Шипы кровавой розы - Джек из тени

одной стороны непроходимый каньон, с других голые скалы, с которых нас было видно, как на ладони. Каждый солдат, от последнего новобранца до бывалого ветерана, понимал, что эта ночь не будет спокойной.

* * *

Пока солдаты разбивали лагерь и пытались создать хотя бы видимость порядка в этом хаосе, я вместе с Лирой, Урсулой и Корином, стоял у расколотого моста, мрачно разглядывая дело рук своих. Солнце почти полностью скрылось за скалами, бросая на ущелье длинные, зловещие тени. Ветер, гулявший в каньоне, завывал, как голодный волк, и от этого звука по спине пробегал холодок.

— Ну, что скажешь, инженер? — спросил у Корина, хотя и сам прекрасно видел ответ. — Есть хоть какой-то шанс его починить?

Гном сплюнул на землю и с ненавистью посмотрел на остатки моста.

— Починить? Железный, ты в своём уме? Тут не чинить, тут заново строить надо!

— Значит, мы в заднице, — констатировала Урсула с присущей ей прямотой. Орчанка стояла, скрестив руки на груди. — Армия разделена. Мои лучшие штурмовые отряды там, — она мотнула головой на тот берег, — а твои железные гробы здесь. Если ушастые ударят сейчас, нам придётся туго.

— Они ударят, — тихо, но отчётливо произнесла Лира. Лисица стояла чуть поодаль, её силуэт чётко вырисовывался на фоне багрового заката. Лисица смотрела не на мост, а куда-то на запад, туда, где за скалами скрывалась вражеская территория.

В этот момент, словно в подтверждение её слов, из-за ближайшего холма показались три всадника. Они неслись во весь опор, и я сразу узнал в них разведчиков из отряда Лиры.

— Командиров ко мне! Живо!

Всадники подлетели к нам, их кони, покрытые пеной, едва стояли на ногах. Старший из разведчиков, молодой кицунэ с разорванным ухом, соскочил с седла и, едва не упав, подбежал к Лире.

— Госпожа… — он задыхался, пытаясь набрать в лёгкие побольше воздуха.

— Успокойся, Рен, — Лира положила ему руку на плечо, и в её голосе зазвучали стальные нотки. — Дыши, а потом докладывай.

— Крупный отряд тёмных! — наконец, выпалил он. — Кавалерия на ящерах, не меньше тысячи, много магов. Мы видели новые штандарты с кровавой розой. Они движутся сюда очень быстро. Будут здесь к полуночи.

— Что ж, — я обвёл своих командиров тяжёлым взглядом. — Похоже, ушастые решили устроить нам теплую встречу. Нехорошо разочаровывать хозяев. Значит, будем драться.

— Урсула! Ты отвечаешь за ближнюю оборону. Собери всех орков, кто остался на этом берегу, и моих гвардейцев. Ваша задача не дать их ящерам прорваться к лагерю. Лира! Твои Ястребы и лисицы наша главная надежда. Мне нужно, чтобы вы сняли их магов до того, как они начнут работать по лагерю. Займите позиции на тех холмах, — я указал на скалистые возвышенности, окружавшие нашу низину. — И дай мне пару десятков твоих самых отчаянных хвостатых. Для них будет особое задание.

— Корин! — повернулся к гному. — Я хочу, чтобы каждая пушка и каждый пулемёт были готовы к бою. Танки расставить по периметру, создать из них импровизированные доты. Используйте повозки, ящики, всё, что есть, чтобы создать укрытия для пехоты.

Командиры молча кивнули и бросились выполнять приказы. Лагерь, ещё минуту назад погружавшийся в вечернюю дрёму, превратился в растревоженный муравейник. Солдаты таскали ящики, рыли окопы, вбивали в землю колья. Гномы, матерясь, перегоняли танки, разворачивая их башнями в сторону предполагаемой атаки. Ястребы, бесшумные, как тени, растворялись в скалах.

Я стоял на командном пункте, который мы наспех оборудовали на крыше одного из тягачей, и смотрел, как на моих глазах рождается оборона. Картина была далека от идеальной. Мы были на открытой местности в низине, уязвимые для атаки с высот. Но у нас было и преимущество, танки и артиллерия.

Темнота опускалась на ущелье быстро, почти внезапно. Небо, ещё недавно багровое, стало иссиня-чёрным, и на нём, как алмазная пыль, зажглись яркие, холодные звёзды. В лагере погасили последние костры. Мы погрузились во тьму, полную напряжённого ожидания. Было слышно только, как свистит ветер, как фыркают лошади и как гулко стучат сердца тысяч моих солдат.

— Вижу движение, — раздался рядом тихий голос Лиры. — На западном перевале.

На гребне холма показались первые тёмные силуэты в свете неполной луны. Они двигались быстро и бесшумно, как призраки. Кавалерия растекалась по склонам, окружая нас, беря в полукольцо. А за ними, чуть поодаль, я увидел группу фигур, окутанных мерцающим, едва заметным свечением.

— Готовьтесь, — мой голос в наступившей тишине прозвучал хрипло. — Сейчас начнётся.

Темные не стали долго ждать. Едва последний отряд тёмных эльфов занял свою позицию на склонах, как воздух задрожал. Сначала я услышал тихий, нарастающий гул, похожий на жужжание миллионов разъярённых насекомых. А потом небо над нашим лагерем взорвалось.

Десятки огненных шаров, светящихся зловещим, пульсирующим багровым светом, сорвались с вершин холмов и с воем устремились вниз. Это был жуткий и в то же время завораживающий спектакль. Ночь на мгновение стала светлее, чем днём, и в этом неверном, пляшущем свете я увидел искажённые ужасом лица своих солдат.

— В укрытие! — заорал я в рупор, хотя было уже поздно.

Первые огненные шары врезались в землю, и лагерь содрогнулся от серии оглушительных взрывов. Земля ушла из-под ног. Меня швырнуло на пол командного пункта, больно ударив спиной о стальной борт. В ушах зазвенело, горячая взрывная волна пронеслась над лагерем, сметая палатки, переворачивая повозки, швыряя людей, как тряпичных кукол.

Одна из палаток, стоявшая рядом с нашим тягачом, вспыхнула, как факел, озарив всё вокруг. В её свете я увидел кошмарную картину. Солдаты, обожжённые и контуженные, метались по лагерю, пытаясь потушить горящую одежду. Раненые кричали, их стоны смешивались с треском огня и грохотом новых взрывов. Маги тёмных эльфов работали методично и жестоко, превращая наш лагерь в пылающий ад. Маги кровавой розы показали мастер-класс, с такой дальности нас еще ни разу не засыпали огненными снарядами. Сюрприз, так сказать, удался.

Один из огненных шаров угодил прямо в повозку с боеприпасами. Взрыв был такой силы, что, казалось, раскололась сама земля. Огненный гриб взметнулся к небу, осыпая всё вокруг градом раскалённых осколков. Я видел, как несколько моих солдат, оказавшихся слишком близко, были просто разорваны на куски.

Паника, которую я так боялся, начала овладевать людьми. Солдаты, ослеплённые и оглушённые, забыв про приказы, бросались бежать, пытаясь укрыться от огненного дождя. Дисциплина трещала по швам.

— Стрелять! — заорала Урсула, её голос перекрыл грохот взрывов. — Я сказала, стрелять по ушастым ублюдкам!

Но её приказ утонул в хаосе. И в этот момент, когда казалось, что всё кончено, когда оборона вот-вот рассыплется, как карточный домик, в дело вступили мои