалеристы, — она понизила голос, в нём зазвучали рычащие нотки. — Я нашла знамёна. На них была вышита кровавая роза. Это личная гвардия Мортаны.

Эта новость не удивила меня, скорее подтвердила мои худшие опасения. Мортана не просто защищается, она пытается нас остановить ещё на подходе, бросая в бой свои лучшие части.

— Это ничего не меняет, — сказал, глядя ей прямо в глаза. — Наш план остаётся прежним. Сейчас главное похоронить павших и отремонтировать мост. Мы не можем оставаться здесь. А сейчас собери своих воинов и помоги похоронным командам. Это приказ.

Она смерила меня долгим, тяжёлым взглядом, но потом она медленно кивнула. Урсула была воином, и она понимала язык приказов. Она развернулась и, не говоря ни слова, пошла в сторону поля боя, где её орки с мрачными лицами складывали тела в общую могилу.

Пока похоронные команды занимались своим мрачным делом, а лекари боролись за жизни раненых, на расколотом мосту кипела работа. Я отдал Корину всех свободных инженеров, сапёров и даже несколько десятков орков, чья недюжинная сила была сейчас как нельзя кстати. Задача стояла почти невыполнимая: в кратчайшие сроки укрепить повреждённую конструкцию настолько, чтобы по ней смогла пройти оставшаяся техника.

Корин, наш упрямый бородатый гений, был в своей стихии. Он носился по мосту, как метеор, его зычный голос разносился по всему ущелью. Он орал на людей, на орков, на своих сородичей-гномов, раздавал приказы, сыпал проклятиями и чертежами, которые он набрасывал прямо на каменных плитах куском угля. Но в этом хаосе была своя инженерная логика.

— Тащите сюда балки! Не эти, идиоты, подлиннее! Нам нужно перекрыть трещину! Вы, два рогатых чёрта, — это он оркам, которые где-то раздобыли перед выходом из Каменного Круга рогатые шлемы — возьмите тот валун и подсуньте под опору, создайте контрфорс! Тросы! Мне нужно больше тросов! Мы обвяжем повреждённую опору, как младенца пелёнками, и стянем лебёдками!

Я стоял чуть поодаль,